не пришлось собирать и менять место жительства», – пронеслась паническая мысль.
– Поздно, – хмыкнула я. – Лопаты в карете случайно нет?
– Нет, – произнес лорд Кристендер с огорошенным видом, не понимая, что вызвало разительные перемены в настроении. – Но у садовника точно найдется. Зачем вам?
– Пойду копать себе могилу где-нибудь в парке. Отец убьет меня. Интересно, как давно он здесь? – указала я кивком на черную лакированную карету с родовым гербом Вилдберри на дверце.
Огневик вмиг помрачнел.
– Беда не приходит одна. Впрочем, чему удивляться? Ранняя пурга не могла принести ничего хорошего. Не бойтесь, я с вами, – попытался успокоить он меня, заметив, сколь сильная дрожь пробрала тело. – Мне два трупа ни к чему.
– Почему два? – не удержалась от вопроса.
– Стоит лорду Уитлоу убить вас, как его хватит удар.
Услышанное усугубило и без того удрученное состояние, доведя его до полуобморочного. Желание спорить с отцом, отстаивать права резко испарилось. Я решила сменить тактику – молча и стойко снести пять минут позора. Вдруг, выпустив пар, суровый родитель подобреет и не положит конец учебе и свободной жизни…
Глава 9
На третий этаж я поднималась с черепашьей скоростью. Заслышав на втором знакомый бас, еще больше замедлила шаг. Но как бы ни старалась отдалить неизбежное, все-таки оказалась у двери временного жилища, внутри которого царил хаос. Я переступила с ноги на ногу, глубоко вдохнула, нажала на ручку и вошла в комнату. Компанию бледной и наревевшейся до икоты Хлое составляли куратор группы, полуживой староста и непосредственно зачинщик сумятицы – разошедшийся министр образования. Увидев меня, живую и невредимую, он облегченно выдохнул, но уже в следующий миг лордом Уитлоу овладела крайняя степень негодования. Глаза стали злющими, щеки пунцовыми, желваки заходили ходуном.
– Ух ты, явилась! – всплеснул отец руками и расплылся в зловещей ухмылке. – Даже не запылилась, лишь снегом немного припорошило. Расскажи-ка, блудная дочь, где пропадала с самого утра? Только не лги. В «Жемчужине» не появлялась.
Выходило, грозный родитель не знал, что его непослушная дочь провела ночь вне стен общежития. Уже легче!
– Папа… – как можно ласковее начала я.
– Что «папа»?! – взревел он. – Предлагаешь сказать спасибо, что трясу перед тобой часами, а не календарем? Мать себе места не находит! Каждые полчаса письма строчит!
«Бедная мама», – подумала я, придала лицу виноватое выражение и потупила взгляд.
– Магистр Трой, можете быть свободны, – внезапно прогремел требовательный голос главы академии. – Адептов тоже прошу покинуть комнату, – указал он кивком на Хлою и Питера. – Если понадобитесь, вас позовут. Далеко не уходите.
Мгновение – и в комнате стало гораздо свободнее. Казалось, одна из ее хозяек и часть гостей только и ждали возможности испариться. Я готова была отдать немалую сумму, чтобы оказаться сейчас на их месте, ведь с минуты на минуту должна была решиться моя судьба. К сожалению, она находилась в руках разгневанного родителя, который на эмоциях мог вынести самый невероятный вердикт.
– Добрый вечер, лорд Уитлоу! Боюсь, исчезновение адептки Киммел – полностью моя вина, – невозмутимо и с завидным спокойствием произнес лорд Кристендер.
Услышанное заставило меня поднять голову и посмотреть на огневика. Наши взгляды пересеклись, и я увидела, что его фиалковые глаза полны сочувствия.
– Ваша? – отец в растерянности часто заморгал. – Потрудитесь объясниться, господин ректор!
Светловолосый маг встал между начальником и мной, словно на защиту. Пришлось отойти в сторону, чтобы не дышать ему прямо в спину.
– Видите ли, Ваше сиятельство, на днях, во время наведения порядка в библиотеке, мисс Киммел или Уитлоу, как вам угоднее, полюбопытствовала, где продаются лучшие в империи карманные часы. Без злого умысла я заявил, что в Риверсдейте. Поверьте, мне даже в голову не пришло, что спустя два дня она отправится в дальнее путешествие. В упомянутом городе ее ограбили, утащили все до последнего золотника. Не зная, что делать, ваша дочь зашла на почту и написала мне письмо с просьбой о помощи. Я немедленно выехал в Риверсдейт и забрал свою адептку.
– Реджина, ты меня в гроб сведешь! – отец возвел к потолку глаза, будто моля высшие силы о терпении. – Почему ко мне не обратилась? Ну да, боялась получить выволочку за очередную выходку, – фыркнул он и заметался по комнате, точно раненый зверь в клетке. – Понадеялась, что история не придастся огласке и я останусь в неведении? Не тут-то было! Что ты забыла в Риверсдейте? На кой тебе сдались карманные часы?
– Мисс Киммел хотела преподнести вам памятный подарок ко дню рождения, зная, как сильно вы любите подобные вещи. Он ведь на следующей неделе, – ответил вместо меня ректор.
Ежики колючие! У отца и правда в следующую пятницу день рождения. Нужно ж было запамятовать! Хорошую отговорку придумал ректор и вообще, у него невероятно складно получалось лгать. Я бы точно не смогла сочинить подобную небылицу в столь стрессовой ситуации. Вот тебе и лорд Кристендер.
– Где они? Или не успела купить? – с тенью сомнения спросил папа, впившись прожигающим взглядом в лицо.
Отец не относился к людям, которые верят на слово. Можно сколь угодно убеждать его в теории, бить себя в грудь, он останется при своем мнении, пока не предъявишь доказательства. А их у меня, конечно, не имелось. Вот мы и попались!
Я гулко сглотнула и в поисках спасения посмотрела ректора. В отличие от меня, он был спокоен, как водная гладь подчас штиля.
– Сдается, мисс Киммел, вы положили часы в ридикюль.
– Да? – мой голос прозвучал неестественно высоко.
Покопавшись в сумочке, к собственному изумлению, нашла на дне кожаный футляр цилиндрической формы, которого прежде там не замечала. Он исчез из моих рук прежде, чем я успела заглянуть внутрь.
Отец в два счета избавился от чехла, открыл позолоченный корпус и замер от восторга, отразившегося на лице.
– Это нечто невероятное, – благоговейно прошептал он, едва обрел дар речи. – Часы с компасом. Потрясающее исполнение! Спасибо, Реджина, – приглушенно произнес осчастливленный родитель и сгреб меня в охапку. Надежда, что конфликт исчерпан, растаяла, едва отец выдал с показной строгостью: – Я крайне признателен тебе за столь ценный и удивительный подарок, только не думай, что мой гнев полностью улегся. Я продолжаю злиться, Реджина. Ты поступила ужасно неосмотрительно. Хорошо, что лорд Кристендер оказался дома и молниеносно среагировал, а если бы нет? Что тогда?
– Папа… – заговорила я ласковым голосом, желая окончательно усмирить негодующего отца.
Он вскинул руку, призывая замолчать, пришлось повиноваться, дабы не вызвать новую волну гнева.
– Несмотря на благие намерения, я считаю, что ты обязана понести наказание.
– Прошу простить меня
