– У каждого своя судьба, Каролина. Ты всегда будешь мне дорога, поэтому приходи в любое время, когда я тебе понадоблюсь. Я буду ждать тебя.
Шаферы в визитках. Подружки невесты в темно-красных бархатных платьях. Цветы флердоранжа, затаенное дыхание, высокие белые свечи. Друзья и доброжелатели все прибывали и прибывали в длинных черных лимузинах к величественной готической пресвитерианской церкви на Университетском бульваре.
Фотографы со всех концов света толпились, сверкая вспышками фотоаппаратов. Сотни поклонников заполнили территорию церкви и близлежащее пространство, надеясь хоть мельком увидеть своего идола и его невесту. Полицейские, пешие и конные, оттесняли толпу, образуя своими телами тоннель, по которому смогла бы благополучно пройти знаменитая пара. Телохранители и агенты безопасности с пистолетами и подозрительными взглядами сопровождали жениха до боковых дверей часовни.
Наконец сияющая улыбкой невеста высадилась из белого прогулочного «мерседеса». Она представляла собой ослепительный образец невинности в атласном платье цвета слоновой кости, сшитом в старинном стиле. Трехметровая фата тянулась за ней по красному ковру церковной лестницы. Золотистые волосы блестели из-под шляпы с вуалью, изумрудные глаза искрились от счастья.
Ровно в восемь утра, в субботу, 15 ноября 1958 года от Рождества Христова, Клиффорд Клайд Маккарти обменялся торжественной клятвой с Каролиной Луизой Мэнсфилд перед лицом трехсот привилегированных гостей. Здесь был Эш со своей женой Шарман и дочерью Анной Элизабет. Ухмыляющийся шафер Бадди. Самая близкая подруга Каролины, Диана Хэррисон, которая не могла сдержать слез.
На следующий после пышного празднества день они отправились в свадебное путешествие.
Для Си Си это было первое трансатлантическое путешествие, хотя его молодая жена давно потеряла счет таким поездкам через океан, совершаемым вместе с Томасом и Ленор Джесси.
Когда корабль «Иль-де-Франс» подходил к берегу Неаполя, Каролина подумала, что это их место назначения. И коттедж, о котором говорил ей муж, несомненно, расположен на красивом островке Капри. Она была в восторге.
Но Каролина ошиблась.
– Югославия? – недоверчиво повторила она в десятый раз, когда через два дня переступила порог гостиной уединенного оштукатуренного домика, прилепившегося над крутыми каменистыми скалами в черногорском городке Будва.
Си Си добродушно рассмеялся и обнял ее.
– Это отличное место, разве ты не согласна? На следующий день после нашего знакомства я позвонил в агентство по продаже недвижимости Эбби Холидэй. Я попросил ее подыскать место, где никто и не подумал бы искать нас.
– И ты действительно купил этот дом?
– Да, любимая, – гордо ответил Си Си. – Этот дом принадлежит нам.
– А она не могла найти что-нибудь немного… чуть-чуть… поближе к дому?
– Конечно, могла, но это самое лучшее место. Мы уехали на полмира от всех, кого знаем.
Си Си взял Каролину за руку и провел ее через высокие стеклянные французские двери на плоский каменный балкон. Со стороны Африки дул сильный полуденный ветер. Высокие буруны бились о скалы далеко внизу.
Си Си сразу же влюбился в это место.
– Я хочу, – весело сказал он, пожирая глазами бурное Адриатическое море, – чтобы мы могли остаться здесь навсегда.
Каролина не выказывала своих чувств, но и не разделяла его энтузиазм. Место, которое Си Си находил таким трогательно интимным, романтическим и привлекательным, для его избалованной восемнадцатилетней жены казалось просто убогой деревней.
Они должны были провести здесь месяц, а уехали через неделю. Каролина тосковала по дому. Приближались праздники. Не могли бы они сделать себе приятное и отправиться в Даллас на Рождество?
– Конечно, крошка, все будет так, как ты пожелаешь.
Глава 16
Быть замужем за Вождем оказалось совсем не просто. Каролина повсюду путешествовала с мужем, живя в роскошных отелях и купаясь в лучах его славы. Любящий веселье Даллас закружился в вихре аншлаговых концертов, вечеринок звезд и пребывал в постоянном возбуждении. Где бы ни появлялись супруги, их машину окружали фанаты, провожая до следующей остановки. Они были самой популярной парой в Америке, их общества искали и тепло принимали в самых богатых и влиятельных домах.
Си Си был страстно влюблен в Каролину, нежен и заботлив. Поэтому, когда со времени свадьбы прошло почти четыре месяца и Каролина сообщила ему, что беременна, он был в неописуемом восторге. Си Си радовался, даже несмотря на то что эта беременность означала скорое расставание. Он весело заметил Каролине, что после рождения ребенка они снова будут путешествовать вместе.
Си Си начал сниматься в новом фильме, и Каролина вернулась в Даллас. Одиночество в «Мюзикленде» после блистательных поездок по стране с одним из самых знаменитых мужчин было ужасно.
Си Си тоже страдал. При первой возможности он мчался домой. Расставания были болезненными, а воссоединения сладостными.
Он был несказанно счастлив.
Валентина Трент в это время не была счастлива.
Одетая в платье от Мэйнбекера, скромно прикрывающее колени, она безучастно сидела в своем «кадиллаке» с шофером и устало вздыхала. По дороге на официальный завтрак с администрацией «Бэйлор Оксилари хоспитал» в «Лэйквуд кантри клаб» она думала вовсе не о предстоящем ленче. Мысли ее были заняты Си Си Маккарти.
Открыв сумочку из кожи ящерицы, она вынула золотой портсигар, украшенный оправленными в платину бриллиантами по восемнадцать карат. Достала сигарету «Олд Голд» и раздраженно постучала по крышке.
Почему, недоумевала она, Си Си, имея все шансы попасть на студию «Блубоннет», отказал ей? И почему этот отказ все еще продолжает ее беспокоить? Если б она повела себя иначе, пришел бы он к ней тогда или нет? Если бы она подписала с ним контракт, ничего не требуя взамен, нашел бы Си Си ее более привлекательной? Стали бы они в результате любовниками? Могла бы сегодня Валентина стать миссис Си Си Маккарти вместо этой золотоволосой, имевшей пять поколений знатных предков богатой девицы из Хайленд-Парка?
Валентина печально улыбнулась. Видит Бог, они с Си Си были бы самой подходящей парой. Ведь они так похожи. Оба поднялись наверх из низов, так как что-то собой представляли. Она стряхнула со своих ног пыль долины Рио-Гранде, а он выкарабкался из трясины западного Далласа. Они оба…
Валентина загасила сигарету в пепельнице и тут же закурила новую.
К черту Си Си Маккарти! Он ей не нужен, она его не желает. Валентина больше не могла слышать о нем, не могла читать о нем всякий раз, как брала в руки газету или журнал. Она устала от его неповторимого знойного голоса, который раздавался, едва только включалось радио.
