По следам Астольфа с Августином ринулись несколько жителей острова, во главе отряда встал отец несчастной жертвы.
Гадам повезло: из преследователи разделились. Поэтому двоих из валаренских магов они смогли убить и как‑то оторваться от погони. Сильно выросший резерв Астольфа сыграл ему на руку. Видно, он от этого впал в легкую эйфорию.
Если бы головой думал, не меня трахать собирался, а гнал бы отсюда со всей мочи. На Валарене, насколько я знаю, более двух сотен магов. Против такой силы никакой резерв не спасет.
Но что об этом говорить. Я попала! Пока валаренские маги найдут гадов, со мной все будет кончено. Маги крови — это вам не баран чихал.
Астольф с Августином тем временем наелись. Полежали немного на своих плащах, чтобы переварить пищу, еще поболтали, да так, что у меня от их сентенций кровь стыла в жилах, а затем первый решительно сплавил второго. Велел проводить лошадь и найти ей в лесу пастбище.
На самом деле просто выгнал из оврага. Видно, хотел в одиночку мной попользоваться, не делиться с приятелем. Августин кротко забрал лошадь и ушел. Когда его шагов и конского топота не стало слышно, Астольф поднялся и подошел ко мне.
— Ты же ведьма, крошка? — выпалил он без подготовки.
— Не крошка, а Летиция, — так же сходу ответила я.
— Это все равно. Пусть Летиция. Ты ведьма? И не смей отпираться. Мне хватает силы и умения, чтобы увидеть: на тебе личина, а еще кольцо, прикрывающее ауру. Если ты не ведьма, зачем это все?
Я молчала как захваченный в плен герой.
— Молчишь? Ну и ладно. Да ты не бойся, Летиция. Тебя я убивать не собираюсь. Та дурочка была свеженькой, неинициированной, а мне надо было срочно вырастить резерв до приемлемого размера. Вот и пришлось ее…, — он покрутил пальцами, — А ты — другое дело. Взрослая, полноценная, но еще юная ведьмочка. Говорят, если с такой регулярно спать, резерв растет сам по себе. Не скачкообразно, но эффективно. Я на Валарене на такое насмотрелся, так что хочу себе ведьму в личное пользование. Поняла?
— А как же Августин?
Маг расхохотался.
— Эта деревенщина? Он сделает как я скажу. Но ты ему тоже не отказывай. Такой преданный дурак — просто находка. Пусть силу копит. Да я просто король! Свой карманный маг и личная ведьма. А от тебя не убудет. Два любовника всяко лучше, чем один.
Я мрачно кивнула. Он принял этот жест за согласие и внезапно засуетился. Сложил плащи, покрыл их вытащенным из вьюка одеялом, устроил ложе, приговаривая:
— Ну вот и отличненько, вот и договорились. Сейчас я тебя освобожу, ты снимешь свое дурацкое платье и мы с тобой немного покувыркаемся, детка. Только смотри, без глупостей! Не захочешь добровольно, придется силу применить, хоть и неправильно это. Но ты веришь, что в случае чего я тебя не пожалею?
Я снова кивнула и Астольф сдернул свое спеленывающее заклятие, не переставая говорить:
— Валаренцы утверждают, что ведьму нельзя принуждать, а то силу даст, а на резерв это не подействует. Так что сама, сама…
При этих словах я шагнула вперед и взяла мага за лицо. Он потянулся ко мне губами, идиот.
Все это время я не зря молчала. Я думала. Меня, как любого мага в Кортале, воспитывали в уважении к человеческой жизни. Простые граждане могли резать друг друга и подсыпать яд, что они и делали время от времени, но для правильно воспитанного мага это было немыслимо. И вот сейчас передо мной стояло существо (человеком это не назовешь, зверей тоже обижать не хочется), которое я решила убить. Такое не должно ходить по земле!
Как убить я знала. Бабушка научила меня и этому. Правда, в теории, но я была уверена, что практика меня тоже не подведет. Но лишить жизни живое существо?… Он сдохнет, и все, а я стану убийцей. Страшно. Страшно как никогда в жизни.
Вспомнились бабушкины слова:
— Ведьма — суть природы. Для нее рождение и смерть — единый процесс. Отнимая у одного — отдай другим.
Она это говорила по поводу изготовления компоста, но и здесь этот урок применим. Решено. Да, я уничтожу зло и отдам его силу окружающей природе. Пересилив отвращение, прильнула губами к мерзкому рту и одним усилием перенаправила потоки магии. В глазах Астольфа самодовльство превратилось в удивление, а затем сменилось пониманием и ужасом. Он попытался меня оттолкнуть, но тщетно. Теперь разорвать поцелуй смогу только я, а я этого не сделаю до того, как вся сила мага уйдет в землю.
Маг просчитался, понадеявшись на мой юный возраст. Ведьмочки не способны на такие штуки, а вот состоявшиеся ведьмы — вполне. Сейчас он все понял, но было уже поздно. Медленно — медленно он опустился на колени, а затем я сама оттолкнула выпитое до дна тело. Астольф повалился на землю и застыл, глядя на меня глазами, которые уже туманила смерть.
Вокруг творилось что‑то невообразимое. Молоденькая травка за минуты вымахала мне до пояса, собранный для костра сушняк покрылся листвой, а гнилушка, на которой я сидела, выдала несколько мощных побегов. Радиус действия оказался просто невероятным. Не удивлюсь, если ожила та поваленная ива, за которой я пряталась. Это сколько же энергии мужик успел в себе запасти?
Тут наверху послышался топот копыт и я отскочила от трупа. Совсем об Августине забыла, а ведь он тоже представляет для меня немалую опасность.
Но это был не Августин. Вернее, не только он. В овраг спустились четверо конных, ведя за собой второго на хитро завязанной веревке. Она спутывала ему ноги, чтобы не мог делать широких шагов, затем стягивала руки, а заканчивалась скользящей петлей на шее, за которую его тянул всадник. Ловко.
По тому, как выглядели связавшие Августина люди, я сразу поняла — это валаренские маги. Как только не боятся по Мангре шастать? Хотя… С такими сильными магами никто связываться не станет. Это бедных ведьмочек легко поймать, а ребят с силой немереной пойди попробуй.
Один из четверых явно был старшим в команде. Он соскочил с коня и ткнул в меня пальцем:
— Ведьма?
— Ага.
— А этот? — он пнул труп Астольфа.
— С этим все, — односложно ответила я.
Действительно, пока суд да дело, жизнь в организме Астольфа прекратилась. Я попыталась найти в себе хоть каплю жалости и не нашла. Августин же смотрел на труп своего бывшего товарища с ужасом. Он не понимал, что произошло, но сообразил сразу: ему тоже не отвертеться.
Соскочивший с седла маг подошел ко мне, нагнулся, положил руку на голову, заглянул в глаза:
— Эй, девочка, ты держись! Не раскисай! Сейчас быстро поедем…
Он взлетел обратно в седло и подхватил меня одной рукой… Устроил за собой на крупе коня и обратился к своим спутникам: — Ребята, делимся. Тебе и тебе, — тут он ткнул пальцем в двух парней, — ублюдка зарыть, только вытащить из оврага: нечего этой падали чистую воду отравлять. Второго… А, тоже прикопайте где‑нибудь рядом. Кому нужен этот тупой выродок?! Затем я вас буду ждать у переправы. Ты, — от ткнул в грудь третьего, — Со мной. Девочку надо поскорее отвезти к нашим женщинам, пусть займутся. У нее шок.
