детей, потому что своего ребенка, какой бы он ни был, отдать не смогу. Я не могу ехать с тобой и всё бросить, у меня есть обязательства, работа…
– Ну, раз ты ничего не хочешь, не можешь, не желаешь – я еду один.
Олег развернулся и хлопнул дверью. Хелен должна уже была прилететь в Москву, а через день он должен встретить её в Кольцово.
Поздно ночью Ирине позвонил Сергей, приятель Олега по туризму.
– Скучаешь?
– Почему так поздно, я уже сплю?
– Ирина, извини, мне очень жаль, что ваши отношения с Олегом вошли в чёрную полосу. Но ты не знаешь всех обстоятельств. Твой благоверный не скучал. К нему прилетела американка, поселилась у его матери…
– Мне это безразлично…
Бросив трубку, Ирина закусила губу, слёзы обиды невозможно было удержать. В голове всё время прокручивалась пластинка «он меня обманывал, он меня обманывал». Очень просто решить в одну минуту «я об этом забыла». И очень трудно начать с этой минуты все заново.
Разговор с Хелен затянулся. Рыжеволосая, с веснушками, почти белыми ресницами и бровями, пухлыми, чувственными губками и мальчишеской фигурой – конечно, она была далека от идеала женской красоты. Но Олег терпел, слушал её беспрерывное щебетание о том, какая чудесная страна Россия, какие здесь замечательные, гостеприимные люди, как ей нравится Олег и как она надеется, что у них всё будет замечательно…
Цель оправдывает средства – «обратная сторона» угодливо подбирала необходимые афоризмы. Когда год назад лихой мальчишка в забытой деревне на спор перебегал дорогу перед машиной Олега, и эта попытка стала его последней попыткой – та же «обратная сторона» выносила оправдательные приговоры, отгоняла вопросы-ответы «а если бы…», утешала не хуже любимой женщины… Наверно, эта часть души – самая верная наша часть. При всей своей критичности она никогда не изменит. В принципе, какая разница – своенравная Ирина или глупышка Хелен? Главное, чтобы не мешала жить… Наверно, это главное качество в спутнице жизни, иначе рай быстро превращается в ад.
Итак, кажется, галантные манеры Олега и его природное обаяние победили. Хелен, утомлённая впечатлениями, отправилась спать. Олег вышел на кухню, чтобы поговорить с мамой.
– Сынок, ты уверен, что тебе это нужно?
Элла Сергеевна слегка нервничала, день выдался напряжённый, к тому же она ни слова не понимала из разговора, ей приходилось только кивать и улыбаться.
– Мама, мне это тяжело. Я все-таки люблю свою Совдепию, мне будет больно думать, что я никогда не смогу сидеть у вечерней речки под пение комаров… Небо везде одинаковое, но мне кажется, что такой васильковой синевы нет нигде. Что-то я рассопливился, извини…
– Олег, ты у меня по-прежнему романтик… Но это шанс… Надеюсь, Хелен не будет сразу торопить события и предлагать тебе оформить отношения, у них с этим не торопятся. Хотя, оформив брак, может, легче получить гражданство… Я в тебя верю, Олег!
– Спасибо, честно говоря, впереди – абсолютная неизвестность. Остается надеяться на свою звезду. Мое резюме разослано по десяти компаниям, ответа пока нет, но времени прошло совсем немного. Мама, только Ирине ничего не говори, я сам ей позвоню.
Предыдущее неудачное замужество научило её осторожности. Олег не сделал еще никакого встречного шага к интимным отношениям, но это она относила к его достоинствам, а не недостаткам. Однако она была самостоятельной женщиной, держала помощницу по хозяйству и уходу за детьми, и у нее было достаточно времени, чтобы заниматься собой. Отец детей, удачно начавший в стартапе, платил неплохие алименты, что позволяло существовать если не шикарно, то достойно.
Они зашли в квартиру, и Хелен бросилась на Олега с поцелуями.
– Вот мы и дома! Я так рада, что ты приехал, что мы вместе!
Олег последние дни жил как во сне, а сейчас проснулся в одну секунду. Отчётливо осознавая, что она ждёт пылкой реакции на его восклицания, он понял, что абсолютно не может лечь с ней в одну постель. Его руки помнили другое тело. «Обратная сторона» пыталась что-то подобрать и на этот раз, но Олег находился в оцепенении.
– Что с тобой? Ты устал? Ты напуган? Ты не можешь?
Хелен смотрела даже немного насмешливо, а Олег силился подобрать фразы, английские слова перемешивались с французскими, перед глазами стояла Элла Сергеевна с ободряющей улыбкой…
– Хелен…
Однако слов уже не было нужно. Как говорится, машинально, они очутились в душе, и её мокрые губы (в этот момент Олег вспомнил прикосновение лягушки к щеке) искали его поцелуев, а он стоял как дерево и боялся, что капризное имя выдаст весь его ужас… «Обратная сторона» неожиданно вылезла с инициативой вспомнить Ирину, представить, нафантазировать, нарисовать в воображении. «В конце концов, дорогуша, ты ведь не можешь опозориться в первый же день! От тебя не убудет, если ты позволишь обладательнице зверского темперамента немного поиграть с тобой. Смелее, дружок, иначе она и вправду подумает, что ты импотент…». Задушевные разговоры с «обратной стороной»! К чему только не приводят подобные дискуссии!
Утро не предвещало ничего хорошего. Олег встал, сделал легкую разминку, почему-то ныла нога, он стал прихрамывать сильнее обычного. События ночи вспоминать было довольно противно. Хелен спала. Ирина где-то там…Она должна быть на работе. Мысль поворачивалась туго, как заржавевший механизм. Включить комп, запустить ICQ… Так, тут пароли, но где наша не пропадала…Такие женщины всегда все записывают. Немного исследовав поверхность стола, он наткнулся на записную книжку…
– Привет! Это Олег.
– Привет. Как ты?
– Вчера прилетел. Пока все нормально.
– Как американка?
– Ты все знаешь? Я много должен сказать, но у меня лимит… Я тебе все напишу, уверен, ты поймешь…
– Хорошо, удачи…
Хелен зашевелилась и позвала его во сне. Он покорно заковылял к дивану. Не успел, сдерживая дыхание, улечься, как снова попал в цепкие объятия. «Неужели меня так и будут насиловать без перерыва? Я рехнусь, честное слово!».
– Хелен, может, не надо? Я очень устал.
– Дорогой, но я так соскучилась. Я просто восхищена тобой, как мужчиной. Ты самый лучший!
Изобразив на лице подобие улыбки, он решительно отвернулся.
– Ты включал компьютер?
– Это запрещено?
– Связывался со своей любимой?
– Откуда ты это взяла?
– Неужели ты считаешь меня такой наивной? Мне все известно. Мне это не обидно. Но, кажется, ты сделал выбор – о чём свидетельствуют перелет через океан и сегодняшняя ночь. Я не собираюсь держать тебя в клетке, но постарайся не думать о других женщинах, пока ты со мной. Я хочу быть единственной, понимаешь?
– Это условие?
– Считай, что так.
Довольно быстро она привела себя в порядок,
