— Естественно. Начали?
— Я в трюм, — сказал Федоров.
— Нет, — не согласился Меркурий. — Вот вам пульт, орудуйте здесь. А укладка груза — дело тонкое, ею займусь я сам. Прихвачу еще пару грузчиков. Эй вы, на машине! Вы — со мною в трюм, наверху пусть работают солдаты!
И он исчез в корабле, чтобы войти в трюм изнутри. Федоров включил транспортер.
— Считайте контейнеры, сойт, чтобы потом не вышло недоразумений, — сказал он и крикнул старшему охраны:
— Готовы?
Оттуда лишь махнули рукой.
— Пошел!
И погрузка началась.
И Меркурий с грузчиками в трюме, и водители машин, и солдаты в кузовах работали четко и усердно, дело шло споро и без происшествий. Так что через час с небольшим последний контейнер был погружен, и вышедший из трюма капитан спросил у Аласа:
— Ваш подсчет совпадает с заказом?
— Совершенно точно.
— Покажите. Правильно, и у меня те же цифры. Я пломбирую трюм. Не возражаете?
— Начальник колонны! — вместо ответа позвал сойт.
Вызванный подбежал.
— Операция проведена хорошо. Возвращайтесь на базу.
— Будет исполнено!
Начальник колонны направился к машинам, на ходу командуя заводить моторы.
Федоров глядел вслед тяжелым грузовикам, которым приходилось ползти на самой малой скорости, буквально расталкивая толпу, все никак не уменьшавшуюся и по-прежнему занятую куплей и продажей.
— Великая вещь — торговля, — пробормотал он. — Интересно, почем нынче протид на галактическом рынке…
— Начинаете интересоваться коммерцией? — усмехнулся Алас.
— Стремлюсь не отстать от времени. Ну что, капитан — по местам стоять, с якорей и швартовых сниматься?
— По местам, — согласился Меркурий. — И прощай, Иссора. Все было очень интересно и поучительно…
И он первым направился вверх по трапу. Алас подозрительно глянул ему вслед.
— Если бы не заложник, — сказал он, — я мог бы подумать, что вы не собираетесь возвращаться сюда.
И последовал за капитаном.
— Ну, что вы, — сказал ему в спину Федоров, замыкая шествие. — Мы не бросаем своих. Можете быть уверены.
Люки за ними закрылись, негромко проворковали автоматические запоры.
— Сирена у вас есть, надеюсь? — поинтересовался Алас, усаживаясь в отведенное ему кресло и включая страховку.
— Зачем?
— Разогнать толпу. Чтобы обойтись без жертв.
— Да нет, — сказал Меркурий. — У меня мягкий старт. На антигравах. Этого вы еще не успели выяснить?
— Спасибо за информацию, — поблагодарил сойт. — Я готов.
— Я тоже, — присоединился Федоров.
— В таком случае — старт.
* * *
Иссора была уже неотличима от звезд. Федоров отвел взгляд от экрана заднего обзора и улыбнулся.
— Ну, наконец-то, — сказал он и глубоко вздохнул. — А каково ваше настроение, сойт? Не грустно покидать родную планету?
— Если знаешь, что это ненадолго — даже приятно, — ответил Алас.
— Знание — великое дело, — согласился советник посольства. И добавил: — Однако, выглядите вы не ахти как бодро.
— Успел немного отвыкнуть от стартов, — пояснил сойт. — Все-таки последний раз я улетал с Иссоры уже давненько.
— Отдыхайте, набирайтесь сил, — посоветовал Меркурий, не отводя взгляда от пульта управления. — Будут еще перегрузочки при переходе в сопространство. Зато потом настанет тишь и благодать — до самого выхода.
— Надеюсь, мы выйдем не слишком далеко от Ливеры? — на всякий случай поинтересовался исс.
— Можете быть спокойны. Наша аппаратура позволяет совершать самые точные маневры.
— Это меня радует, — улыбнулся Алас. — В таком случае, я с вашего позволения полежу в каюте. На Ливере предстоит много суетиться.
— Я думаю, капитан, у вас не найдется возражений? — спросил Федоров.
— Ни малейших. Идите, сойт, и приятного вам отдыха.
Алас осторожно поднялся с кресла.
— Да, отвык, отвык, — озабоченно пробормотал он. — А вы, коллега, не собираетесь подремать? Капитан, кажется, прекрасно справляется и сам.
— Я не устал, — сказал Федоров. — Да вы идите, не думаю, что станете особенно скучать без моего общества.
Исс вышел. Меркурий и Федоров переглянулись. Меркурий ухмыльнулся.
— Надеюсь, у него крепкое сердце, — сказал он.
— На такой работе сердечников не держат, — ответил Федоров. — Хотя, разумеется, возраст… А лихим был деятелем в свое время.
Он едва успел закончить. Алас ворвался в рубку.
— Корабль захвачен! — крикнул он шепотом. — Там, в каюте… арестанты! Это побег! Немедленно сообщите…
— Не может быть, — усомнился Федоров. — Наверное, вам что-то померещилось.
— Или, во всяком случае, вы везете зайцев. В каюте — двое. По-моему, это те самые грузчики. Зачем вы их взяли с собой? Такого уговора не было…
— Успокойтесь, сойт, — спокойно проговорил Федоров. — Мы не возим зайцев. Скорее уж львов… Но ведь они вас не съели?
— Зачем вам эти заключенные?
— Да нет на борту никаких арестантов, — сказал на этот раз Меркурий. — Вы просто ошиблись, приняв за них нашего друга посла Изнова, а также человека, известного вам под именем Гост.
Алас медленно опустился в кресло, покинутое им столь недавно.
— Гост… — проговорил он медленно. — Значит, это Гост. Значит, это за ним мы гонялись несколько лет — и не смогли вычислить…
— Я понимаю, что это для вас неприятная неожиданность, сойт. Но с фактами приходится мириться. А факты говорят, что многолетнего резидента Терраны в вашем мире вы так и не смогли обнаружить, хотя догадывались о его существовании… Ага, вот и наши друзья. Как перенесли старт, посол? Вас, коллега, я даже не спрашиваю: то, что я о вас знаю, позволяет не задавать подобных вопросов.
— Я в полном порядке, — сказал Изнов. — И очень благодарен Гостеву за то, что он даже не позволил мне как следует поволноваться. Вы ведь ни слова не сказали о том, кто он на самом деле.
— Ну, мы сами далеко не сразу его опознали. Да и он, я думаю, лишь со временем понял, что принятый им сигнал исходил именно от нас.
— Так оно и было, — сказал Гост смущенно. — Обошлось бы без разного рода осложнений, если бы я сразу сообразил, кто вы такие. Но вы ведь представились на таможне, как прибывшие с Ливеры, и я поверил и запустил в ход совсем другой вариант для того, чтобы вас надежно изолировать. Ведь весь смысл операции заключался в том, чтобы не допустить вывода протида на Ливеру.
Он умолк и стал массировать кисть левой руки. Вздохнул:
— Чертовски надоели и контактные линзы о трех фальшивых зрачках, и чехлы для несуществующих пальцев — шестого и седьмого… Однако, без них я бы пропал.
— Откровенно говоря, я не понимаю вашей заинтересованности в этой операции, — сказал сойт Алас. — Терранская федерация — совсем другой регион Галактики; что вам до здешней крохотной планетки?
— И вам, советник, стоило ли в это ввязываться? — дополнил его Изнов. — Вы все-таки сегодня должны быть более дипломатом, чем разведчиком. Почему же?..
— Ну, должен же человек чем-то заниматься… — проговорил Федоров лениво. — Даже и в чужом мире. На самом-то деле мир един. А что до Ливеры, то этот полумирок, поставляющий наемников в армии любого толка, стремится зарекомендовать себя планетой, с которой следует считаться, но для этого использует весьма своеобразную методику: пытается оказывать влияние на окраинные области любой системы планет, подавать, так сказать, личный пример. То, что протид нужен им для схода с орбиты — всего лишь дезинформация. На самом деле они перепродают его дальше, на этом неплохо зарабатывают, закупают оружие в той же Федерации Гра — и продают его окраинам, и на этом зарабатывают снова. Торговля по установленным законам и правилам им ни к чему: общепринятым способом они никогда не получат таких дивидендов. Ну, а мы, естественно, заботимся о своих окраинах.
— Что правда, то правда, — кивнул Изнов. — Одной из задач нашего посольства на Синере была, кстати сказать, подготовка соглашения о совместной борьбе против контрабанды протида и оружия. Теперь, увы, этими переговорами будет заниматься кто-то другой. Впрочем, если говорить откровенно, я не так и горюю: Синера не вызвала у меня больших симпатий. Вы уж простите, Меркурий…
— На родине я знаю многих, кто сказал бы то же самое — если бы осмелился, — молвил Меркурий. — Во всяком случае, не мне спорить с вами по этому поводу.
— Ах, уважаемые господа, — невесело усмехнулся Алас. — Право, мне очень жаль, что вы провели так мало времени в нашем прекрасном мире. Иначе поняли бы, что даже Синерианская империя — далеко не самое худшее из всего, что может произойти с государством. Я знаю, что и в Терранской Федерации немало людей, не одобряющих того и сего… Но уйдет не столь уж значительное время — и вы с тоской вспомните о том, что сегодня у себя дома осуждаете.
