Крымский полуостров в планах Верховного главнокомандования вермахта рассматривался как плацдарм для вторжения на Кавказ. В директиве, подписанной 21 августа Гитлером, которая, по мнению генерала Гальдера, имела «решающее значение для всей Восточной кампании», важнейшей задачей до наступления зимы определялся «не захват Москвы, а захват Крыма, промышленных и угольных районов на реке Донец [168]и блокирование путей подвоза русскими нефти с Кавказа». На севере предусматривалось окружение Ленинграда и соединение с финскими войсками. От группы армий «Центр» требовалось, чтобы она, не считаясь с планами последующих операций, осуществила разгром 5-й армии Юго-Западного фронта [169].
Для захвата Крыма была выделена 11-я армия. В ее состав входили 30-й армейский корпус генерала Г. фон Зальмута (22, 72, 170-я пехотные дивизии), 54-й армейский корпус генерала Э.П. Ганзена (46, 50, 73-я пехотные дивизии), 49-й горный корпус [170]генерала Л. Кюблера (1-я и 4-я горнострелковые дивизии), моторизованные бригада «Leibstandarte-SS Adolf Hitler» и дивизия «Wiking». Армию поддерживал 4-й авиационный корпус, насчитывавший более 350 самолетов [171].
В связи с угрозой захвата Крыма советская Ставка ВГК директивой № 00931 от 14 августа 1941 г. создала 51-ю отдельную армию (106, 156, 271 и 276-я стрелковые, 40, 42 и 48-я кавалерийские дивизии) под командованием генерал-полковника Ф.И. Кузнецова. Ему в оперативном отношении подчинялся Черноморский флот. Формирование 51-й отдельной армии осуществлялось в сложных условиях: не хватало оружия, средств связи; личный состав еще не успел завершить обучение; прибывшие с материка две стрелковые и три кавалерийские дивизии были малочисленными. На армию возлагались следующие задачи: не допустить врага на территорию Крымского полуострова с суши, с моря и с воздуха; удерживать Крым до последнего бойца; действиями Черноморского флота воспретить подход и высадку на полуостров десантов противника [172]. Таким образом, генерала Ф.И. Кузнецова ориентировали, прежде всего на противодесантную оборону, хотя опасность надвигалась с севера. Все это отразилось в решении командарма об обороне Крыма.
Войска 51-й отдельной армии были рассредоточены по всей территории Крыма. На перекопском направлении, где была наибольшая вероятность вражеского удара, оборонялись всего три дивизии 9-го стрелкового корпуса: 276-я – на Чонгарском полуострове и Арабатской стрелке; 106-я – в 70-километровой полосе по южному берегу Сиваша; 156-я – на Перекопских позициях. Для отражения высадки вражеских десантов были выделены три кавалерийские (48, 42 и 40-я) и одна стрелковая (271-я) дивизии в районе Симферополя. Оборону побережья осуществляли четыре стрелковые дивизии (172, 184, 320 и 321-я). В результате ни на одном из направлений не было создано превосходства над врагом.
Итак, фон Манштейну снова предстояло сразиться с генерал-полковником Кузнецовым. Но теперь они находились в равных положениях, командуя армиями.
На войска 11-й армии были возложены две задачи, причем на двух расходящихся направлениях. Первая задача состояла в том, чтобы основными силами наступать по северному берегу Азовского моря на Ростов, продолжая преследование отходящих войск Южного фронта на правом фланге группы армий «Юг». Вторая задача заключалась в захвате в кратчайшие сроки Крыма, а после этого силами 49-го горного корпуса продолжении движения через Керченский пролив в направлении на Кавказ. Следовательно, соединения армии должны были действовать на расходящихся направлениях.
Фон Манштейн, оценив обстановку, решил в первую очередь силами 54-го и 49-го армейских корпусов занять Крым. «Такое решение командования армии означало, – пишет он, – конечно, значительное ослабление ее восточного крыла. Для высвобождения упомянутых соединений, помимо 22 дивизии, несшей охрану побережья севернее Крыма, могла быть использована только 3 румынская армия. Путем личных переговоров с генералом Думитреску [173] я добился того, что армия была быстро переброшена через Днепр, несмотря на упомянутые выше соображения румын, не желавших этого. Ясно было, что командование армии шло на большой риск, принимая эти меры, так как противник мог прекратить отход на Восточном фронте армии и попытаться взять инициативу в свои руки. Но без этого мы не могли обойтись, если не хотели начать битву за Крым с недостаточными силами» [174].
Подготовка 54-го армейского корпуса к наступлению затянулась из-за трудностей с подвозом материально-технических средств. И только 24 сентября он начал операцию, нанося главный удар по перекопским позициям. Безжалостно парящее солнце нависло над безлюдной степью. Части 46-й и 73-й пехотных дивизий, преодолевая упорное сопротивление войск 51-й отдельной армии, 26 сентября прорвали перекопские оборонительные позиции и захватили Армянск. Командующий 51-й отдельной армией возложил задачу по отражению наступления 54-го армейского корпуса на оперативную группу во главе со своим заместителем генералом П.И. Батовым. Он силами двух стрелковых полков (442-го и 417-го) нанес контрудар и захватил Щемиловку и старую крепость. Во второй половине дня 26 сентября в атаку на северную окраину Армянска перешел 865-й стрелковый полк 271-й стрелковой дивизии, подошедший к району боевых действий. С западной стороны наступал полк 172-й стрелковой дивизии. Однако 46-я пехотная дивизия оказала упорное сопротивление. Этим воспользовался командир 54-го армейского корпуса, который, подтянув части 73-й и 50-й пехотных дивизий, нанес контрудар и овладел большей частью Армянска.
Действия войск 51-й отдельной армии вызвали недовольство в Ставке ВГК. 27 сентября начальник Генерального штаба маршал Б.М. Шапошников по указанию И.В. Сталина направил командующему армией директиву № 002369, в которой отмечалось: «Из донесений штаба не видно, как протекает бой за Перекопский перешеек и какие силы противника атакуют наши войска. Можно только предполагать, что бои носят упорный характер или что вследствие слабого укрепления перешейка противник быстро продвигается вперед. По существу, за один день противник взял Перекоп, овладел Турецким валом и занял Армянск. Такое продвижение противника могу объяснить только недостаточной напористостью в обороне наших частей и, по-видимому, разрозненными контратаками группы Батова, не только не сбросившими противника с Турецкого вала на север, но в результате приведшие к оставлению Армянска. Имейте в виду, что с потерей Турецкого вала наступающий получает расширенный плацдарм для развития своих действий» [175].
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
