Однако превосходство все-таки было на стороне войск 11-й армии. 28 октября они вырвались на степные просторы и устремились на юг. Ведя непрерывные бои с наседавшими частями 11-й армии, Приморская армия отходила к Севастополю, а 51-я отдельная армия – к Керчи. Фон Манштейн незамедлительно принял меры для того, чтобы не допустить перехода войск Приморской армии к обороне у северных отрогов Яйлы и не дать им возможности укрыться в Севастопольском крепостном районе. Он приказал 30-му армейскому корпусу (72-я и 22-я пехотные дивизии) продвигаться на Симферополь, чтобы установить контроль над прибрежной дорогой Алушта – Севастополь. 54-й армейский корпус (50-я, 132-я пехотные дивизии, моторизованная бригада) получил задачу вести преследование в направлении Бахчисарай, Севастополь с целью перерезать дорогу Симферополь – Севастополь, а также внезапным ударом захватить Севастополь.
Войска 11-й армии стремительно преследовали отходившие соединения Приморской и 51-й отдельной армий. 1 ноября передовой отряд 72-й пехотной дивизии занял Симферополь. После этого главные силы 30-го армейского корпуса осуществили прорыв по горной дороге к расположенной на южном берегу Алуште и 4 ноября захватили город. Днем раньше, 3 ноября, части 42-го армейского корпуса овладели Феодосией.
Угроза Севастополю вынудила командующего Черноморским флотом перебазировать основные силы в малоудобные порты. 4 ноября сухопутные войска и силы флота, защищавшие Севастополь, были объединены в Севастопольский оборонительный район (СОР). 7 ноября Ставка ВГК направила командующим войсками Крыма и Черноморским флотом директиву № 004433 о мерах по укреплению обороны Крыма. В ней требовалось «с целью сковывания сил противника в Крыму и недопуска его на Кавказ через Таманский полуостров» считать главной задачей Черноморского флота активную оборону Севастополя и Керченского полуострова всеми силами. Особо подчеркивалось: «Севастополя не сдавать ни в коем случае и оборонять его всеми силами». Руководство обороной Севастополя предписывалось возложить на командующего флотом вице-адмирала Ф.С. Октябрьского с подчинением его вице-адмиралу Г.И. Левченко [183]. Заместителем вице-адмирала Октябрьского по сухопутной обороне стал генерал И.Е. Петров. Свыше 15 тыс. севастопольцев добровольно вступили в народное ополчение.
Это были своевременные меры, так как 8 ноября 105-й пехотный полк 30-го армейского корпуса овладел Балаклавой. До Севастополя оставалось пройти полтора десятка километров. На правом фланге 11-й армии была брошена вперед моторизованная бригада полковника Циглера, которая заняла переправы через реки Альма и Кача. Разведывательный батальон 22-й пехотной дивизии, входивший в состав этой бригады, сумел прорваться через горы до южного берега в районе Ялты. Таким образом, все шоссейные дороги, которые советские войска могли использовать для отхода на Севастополь, оказались перерезанными.
Фон Манштейн, внимательно наблюдая за развитием событий на севастопольском направлении, решил ввести в сражение 54-й армейский корпус, следовавший за моторизованной бригадой полковника Циглера. Командиру корпуса приказывалось прорваться через реки Бельбек и Черную и окончательно отрезать путь отступления на Севастополь советским частям, находящимся в горах. Однако корпус неожиданно встретил упорное сопротивление на подступах к Севастополю между реками Кача и Бельбек, а также при своем продвижении в горах к р. Черная. В результате фон Манштейн вынужден был отказаться от заманчивой идеи взять с ходу Севастополь.
8 ноября по решению Ставки ВГК для оказания помощи командованию войсками Крыма в Керчь в качестве представителя Ставки ВГК был направлен маршал Советского Союза Г.И. Кулик. На следующий день командующему 51-й отдельной армией генералу П.И. Батову была направлена директива Ставки ВГК за подписью маршала Б.М. Шапошникова, в которой требовалось от войск армии вести жесткую оборону, встретить и оказать содействие маршалу Г.И. Кулику [184].
К этому времени войска, оборонявшие Крым и Керченский полуостров, находились в тяжелом состоянии. «Противник, сосредоточив центр своих усилий на нашем левом фланге, продолжает теснить наши малочисленные, измотанные непрерывными боями, совершенно деморализованные и небоеспособные части, – докладывал 10 ноября Сталину командующий войсками Крыма вице-адмирал Левченко. – В связи с выводом из строя проволочных средств связи управление войсками осложняется. Положение исключительно тяжелое и ежедневно осложняется. Части не в состоянии удержать Керченского полуострова. Вызывает большое опасение в данной обстановке возможность потери всей материальной части артиллерии и техники. 302 сд сможет прибыть в Керчь не ранее 3–5 дней. Перебрасываемый из Тамани 825 гсп не в состоянии восполнить понесенных потерь. Прошу разрешения приступить к эвакуации с Керченского полуострова войск, матчасти и техники» [185].
11 ноября фон Манштейн основными силами 11-й армии предпринял первое наступление на Севастополь. Защитники города оказали решительное сопротивление. За десять дней напряженных боев войскам фон Манштейна удалось лишь на двух участках вклиниться в оборону на 1–4 км. В войсках 11-й армии значительно возросли потери. Это вынудило ее командующего 21 ноября прекратить наступление на Севастополь.
Маршал Кулик, оценив сложившуюся обстановку, 13 ноября доложил Сталину о необходимости в кратчайшее время осуществить эвакуацию войск Приморской армии на Таманский полуостров. Одновременно командующий войсками Крыма представил Сталину и наркому ВМФ адмиралу Кузнецову боевое донесение об обстановке на Керченском полуострове. В нем отмечалось, что войска керченского направления в последнее время понесли большие потери и крайне устали. Фронт удерживается только двумя полками вновь прибывшей 302-й стрелковой дивизии и группами устойчивых бойцов, оставшихся в дивизиях. Войска, не имея достаточного количества автоматического оружия и минометов, потеряли боеспособность. В этой связи вице-адмирал Левченко решил начать переправу с Керченского на Таманский полуостров ценной техники, тяжелой артиллерии, специальных машин, излишнего автотранспорта [186].
На следующий день, 14 ноября, маршал Шапошников направил вице-адмиралу Левченко и маршалу Кулику директиву № 004842, в которой требовалось удержание района Керчи «ставить не в зависимость от перевозки обозов и тяжелой артиллерии на Таманский полуостров, а от решения удержать Керчь, во что бы то ни стало, и не дать противнику занять этот район». Для достижения этой цели приказывалось перебросить для обороны Керчи, при необходимости, части 302-й стрелковой дивизии [187].
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
