— Конечно, выбери на свой вкус.
Покупки были сделаны. Дома они упаковали их в другие обертки с собственными надписями-посвящениями.
Лиз понимала, что Ричард в любом случае не появится раньше вечера следующего дня, но вдруг остро ощутила, как ей его недостает. В этот момент появилась Флоренс. Лиз изобразила самую любезную светскую улыбку, на какую только была способна.
В шикарной меховой шубке соперница выглядела просто великолепно. Сняв манто и небрежно бросив его на стул, она уселась, вытянула ноги и спокойно сказала:
— Я надеялась встретить вас здесь. Есть разговор.
— В чем дело? Я вся внимание.
— Может быть, для начала чего-нибудь выпьем?
Лиз покладисто согласилась.
— В такой вечер грех не выпить. — Она встала, сама смешала коктейли. — По-моему, нам действительно пора объясниться, Флоренс. Ричард далеко, и мы можем поговорить напрямую.
— Напрямую? — задумчиво произнесла старшая женщина. — А о чем нам надо говорить напрямую. Нам нечего делить.
— Это вы так считаете.
— Да ничего я не считаю! У меня много работы, мне некогда думать о разных глупостях. Могу лишь повторить то, что уже однажды сказала вам: оставьте пустые надежды, вам этот мужчина не по зубам.
И тут Лиз завелась.
— Не вам судить об этом. Не знаю, каким он был с вами. Но хорошо знаю, как неудержим и страстен он может быть, если женщина в его вкусе!
— Ну да. Особенно если он этой женщине платит за услуги.
У Лиз перехватило дыхание. Она просто не нашла достойного ответа и спросила:
— Что вы имеете в виду, Флоренс?
— А то, что вы нахально влезли в этот дом и пытаетесь охмурить хозяина. Вам все равно здесь не жить.
— Неправда, это он пригласил нас сюда! Но я искренне сожалею, если наше с Пат появление помешало вам.
— Не стоит извиняться. И не считайте, что ваше появление в этом доме помешает моим планам.
— Вашим планам? Я-то при чем?
— В том-то и дело, что ни при чем. Ричарда и моя семьи дружат уже не одно десятилетие. Наши родители будут счастливы видеть меня его женой. Неужели непонятно, почему я живу в этом доме?
— Но это ваши с ним проблемы. — Правда, перед глазами Лиз нарисовалась картина пышной свадьбы, на которой нарядно наряженная Пат вручает невесте цветы. Она даже слегка вспотела от волнения.
— Все шло нормально, пока вы с этим непонятным ребенком не возникли на горизонте. Нас с Ричардом очень многое объединяет. Мы принадлежим к одному миру, куда вам, дорогая, вход заказан. Может быть, сейчас Ричард и упивается ролью отца, но это наваждение вскоре пройдет, и он протрезвеет.
— Это он вам сказал о… его связи с Пат?
— Ему и не надо было делать этого, все и так ясно с первого взгляда. Но я знаю, что девочка не ваш ребенок. Я слышала, как она обращается к вам и называет вас тетей. Из чего сделала вывод, что она дочь вашей сестры, черт бы ее побрал!
— Флоренс, мне кажется, нам стоит оборвать этот разговор, мы можем зайти слишком далеко. Но учтите, я отсюда без борьбы не уеду!
— Без борьбы — с кем, уж не со мной ли?
— Именно так.
— Слушай, девочка, мне наплевать на то, что ты еще пару раз переспишь с ним. Мне Ричард нужен на всю оставшуюся жизнь, и тебе места рядом с ним нет и не будет.
Лиз быстро поднялась.
— Ну это мы еще посмотрим.
— Значит, ты не отрицаешь, что спишь с ним?
— Нет, это неправда.
Один эпизод нельзя ведь полвести под понятие «спать с кем-то», оправдывала себя Лиз. К тому же она вообще не обязана посвящать Флоренс в подробности своей личной жизни.
Самой же ей было бы очень интересно узнать, каковы реальные отношения между Флоренс и Ричардом. В принципе, они действительно подходили друг другу. Люди одного круга, оба богатые, красивые, преуспевающие. А вот она, Лиз, — и тут Флоренс права, — как говорится, из другой оперы. Замухрышка, у которой к тому же за душой ни гроша. Но почему же тогда произошло то, что произошло? Каприз пресыщенного богача?
— Советую дважды подумать, прежде чем что-то сделать. Уверена, ваша племянница понятия не имеет, кто ее реальный отец. А может, ей лучше и не знать? Такая новость может вызвать у нее просто шок. — Флоренс встала и начала отряхивать свою юбку, короткую, черную и, наверное, очень дорогую. — Я могу убраться из этого дома, но это вовсе не означает, что я исчезну из жизни Ричарда. И не тебе со мной бороться. — Сейчас Флоренс была похожа на разъяренную тигрицу, Лиз даже отшатнулась от нее. Накинув на плечи шубку, женщина направилась к двери. Перед тем как выйти, она обернулась и выдавила из себя: — Веселого вам Рождества, тем не менее!
Разбирая свою постель, Лиз размышляла. Что эта мегера может выкинуть, чтобы испоганить ее и Пат жизнь? Запустит под кровать гремучую змею? Пришлет пропитанное ядом письмо? Наймет киллера?
Мало того что ей предстоит провести несколько дней на ранчо и вынужденно улыбаться Ричарду ради Пат, так теперь надо еще и ждать какой-нибудь гадости от его подруги. С этими неприятными мыслями она погрузилась в беспокойный сон, наутро встала совершенно разбитой, и весь день была сама не своя.
Пат, наоборот, пребывала в отличном настроении и видела жизнь только в розовых красках. Ей звонили подружки, и она сама поздравляла кого-то.
Следующей ночью Лиз неожиданно проснулась от странного, но приятного ощущения. Ей показалось, что дом наполнился живым теплом. Она поняла, что вернулся Ричард. И не ошиблась: утром, выйдя на кухню, девушка обнаружила явные признаки его возвращения. На столе лежали свежие нью-йоркские газеты, на ручке двери висел галстук.
Странное, неспокойное Рождество, но все же лучше, чем прошлогоднее, подумала она. То было первым после гибели Джейн и Роберта. Что будет, если Флоренс без подготовки расскажет девочке о реальной ситуации? Как такая новость подействует на психику ребенка? Да, эта женщина вряд ли отступится от своих планов, но, если с Пат что-то случится, Ричард этого ей не простит.
Чуть позже, когда Лиз в детской читала Пат книжку, раздался стук в дверь и в комнату вошел Ричард. Одет он был еще официально, правда, галстука, повешенного на дверную ручку, на нем не было. Его усталое с дороги лицо просветлело, даже помолодело при первом взгляде на девочку. Пат стала докладывать ему, как они с Лиз провели время в его отсутствие. В обществе Ричарда девочка тоже похорошела, чувствовалось, что она искренне рада его возвращению. И Лиз подумала: как бы ни сложилась ее личная судьба, союз этих двух стоил того, чтобы она свела их.
Вскоре Ричард уехал в свой нешвиллский офис. День пролетел незаметно. А вечером, когда Пат, совсем сонная, наконец отправилась в спальню, Лиз пошла в студию. Ей хотелось закончить картину, над которой она работала уже три недели. Она увлеклась и не слышала, как вошел Ричард.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
