— Мне надо перекинуться с тобой парой слов. — Его голос растревожил сердце девушки. Она ждала разговора с ним тет-а-тет и почему-то интуитивно его опасалась. — Нам надо разобраться с подарками. Давай запакуем все как надо, а потом уложим в багажник машины. Мне не хотелось бы делать это при Пат.
— Приступим. — Лиз почувствовала себя очень взрослой, разумной и благородной: она не поддалась настроению и не послала его подальше.
Среди подарков, которые Ричард припас для дочки, был шикарный велосипед. Лиз одобрила выбор, но поинтересовалась, где девочка будет на нем кататься в эту пору года.
— Но лето ведь наступит, — сказал он немного смущенно. — Понимаешь, я не очень представляю себе вкусы этих юных леди, вот и решил купить на всякий случай. А что, ты считаешь, что это совсем глупо?
— Нет-нет, я вовсе не осуждаю ваш порыв. — А про себя она подумала: правы они были или нет, несколько дней назад поддавшись порыву, но это никак не должно отравить Рождество им всем и особенно — Пат.
Когда они упаковали подарки и уложили их в багажник БМВ, Ричард многозначительно посмотрел на нее и предложил:
— Может быть, выпьем по чашечке кофе? — Голос его был теплым и сердечным.
— Пошли, — просто ответила Лиз. Она уже настолько привыкла хозяйничать на этой кухне, что и сейчас сразу же взялась готовить кофе. Хороший, свежезаваренный кофе, ароматный и крепкий. — За вами — достать чашки. — Когда он замешкался, Лиз подсказала, на какой полке буфета эти чашки стоят.
Они сели за стол и, потягивая ароматный напиток, стали обсуждать завтрашний день. Сначала решали, когда лучше выехать, чтобы в разумное время попасть на ранчо. Потом она расспрашивала его, как там было, в Нью-Йорке, он рассказывал все без утайки. Господи, каким уютным, почти семейным был этот разговор!
Допив свою чашку, Лиз встала.
— Все, я пошла, — твердо сказала она. Ей совсем не хотелось еще раз пережить утро, наступившее после той незабываемой ночи.
— Я много думал о тебе в Нью-Йорке, — лениво сообщил Ричард. Ты даже снилась мне.
— О нет, я не стою этого, спите себе спокойно. — И тут она совершила ошибку — обернулась и встретилась с ним взглядом. — То, что произошло между нами, — начала она твердить с упорством дятла, надо забыть, а зачеркнуть нельзя.
— А надо ли забывать? — подал он реплику.
Ричард сидел, вытянув ноги. По его расслабленной позе можно было подумать, что ничто происходящее на земле этого человека не волнует. Но когда Лиз повторила, что произошедшее было ошибкой, он вздрогнул и напрягся.
— Почему? Что ты как попугай твердишь это?
— Потому!
— Очень убедительный ответ. Но, боюсь, неискренний. Ты чего-то боишься. Но чего? Ты же сказала, что с твоей стороны это был искренний порыв. Так в чем же дело?
— Не люблю быть слабой, а когда вы прикасаетесь ко мне…
— Что же тогда происходит? — Как он может говорить на такую тему совершенно спокойным голосом? — Мне казалось, что ты была искренна в своем желании. Ты меня хотела и пошла навстречу обстоятельствам. Так что же теперь без конца пережевывать ситуацию и корить себя… и меня?
— Может быть, все дело в моем статусе в вашем доме. Кто я? Бесправная нянька собственной племянницы. Меня это не устраивает. Нам надо решить, что делать дальше.
— А чего тут решать. Твоя позиция здесь вполне твердая. Совершенно не важно, что ты, вроде бы, работаешь у меня по найму. Запомни: ты — это ты! И исходи именно из этого.
— Что вы имеете в виду? Уж не то ли, что вы хотите получить любую женщину, которую пожелали в тот или иной момент?
— Девочка, не мели чепухи. Ты не любая женщина. Это раз. И потом, запомни, я не отношусь к числу самцов, укладывающих в свою постель женщину для самоутверждения. Это никогда не было и не будет моим жизненным принципом.
Лиз застыла с полуоткрытым ртом. Она пропустила вторую часть его фразы. В ее память врезались слова о том, что она не любая женщина. Что он этим хотел сказать? А Ричард продолжил:
— Знаешь, правда заключается в том, что мне не хватает тебя. Даже, если быть более точным, я страстно тебя желаю. Со мной это происходит впервые в жизни. — Говоря это, он подошел к Лиз. Его горячие руки проникли под рубашку и оказались на ее грудях. — Ничего не повторится, — вдруг сказал он, — пока я не осознаю, что ты хочешь этого так же страстно, как я. Скажи мне честно: да или нет?
У Лиз больше не было сил противиться судьбе. Пусть будет что будет. Физическое желание было всеобъемлющим, противостоять ему она больше не могла. Девушка закрыла глаза и впилась губами в его губы, тело ее подалось ему навстречу. Она твердо знала: только он один способен удовлетворить ее желание.
Сильные и ласковые руки легли на талию, потом поднялись выше и освободили груди от лифчика. О, как нестерпимо приятны его нежность и его ласка! Соски, как и в прошлый раз, затвердели и страстно ждали его ладоней, она запустила пальцы в его волосы и прижала его голову к своей груди. Он языком стал ласкать эти набухшие соски, наполняя все ее тело острым удовлетворением…
Ни один из них не услышал звука шагов. Только открыв глаза, Лиз поняла, что они на кухне уже не одни.
Глава девятая
Лиз первой осознала, что третьей лишней стала Флоренс, и начала интуитивно поправлять одежду.
— Ну, вы, ребята, даете!
Ричард обернулся на ее голос и вопросительно посмотрел на свою подругу.
— Привет, Флоренс, — сказал он как ни в чем не бывало. — Что тебе здесь надо?
— Да ничего особенного. Я просто заглянула, чтобы передать тебе мой рождественский подарок. — Женщина поставила на кухонный стол красиво упакованную коробочку.
Впервые за время их знакомства Лиз видела Флоренс не в фирменном костюме, а в джинсах, правда, подобранных точно по фигуре или даже, возможно, сшитых на заказ. Джемпер тоже явно из очень дорогих. Светлые волосы красиво падали на плечи.
Посмотрев зверем на Лиз, Флоренс сказала Ричарду:
— Теперь я понимаю, почему ты так сильно захотел, чтобы я покинула этот дом возможно быстрее.
Глаза Ричарда сузились, голос прозвучал неприязненно:
— Твое право думать все что хочешь, Флоренс.
Лиз было не по себе. Она вовсе не хотела быть свидетелем того, что происходит. Но и покинуть кухню она не могла, потому что для этого ей пришлось бы пройти между ними, почти вплотную к нему или к ней.
— Как ты мог, Ричард?
— Что мог?
— Мы так давно знаем друг друга…
Действительно, пронеслось в голове у Лиз, они вместе росли, у них много общего, они так подходят друг другу… А Ричард сказал совершенно спокойно, как отрезал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
