в правильных руках стоить очень многого. Но остальное превращало ее в почти бесполезный кусок драконьего адамантия. Правда, один потенциальный владелец для нее имелся. Больше никому она не могла подойти. Все же требования, которые она выставляла постоянным напором ярости, были весьма специфичны. Далеко не каждый мог сохранить ясность ума, постоянно подвергаясь ее воздействию.
«Вручить ее Имирону, означает поднять его еще на ступеньку выше в негласной иерархии ордена. Стоит ли так поступать? Изначально предполагалось, что предметы из драконьего адамантия будут отходить только младшим стража. Или Обугленным Стражам. Вторые есть, однако никому из них перчатка не нужна. Первых нет. Дилемма. С другой стороны, почему я вообще должен задаваться такими низкими вопросами, будто какой-то никчемный интриган? Артефакт есть. Владелец для него есть. Показал он себя отлично. На носу война. Год или два, мы сами явимся к демонам, если они не придут первыми. Вот и решен вопрос»
Кивнув сам себе, Первый Страж не глядя закинул перчатку в пространственный карман и поднялся на ноги. Протяжно зевнув, сбрасывая сонное наваждение, что почему-то начало приходить, стоило сесть на трон, он начал спускаться вниз.
Ноги привели его к ближайшим черепам, да там и остановились. А глаза, окончательно избавившись от сонного тумана, цепко впились в кость. И видели они в трофеях нечто большее, чем доказательство силы или успешности ордена на своем поприще. Для них то были источники огромного могущества, которое, пока, было неясно как использовать.
Свет и Пламя мало подходили для манипуляций, которые требовалось провести, чтобы окончательно и бесповоротно подчинить души древних драконов. Огонь мог разве что уничтожить кости, вместилища. А Свет годился для сдерживания или, опять же, полного уничтожения уже самих душ. Еще он мог “сменить вектор”, переделав их из воплощений чистого зла, в благих духов. Такой вариант не устраивал уже драконоборца.
Старый Алгалон еще мог бы решиться на такой шаг, сулящий обретение вполне неплохих союзников, при условии их полной свободы воли. Но прошедший слияние всех частей и начавший видеть суть вещей иначе, уже не мог решиться на столь кощунственный шаг.
Черепа, как и души драконов, принадлежали ему и ордену по праву. Отпускать он их не был намерен, хотя бы потому, что шанс на сотрудничество имелся весьма призрачный. С другой стороны, даже очищенный от зла, духи настолько могущественные духи драконов могли натворить дел. Да и не хотел он так просто лишаться могущества, которое они могли даровать. Тем более после того, как направил весь свой огонь в темницу Йогг-Сарона, а почти весь Свет разделил между братьями и сестрами ордена.
Совсем другое дело, если бы души, со всем вытекающим, удалось привязать к предметам, Обугленным Стражам или будущим младшим стражам.
«Пожалуй, я погорячился, когда решил, что для меня совсем не осталось занятий. Надо вернуться к изучению текстов о некромантии и темной магии в целом. Конечно, можно поручить это Изурегасу, он справится быстрее и лучше меня. Но у него и так полно задач. К тому же непонятно, какой будет результат, если позволить ему так глубоко погрузиться в запретные искусства магии. Лучше не рисковать. На крайний случай, пару душ можно запереть в сферы. Славные должны выйти големы»
Уже собираясь телепортироваться, владыка Цитадели ощутил под землей, на глубине в несколько километров, появление знакомого дракона. Того, что меньше всего хотел с ним контактировать и не смел отказываться от подозрений. А после последнего события — затаившего легкую обиду.
Хмыкнув, Страж решил остаться на месте. И даже не встречать гостя. Тот обещал явиться сам, ведь иначе быть не могло. Отца бронзовой стаи в Цитадели невзлюбили. Он, в отличии от сестер или Малигоса, не мог себе позволить явиться на вотчину драконоборцев, чтобы просто прогуляться или в чем-то помочь. Его бы, скорее, разобрали на части, попытайся он выкинуть что-то подобное.
И вправду, ждать долго не пришлось. Спустя всего семь минут спустя, дракона объявился в тронном зале, в сопровождении сенешаля. Хотя почти сразу в портальном зале оказались все Обугленные Стражи в полном составе. Однако, так же быстро они разошлись по своим местам, заниматься другими задачами.
— Здравствуй, Ноздорму. Какая цель привела тебя в Цитадель? — только для приветствия повернув голову, Алгалон продолжил рассматривать череп.
— Завтра Малигос явится, чтобы сообщить об обнаружении портала. Я же хочу сделать все возможное со своей стороны, во избежание потерь среди защитников Азерота.
— Враг так опасен? — владыка Цитадели опасно подобрался, как хищник, почуявший кровь. Несколько раз он сжал и разжал кулаки.
Из-за несостоявшейся битвы с Йогг-Сароном, он находился в странном состоянии. С одной стороны испытывая радость, ведь не пришлось ставить под угрозу весь мир, и испытывать себя. С другой стороны, отсутствие битвы, к которой морально готовился и во время которой собирался проверить себя, не давало покоя. Впереди обещало состояться еще множество сражений, в которые следовало идти гораздо более уверенным в себе. Да он банально хотел полностью понять глубину собственных возможностей.
— Один колдун Скверны, выползок демонов, и его прихлебатели. — Аспект Времени презрительно скривился. — Ты их уничтожишь легко, вместе со всеми, кого они привели. Последнего я хочу избежать.
— Интересно. — Первый Страж полностью развернулся к собеседнику. — Поведай мне эту историю.
— Орки, дети некогда прекрасного мира, не обделенного вниманием одного из титанов. На Дреноре царствовала дикая, опасная природа. Огромные звери, огромные чудовища, огромные растения. Условия закалили орков, превратили их в превосходных охотников и яростных воинов. Они велики размерами, крайне сильны, но главное — до вмешательства демонов были вполне разумным народом. Хотя примитивный племенной быт накладывал на них свой отпечаток, они блюли законы чести и уважали своих предков.
— Похоже на врайкулов.
— В той истории, которой ты лишил Азерот, орки стали бичом, пролили много крови. Но в конечном итоге потерпели поражение и оказались в рабстве людей. Позже, они сбежали на Калимдор, где основали орду и свои города, постаравшись вернуться к почти забытому, старому укладу жизни. Основание Орды поделило мир на две части, в которой вторая роль отошла Альянсу. Череда войн и вскрывающихся проблем, дали Орде и Альянсу возможность окрепнуть. Взрастить героев, что возвысились над своими народами. Именно они в конечном итоге разрешили кризис Ульдуара, Ан’Киража и Ни’алоты. Загнали обратно Повелителей Элементалей. Отразили атаки демонов и многое, многое другое. Из-за твоего вмешательства, Аспект Пламени, ничего уже не произойдет. Но хотя бы присмотреться к оркам ты можешь.
— Уж прости мое вмешательство в твои планы, Ноздорму. Я предпочту поверить в себя и орден, чем надеяться, что обычные смертные
