быть нежными, но убедитесь, что она не истекает кровью.
Он отдал честь. Глубоко вздохнув, я повернулась к Хакраму и Масего.
— Давайте, мальчики, — сказала я. — Мы можем поговорить, пока идем туда. День еще не закончен.
☠
Верес объявила гильдхолл своим передовым командным центром, как и в Марчфорде. Я могла понять, откуда она приобрела такую привычку: обычно это было самое большое здание в городе кэллоу, которое не было церковью или домом знати. Они обычно были ближе к главным улицам, чем упомянутые, так как пропускали сквозь себя прорву народу. Заверив Гончую, что ситуация с ангелом улажена и что я предоставлю ей полную картину позже, мне удалось вырваться из этого разговора и выкрасть у нее Айшу.
Она понадобится мне для предстоящего обсуждения. Кладовка, где Разбойник разместил приспешников Наследницы, была очищена, за исключением четырех туго связанных рулонов рассерженных праес, которые начали шуметь через свои кляпы, как только я вошла. Висельники прислонили Наследницу к стене, прежде чем я отпустила их, оставив только Подмастерье и Айшу рядом со мной. Я присела рядом с двумя пленниками и вынула их кляпы, не обращая внимания на их возмущенные требования.
— Ты хоть знаешь, кто я, невежественная говнодавка? — требовательно спросил парень-сонинке.
Я почесала щеку.
— Вообще-то я забыла твое имя, — призналась я. — Айша?
Хрупкая на вид тагреб выглядела на полпути между отчаянием и весельем.
— Фазили Мирембе, — подсказала она. — Наследник Аксума.
— Видишь, теперь я знаю, кто ты, Бабили, — сказала я ему. — Обрати внимание, что ты все еще связан. На самом деле это не случайность.
— Ты не можешь убить их, — прохрипела Наследница из своего угла.
— Смотри, кто вернулся из страны грез, — улыбнулась я. — И ты отчасти права, я полагаю. Во всяком случае, для троих. Извини, Фадила, но ты не попала в список. Твой босс решила, что ты слишком низко стоишь в списке приоритетов.
Я выхватила нож. Темнокожая магиня в панике вытаращила глаза.
— Погоди, — запричитала она, — я…
Острие моего ножа уперлось ей в горло, но не настолько сильно, чтобы из него потекла кровь.
— Да, да? — надавила я.
— Я уйду, уеду в Вольные Города, — выдавила она. — И никогда не вернусь в Империю.
Остальные аристократы в комнате наблюдали за происходящим в полной тишине, даже Айша.
— Мне очень жаль, — сказала я не без злобы. — Но ты соучастница массового убийства и загнана в угол. Изгнание здесь не вариант. Не с теми играми, в которые вы все играли.
— Кэтрин, — сказал Подмастерье. — Это было бы пустой тратой. Я уже говорил тебе, что она одна из самых талантливых практиков своего поколения.
— Это делает ее очень плохим вариантом, Масего, — ответила я. — Из тех, что возвращаются, чтобы укусить нас за задницу в критический момент.
— Предоставьте мне опеку над ней, — сказал он. — У меня есть проекты, которым не помешала бы дополнительная пара рук.
Я нахмурилась.
— Ты будешь отвечать за нее, а Блэк может возразить, — сказал я.
Очкастый маг фыркнул.
— Позволь мне разобраться с дядей Амадеем. Что же касается ответственности, то я намерен попросить ее дать несколько очень конкретных клятв.
Я с сомнением посмотрела на Фадилу.
— Как насчет этого? Лаборант или ранняя могила? Все зависит от тебя.
— Спасибо, лорд Подмастерье, — сказала она дрожащим голосом, игнорируя меня и пытаясь изобразить поклон, будучи связанной. — Я этого не забуду.
Я позвала стоявшего на страже Висельника обратно в комнату и приказала вытащить ее. Мы можем обсудить детали этого дела позже.
— Если эта маленькая демонстрация была предназначена для того, чтобы запугать нас, вы потерпели неудачу, — сказала связанная девушка сонинке.
Я бросила взгляд на Айшу. Хавулти Сахель, — беззвучно произнесла она одними губами. Наследница Нока.
— О, Савути, — сказала я. — Если ты не боишься, значит, не стоишь внимания. Я не могу убить тебя или пустить тебе кровь, конечно. Но Подмастерье может, скажем, сгноить твои глаза. Он сделал это с лицом Неуклюжего Фокусника в Саммерхолме. Мерзко, как в Преисподней на вид, скажу я вам.
Они застыли.
— Хорошие новости, — сказала я. — Это не то, что мы сделаем. Подмастерье, ты принес инструменты?
Круглолицый маг развернул кожаный сверток, полный чего-то похожего на скальпели и клешни, а также нескольких предметов, явно предназначенных для того, чтобы проделывать отверстия. Они были бы похожи на набор резчика — или палача, — если бы не руны, покрывающие каждый их уголок. Хавулти заскулила.
— Маг, да? — констатировала я. — Поясняю для остальных, товарищи невежественные ублюдки, это инструменты, используемые для извлечения и связывания души. —
Ужас в комнате стал теперь ощутимым.
— Видите ли, — продолжала я, — Наследница совершила ошибку, поторговавшись только за безопасность ваших тел. Я не собираюсь их трогать. Хитрые вещи, эти клятвы. Но если я верну ваши пустые оболочки в Пустошь, что ж, технически я выполню условия.
— В тебе этого нет, — сказала Наследница из своего угла.
— Год назад ты, возможно, была бы права, — согласилась я. — Это было до того, как ты начала всю эту ёбань с демонами и скармливание гражданских дьяволам. Ты пошла на обострение, Акуа. Мы больше не играем в военные игры.
— Вы начнете гражданскую войну, — сказал Фазили. — Тронь хоть один волос с наших голов, и половина Пустоши взбунтуется.
— Знаешь, — вздохнула я, — меня уже тошнит от всего этого комплекса ты не можешь меня тронуть, который есть у праэс-аристократов. Вы, кажется, думаете, что это дает вам свободу делать все, что вам заблагорассудится, без последствий.
Я видела, что они искренне не понимают меня. Последствия для них были тем, что случалось, когда другой благородный превосходил их. Может быть, когда они попадались в одну из интриг Императрицы. Мысль о том, что им, возможно, придется отчитываться перед кэллоу, отчаянно нуждающимся в ванне и двенадцати часах непрерывного сна, была совершенно чужда их образу мыслей. С таким же успехом я могла бы говорить на иностранном языке.
— Я не собираюсь тратить на вас время, — сказала я. — Вы не те, с кем бы мне хотелось разговаривать.
Масего поставил чашу с предсказаниями на землю, а я снова надела кляп Гассану, и
