— Ладно, я согласна, — «повелась» я. Хотя на самом деле вдруг поняла, что совсем не прочь попробовать с Андреем поцеловаться.
Мы поучавствовали в заездах еще три раза, и Радов уступил Косте только один раз, в самом конце. Затем Андрей сказал, что хватит, и мы уехали от соревнующихся.
Поймала себя на том, что сижу и улыбаюсь.
— Свой приз я потом заберу. Понравилось?
— Да!
— Садись за руль.
— Не — ет. Ни за что. Мне твою машину жалко.
— Садись, говорю, пока я добрый, — Адрей открыл дверь и вышел, тут же обойдя авто и откров дверцу с моей стороны. — Давай!
В итоге поддалась уговорам и все‑таки села за руль. Неуверенно гляжу на панель управления этим чудом автомобильной промышленности.
— Все просто, — успокаивает меня Радов и проводит краткий инструктаж.
Через несколько минут машина под моим управлением неуверенно трогается с места. Довольно быстро вспоминаются полученные в автошколе навыки.
Удивительно, но я сумела отвезти нас с Радовым до моего дома. При этом мы с мужчиной всю дорогу хохотали, обсуждая гонку и мои навыки крайне осторожной езды. Как меня не остановили для проверки отсутствующих документов патрули, не могу понять. Машина реально очень подозрительно кралась по дороге.
Я не стала подъезжать к дому, а остановила машину рядом с парком, в темном закутке.
— Лер, а почему ты захотела поучаствовать в гонках? — вдруг спросил меня Андрей. — Не ожидал от тебя подобного, если честно.
— С новой работой я вдруг поняла, какой скучной раньше была моя жизнь и как много я упускала, закрыв себя в определенные рамки и перестав к чему‑либо стремиться и рисковать. Вот, решила, что пора наверстывать упущенное.
— Тебе ведь нравится работать у Гайне, верно?
— Да, нравится. Хоть и тяжело. Я словно испытываю себя и предел своих возможностей. Осознаю теперь, что я способна гораздо на большее, чем только могла раньше предполагать. И это действительно здорово.
— Это да. Как бы я не относился к Виктору, но эти его испытания довольно интересные. Ты ведь знаешь, что те, кто у него месяц продержались, теперь большие начальники и весьма успешные люди? Эдакая экстремальная школа мастерства всего за месяц. Кто‑то не выдерживает и ломается, а кто‑то становится в два раза сильнее.
А почему тебе не нравится Гайне? — полюбопытствовал я.
— Это глубоко личное, субъективное и идущее из детства чувство, — хмыкнул Радов.
— В смысле? Почему из детства?
— Неважно. И вообще. Я хочу получить свой приз.
Радов неожиданно быстро наклонился и поцеловал меня. Требовательно, жадно, очень — очень страстно.
Я растерялась в первые мгновения, а после ответила и при этом крепко обняла Андрея. Поцелуй просто улетный, такой пламенный, чувственный, как и сам Андрей. И… я не знаю, что со мной, но… того волшебства, что я почувствовала в недавнем сне, не испытываю. Да, Андрей все делает на пять плюсом, сразу ощутила невероятное возбуждение, но… да я просто дура! Сравнивать свой сон и реального мужчину.
Первая прервала поцелуй.
— В чем дело? — интересуется Андрей, явно не намеренный так скоро меня отпускать.
— Ничего. Просто мне уже пора. Сейчас на работе особенно тяжело. Мне нужно хоть немного выспаться.
— Побудь со мной еще немного, — попросил Радов, потянулся ко мне, взял за талию и неожиданно ловко перетенул на свое место, усадив себе на колени. Как мужчине удалось провернуть подобный трюк в тесном салоне спортивной машины, сама не поняла. То ли я очень гибкая и компактная, то ли у Андрея опыт сказывается (вряд ли я первая девушка, с которой Радов катается на этой машине).
Мужчина крепко прижал к себе и вновь поцеловал, на этот раз так, что я напрочь забыла про все свои сны.
— Лер?
— М — м?
Время уже довольно позднее, но я все еще сижу вместе с Андреем в машине. Мы больше не целуемся, но сил уйти у меня уже нет.
— А расскажи мне про свои прошлые отношения. Ты ведь взрослая девочка, наверняка у тебя были мужчины. Почему ни с кем не завела семью?
Вот уж о чем я точно не хочу говорить здесь и сейчас.
— Мне домой пора.
— Э, нет, пока все не узнаю, не отпущу.
Радов устроил мне настоящую пытку щекоткой. Пришлось сознаваться.
— Были у меня отношения… в универе. С парнем одним.
— И что?
— Повстречались пару лет, а потом он уехал продолжать учебу за границей и там остался жить. Не выдержали отношения испытания расстоянием.
— Понятно. И все? — с недоверием поинтерсовался Радов.
— И все.
— Не может быть. Такая красивая серьезная девушка и всего одни отношения? Куда мужчины, что были рядом с тобой, смотрели?
— Ну знаешь, я сама довольно избирательна… обычно при новых знакомствах все заканчивалось парой свиданий, а потом выяснялось, что либо его что‑то во мне не устраивает, либо меня, либо обоюдно. Наверное, так нельзя, но все ждешь какой‑то большой настоящей любви и человека, которого действительно полюбишь. Глупо, да?
— Нет, почему же. Хотя я действую от обратного и предпочитаю… все же сначала попробовать, и если не то, искать дальше.
Это, короче, мне Андрей так объясняет причины, по которым он считается бабником?
— Получается, раз ты сейчас со мной, то я тебе правда нравлюсь и возможно даже больше, чем нравлюсь? — лукаво интересуется Андрей.
— А сколько у тебя было женщин? — игнорирую я вопрос Радова и задаю свой.
— Я не считал. Но… честно скажу, немало.
— И для тебя я, скорее всего, очередная добыча. Строптивая немного. Верно?
— Знаешь, ты первая, кого я считаю своей девушкой и кого привез на гонки. Там, на гонках, я другой. Возможно, более настоящий. И я хочу, чтобы ты была со мной в этой другой жизни. Нет, ты не добыча, хотя и будишь во мне охотничий азарт. И строптивая — это точно.
Домой я вернулась почти под утро. Мы почти всю ночь проболтали с Андреем о всякой ерунде. Радов хотел подвезти меня прямо к дому, но охранника на его рабочем месте не было, и шлагбаум, соответсвенно, поднять было некому. Уговорила Андрея меня не провожать, поскольку справедливо опасалась, что наше прощание возле квартиры может продлиться еще час — другой, еще и напроситься ко мне на утренний кофе мужчина может… а у меня кофе — машины нет, и вообще много чего еще отсутствует из бытовых приборов.
Зевая, захожу в подъезд и вызываю лифт — ну лень мне пешком даже на второй этаж сейчас подняться. На часах половина пятого утра.
Дверь открывается, являя мне своего пассажира. Гайне! Ничего себе!
Кажется, мой начальник тоже сильно удивился.
И выглядит босс необычно. Вместо делового, на Гайне надет спортивный серый костюм.
