усмехнулся.
— Как вы вообще здесь оказались? Следили, что ли?
— Нанял такси, — соврал я.
— А потом прятались поблизости?
Я только плечами пожал: и так ведь понятно.
Франц удовлетворённо кивнул.
— Почему вы так быстро вернулись? — не удержался я. — Я видел, как вы уехали вместе с графиней.
— Мне показалось, что в подворотне напротив дома кто-то прячется. Довёз графиню до гостиницы, где она остановилась, и решил проверить. Оказалось, не зря. Спасибо снегопаду: вы оставили следы. Они идут от подворотни, пересекают улицу и кончаются возле стены. У меня было подозрение, что кто-то забрался в окно, но я никак не ожидал отыскать вас, — дворецкий сделал короткое движение пистолетом. — Что ж, идёмте. Представлю вас хозяину дома. А то невежливо получится, — он осклабился, продемонстрировав зубы. — Нет, нет, не так быстро! А то я могу выстрелить и попасть вам в основание позвоночника.
Это было исключено, однако возражать я не стал: увидеть хозяина дома было очень даже любопытно.
Франц вывел меня в коридор. Там уже горел свет, и толпились угрюмые слуги в серых ливреях и мягкой войлочной обуви. Они молча взяли меня под белы руки и торжественно сопроводили в левое крыло — в большую гостиную, обставленную в викторианском стиле.
В камине весело потрескивал огонь, и возле решётки сидел на корточках огромный черноволосый человек с усами и подусниками. При нашем появлении он медленно распрямился во весь свой внушительный рост и сразу словно заполнил собой всю комнату. Одет он был в сорочку, чёрный жилет с искорками и чёрные брюки. На ногах — бархатные тапочки.
Хозяин дома впился в меня взглядом. Глаза у него были серые, почти такого же цвета, как пистолет Франца.
— Это не взломщик, — сказал дворецкий, подходя к креслу и садясь в него. Оружие он уже убрал в подмышечную кобуру. — Наш старый знакомый. Приплыл на теплоходе, выдавая себя за доктора Барни. Воспользовался тем, что настоящего профессора мы никогда не видели.
Хозяин дома сдвинул густые чёрные брови. На мясистых губах появилась злая ухмылка.
— Тот самый ш-шпион? — слегка заикаясь, проговорил он низким голосом, очень приятным. Даже странно, что он принадлежал этому великану, будто вытесанному из куска гранита. — Из полиции?
— Угу, — подтвердил дворецкий. — Давно к нам подбираются, шакалы! — он схватил стакан, наполнил его наполовину бренди из графина. — Следил за домом, прятался где-то поблизости. Потом влез в окно. Так сказал, по крайней мере.
Похоже, горничная сказала им, что я из полиции. Значит, не совсем выдала. А может, не поверила?
— Опять Мэри з-запереть забыла! — с досадой пробормотал великан. — Сколько раз ей говорил. Выставлю на улицу, в конце концов, хоть и сестра! Терпеть не могу дур!
Франц на это деликатно промолчал. Сделал глоток бренди, с удовольствием поморщился.
— Что будем делать с господином ищейкой? — спросил он после короткой паузы.
Глава 33
Шагнув ко мне, великан смерил меня презрительным взглядом.
— Что, фараоны теперь мальчишек отправляют волков з-загонять? — поинтересовался он насмешливо. — Успели своим весточку-то отправить? — прищурился хозяин дома. — Нет, н-не успели, — ответил он на свой вопрос. — Значит, на свои силы положились? Напрасно.
— Я предлагаю в расход, — проговорил Франц.
— Дождёмся г-графини, — отозвался великан.
— Стоит ли её расстраивать? — дворецкий нахмурился. — Отвезём к набережной, пустим пулю в голову и… — он выразительно щёлкнул пальцами. — Там в ночное время всякий сброд шатается, грабят каждую ночь людей.
— Только не вмешивайте меня в ваши д-дела, — поморщился великан. — Я учёный, а не г-головорез.
При этих словах я посмотрел на хозяина дома с удивлением: за учёного я принял бы этого медведя в последнюю очередь. Очень хотелось спросить, что же он изучает, и, вообще, чем занимается в своём доме. Очевидно, оказывает какие-то медицинские услуги.
Неожиданно в голову пришла мысль: доктор Барни бывал здесь и принимал участие в деятельности великана. Ему даже платили за это пятьдесят тысяч. А готовы были выложить и вдвое больше.
— Отрядите своих людей, — попросил Франц. — Мы бы сегодня с этим и покончили. Не держать же господина легавого здесь. Может ведь и сбежать. А тогда… — дворецкий не договорил, только выразительно наклонил голову, глядя на великана.
Тот нехотя кивнул:
— Берите. Арман, Гуннер, поступаете на вечер в распоряжение герра Кюхеля.
Вот, значит, как его зовут, — подумал я: Франц Кюхель. Но на немца он не похож и говорит без акцента. Может, правда то, что рассказал о родителях.
Хозяин дома шагнул ко мне, оказавшись совсем близко, и вдруг резко, коротким движением опытного боксёра ударил меня в солнечное сплетение.
В глазах вспыхнуло, и мир исчез, залитый неземным светом.
Очнулся я в машине, лёжа на полу, под ногами Франца и одного из слуг. Попробовал пошевелить руками, но они были связаны за спиной. Ноги, впрочем, оставались свободны. Наверное, мои враги не пожелали тащить жертву на себе и решили, что пусть она лучше сама дойдёт до места своего последнего пристанища. Можно было бы разделаться с ними сейчас, но я почти ничего не узнал. Вернее, вообще ничего.
Через некоторое время Франц опустил взгляд и заметил, что я очнулся.
— Потерпите, — сказал он насмешливо. — Скоро вы уже никому не сможете докучать. Мы подъезжаем к Аудзейдс Фоорбургваль.
— Что это? — спросил я.
— Набережная квартала Валлен. Вы о нём, конечно, не слышали. Я уже вижу красные фонари, — с каким-то плотоядным выражением пробормотал Франц через пару минут. — Поворачивай к каналу! Чёрт! Drehen Sie den Kanal, — повторил он водителю.
Машина качнулась и покатилась влево.
Когда она остановилась, Франц вылез первым и закурил тонкую сигару. Слуги выволокли меня и с трудом поставили на ноги. Я им не помогал.
— Здесь недалеко, — проговорил Франц, раскуривая сигару. Снег падал ему на котелок и плечи толстого шерстяного пальто, но дворецкий не обращал на это никакого внимания. Глаза у него возбуждённо поблёскивали. — Когда я служил Её Величеству, моя работа была куда интереснее, но графиня платит больше, — он растянул губы в ухмылке и достал свободной рукой пистолет. — Вперёд! Dort!
Слуги потащили меня к каналу. Набережная была почти не освещена. Ближайший
