парочку малышей, что бы Киру было веселей, а им радостней. Кир теперь с большим удовольствием бегал в простых футболочках, шортиках и сандаликах на босу ногу и был очень доволен сменой обстановки и вниманием. Много ли ребенку нужно для счастья? У Кира теперь были мама и бабушка, любящие его, и много чего незнакомого и интересного вокруг. Лето пришло, и Кир весь день проводил на улице, с удовольствием лазая везде, мы поняли, что раньше, ему, так как здесь бегать было запрещено, тем более ковыряться в песке или лазать на деревья, или просто бегать по дорожкам и громко кричать. Вернее нам он это пытался рассказать пока еще на дикой смеси языков уже с добавлением русских слов.
Общим советом мы совсем закрыли деревню, вернее меня просто поставили перед фактом, а я была совсем не против. Мы все переживали за безопасность Кира, и выходить за пределы деревни ему пока было опасно, мы все боялись, что его смогут похитить те, кому я, когда то сорвала ритуал жертвоприношения Кира.
Вот не ждешь уже ничего, а кто — то сверху частенько все решает за тебя, и готовит такие сюрпризы, скажем так невероятные, но в данном случае пока сюрпризы были приятными. Чего я не ждала в ближайшее время, так это визита Астахова, начальника особого отдела в Тамбове. В особом отделе знали, что я вернулась домой, и не могу покинуть Чудную деревню, и пока лишена дара. Питирим как то обмолвился, что говорил с Астаховым и беспокоить меня не будут, а претензий по старым делам каких либо ко мне нет и быть не может. Поэтому я очень удивилась через несколько дней после появления Кира, когда увидела на пороге гостевого дома Питирима сопровождающего смущенного Астахова. Антон Семенович при виде меня удивленно присвистнул и, пытаясь за улыбкой скрыть растерянность и неловкость слегка меня приобнял, очень нежно, как хрупкую вазу.
— Как я рад, и не только я, что ты жива и почти здорова. — С самого начала твоих приключений мы поддерживали тебя и даже надеялись, что ты обратишься к нам за помощью.
— Не уверена, что вы бы мне тогда смогли помочь, — отозвалась я, — а погибнуть ни за грош это да, могли запросто.
— Ну не знаю, — задумчиво протянул Астахов, выпустив меня из объятий, — мы тогда столько всего придумали, где вас спрятать можно. — А это и есть тот самый ребенок, и — за которого тогда такой шум и гам поднялся? — Елена всегда поражался тому, что ты, не прикладывая никаких усилий, получаешь приключения даже на дому.
Я вопросительно взглянула на Астахова, а он продолжал.
— Вот как, ты ведь только вернулась и я знаю, что ты за пределы деревни ни разу не выходила, а уже стала вдовой и мамой.
Потом Астахов понял, что ляпнул что то не то, и на какое то время замолчал.
Кир сразу же вцепился в меня, он еще боялся, что я исчезну и с тревогой разглядывал Астахова, мало ли с какой целью тот явился. Питирим сразу как зашел в дом сел у стола и молчал, наблюдая за нами молча и отстранено, не пытаясь помочь Астахову преодолеть неловкость и сформулировать просьбу, по которой тот прибыл. В то, что Астахов просто решил заехать в гости, я не верила. Я предложила Астахову присесть и сама плюхнулась на табуретку рядом с ним, Кир пристроился в безопасности у меня за спиной, и с любопытством выглядывая и — за меня, разглядывал новое лицо. Астахов также с любопытством разглядывал Кира и мялся, не зная как начать разговор, я не торопилась помогать ему. Питирим также молча и нетерпеливо поглядывал на Антона Семеновича, явно торопя его не затягивать разговор. Потом он все — таки понял, что в гляделки мы можем играть бесконечно и нужно это прекращать. Уж не знаю, чего я ждала от Астахова, но он сумел меня удивить, можно сказать, даже ошарашить.
— Знаешь, тут у нас так получилось, — невнятно начал он, и вдруг решившись, начал говорить уверенно. — Я попросил Питирима как вашего старшего присутствовать при разговоре и расскажу вам историю сначала, а вам уж решать, как поступить. — За Моршей в сторону Тамбова есть деревушка Лесная, мертвая уже почти. — Так вот там до недавнего времени жили семейство лисье из родичей Патрикеевны. — Так седьмая вода, но лисы обороты, то у нас здесь не живут, неуютно им тут, а эти не жили, а доживали, можно сказать. — Бабка с внучкой, остались, от, когда то большой семьи. — Мы про них знали, но они никого не беспокоили и нам они без надобности, тем более они жили скромно и никуда не лезли. — Даже и по какой причине прибились к нашей земле непонятно. — Внучка подросла только- только, в силу вошла и пропала, бабка ее искала, беспокоилась. — Да там и девчонка то оторва еще та была, шебутная, Настеной ее звали, но красавица необычная даже по меркам Патрикеевых. — Года полтора ее не было, а потом нарисовалась да с животом больше нее. — В общем, история стара как мир, даже у нечисти такое случается. — Настена загуляла толи с волшебником, толи с чародеем, а он ее бросил, мы так думаем, а что там на самом деле произошло, никто толком то не знает. — А может она и сбежала от любовника, когда понесла, побоялась, что он ребенка изведет. — Полукровок не приветствуют, тем более таких. — Так вот родила она девчонку недавно совсем и на бабку оставила, беспокойная Настя очень была, боялась чего то, ушла из дома, сказав, что ненадолго. — Бабка всех и подняла, почуяла беду с внучкой и до нас достучалась, через, оборотов весточку послав. — Нашли мы Настену, только убитой. — Пока что ищем только, кто с ней так поступил, да концов пока никаких.
Астахов замолчал и вопросительно посмотрел на меня.
Я нахмурилась. — Помочь не могу, еще слаба, и своим даром не владею совершенно.
— Да знаю я, — отмахнулся Астахов. — Тут другое дело от тебя требуется, малышка в беде оказалась. — Бабка Настены сразу как про гибель внучки узнала, так и померла от удара. — Малышку мы забрали и пока она у ваших соседей оборотов живет. — Но, оставить ее у себя они не могут. — Как бы хорошо они к ней не относились, но в их семье она будет изгоем, тем более дитя с магическим даром им не воспитать. — Обороты магией не владеют, да и лисичке среди волков не выжить. — В человеческом детском доме
