щеку, но промазал. Прикосновение к губам обожгло меня словно огнем. Я замер на секунду, но Лео ответила на поцелуй. Я почувствовал, как закружился мир вокруг нас и на некоторое время полностью потерял связь с реальностью. Потом осознав, что происходит, медленно отстранился, еще не в полной мере владея собой.
— Лёх, — голос Лео был хриплым. — Не надо ничего ждать. Ты еще со времен резервации все чего-то ждешь, но идеальный момент не наступит никогда.
Я молча вглядывался в ее потемневшие глаза. Потом протянул руку и коснулся застежки ее рубашки. Медленно расстегнул. Лео скинула рубашку, а после потянула кверху мою футболку.
Сердце колотилось как ненормальное. Я пытался удержать контроль над происходящим, но мне это уже практически не удавалось. Единственное, что я старался сделать изо всех сил — это не торопиться. Растянуть каждую секунду, прочувствовать до конца каждое прикосновение. Скользить губами по шее Лео, ощущая ее трепет и желание. Целовать мочку уха. Найти пульсирующую жилку в ямке между ключицами. Запустить руку в копну волос на затылке. Коснуться губами ее губ — сначала нежно, а потом настойчивее с каждой секундой.
Я не очень осознал, как мы оказались в спальне. А потом вообще перестал пытаться что-то осознавать. Была Лео. Был я. А все, что вокруг не имело значения.
Не знаю, сколько времени прошло. Лео на коммуникатор пришло какое-то сообщение. Бросив на него быстрый взгляд, она смахнула окошко и тихо сказала:
— Нам надо выйти из номера. Иначе нас потеряют.
Но, я по-прежнему был не готов выпускать Лео из объятий. Хотел чувствовать ее тело возле своего, скользить по нему рукой, изучая все изгибы. Ощущать тепло ее дыхания на своей шее. Вдыхать запах разогретой кожи, шампуня, духов, перемешивающийся в тот самый особый аромат Лео.
— Нет, — я сгреб ее в охапку и прижал к себе, слегка развернувшись, чтобы она оказалась сверху. — Никуда не хочу.
Она поцеловала меня.
Мне казалось я мог провести вечность, вот так валясь в постели с любимой женщиной. Через какое-то время мы повторили все, что успели до этого, а после валялись еще. Но наконец Лео все-таки подняла меня и отправила в душ. Сама, правда, вскоре присоединилась, поэтому душ занял неприлично много времени.
После Лео открыла пульт управления шкафов и стала выбирать программу для выдачи моей одежды. Я обнял ее сзади и следил за длинными пальцами, порхающими над пультом.
Шкаф выдал цветную футболку яркого голубого цвета.
— Вот, отлично, — Лео победно покрутила ей передо мной. — А то ходишь вечно во всем сером.
Мы оделись и уже стоя перед дверью, Лео внезапно обернулась ко мне.
— Лех, никогда не делай так больше.
Я опешил. Вся кровь отлила от конечностей и собралась в ледяной комок где-то в животе.
— Как — так? — хрипло уточнил я. В голове пронесся весь день, что мы провели вместе.
— Не обижай меня. Подозрениями и игнором. И не оставляй меня одну. Не смей… умирать!
Выдохнув с облегчением, я притянул ее к себе.
— Не оставлю. Никогда.
Я почувствовал, как она откликнулась на прикосновение, но в этот раз сдержался и открыл дверь в коридор.
Часть 3. Начало сознательного. Глава 1
До вылета оставалось всего шесть дней. Я поймал себя на том, что меня охватил мандраж. Несмотря на то, что симулятор по-прежнему ставил моим навыкам максимальный балл, в глубине души я все равно ощущал свою ущербность. Виной тому были и ограниченная подвижность руки, и страх внезапно уйти в распад. И что-то еще. Что-то непонятное. Оно пряталось в подсознании, не давая выловить себя и рассмотреть. От этого временами становилось совсем жутко.
Посещения лаборатории я начал избегать. Мне было совершенно некомфортно следить за экспериментами. Я боялся, что они могут спровоцировать очередной распад. Панические атаки не вернулись, но всякий раз, когда я думал об опытах с перемещениями, холодный липкий страх подползал к горлу.
Лео замечала мое состояние, но выводы из него сделала своеобразные. В один из вечеров, забирая меня с симулятора, она притащила с собой куртки и позвала прогуляться по парку. Не видя подвоха, я согласился. Впереди полгода полета, сейчас самое время надышаться нормальным воздухом.
По дорожкам Лео шла уверенно, явно имея какую-то цель. Я удивился, но вопросов не задавал, мне было все равно куда идти.
За очередным витком дороги открылся вид на парковый пруд. Лео достала из кармана какой-то пульт и через секунду фонари вокруг пруда погасли. Почти на ощупь мы спустились к воде. Облаков сегодня не было, звездный ковер раскинулся над нами, а внизу лежало темное зеркало воды, с изредка пробегавшими искрами бликов. Лео прислонилась ко мне спиной, и стала разглядывать небо. Я, не задумываясь, обнял ее.
— Ты знаешь все звезды? — Ее голова лежала на моем плече.
— Все, наверное, нет, — усмехнулся я.
— А созвездия?
— Ну вот прямо над нами видишь неправильный пятиугольник? Это Цефей. Рядом с ним в виде буквы М — Кассиопея. Видишь?
Лео подвигала головой, пристраивая ее поудобнее.
— Вижу.
— Вон там ковш Большой Медведицы, а слева от Полярной звезды, видишь вон ту точку? — я дождался кивка, — созвездие Дракона. Ближе к утру можно было бы увидеть Орион. Одно из самых ярких созвездий. Я, когда был маленький, очень хотел полететь к Бетельгейзе — это красная звезда в левом плече Ориона.
— Что же тебе в ней нравилось? — Лео чуть наклонила голову назад, пытаясь в темноте разглядеть мое лицо.
— Это одна из крупнейших звезд среди известных. И первая после Солнца, для которой удалось получить изображения диска и пятен на нем. Кстати, такой как сейчас, она пробудет недолго. Скоро Бетельгейзе закончит свое существование либо взрывом сверхновой, после чего превратится в нейтронную звезду, либо, вследствие гравитационного коллапса, станет черной дырой. Что тоже сопроводится вспышкой, сравнимой со взрывом сверхновой. В любом случае, это будет грандиозным астрономическим событием. На некоторое время Бетельгейзе станет на небе почти такой же большой, как Луна. А через шесть миллионов лет после этого до нас докатится взрывная волна. Правда, Бетельгейзе далеко, поэтому к моменту, когда выброшенное вещество подойдет к Солнечной системе, оно будет уже рассеянным и скорость взрывной волны погасится встречным солнечным ветром.
Мы помолчали, вглядываясь в звездное небо. Потом Лео завозилась и что-то достала из кармана. Протянула мне.
— Это очки. Надень.
— Зачем?
— Лёх, надень, — она вывернулась из моих объятий и настойчиво протянула мне очки. — Давай я научу тебя открывать разрыв в пространстве, не переходя в него.
— Нет, — я
