— Я не принадлежу ему. — Конечно, Стоуку удалось разбудить чувственное начало Ларк, но ведь это еще не любовь. Что же до плотских грехов, придется исповедаться в них отцу Кениону. — Я выбрала в мужья тебя, а не его — как ты не понимаешь? И вообще, если ты скажешь об этом человеке еще хоть слово, я уйду.
Ларк и впрямь полагала, что ей лучше уйти, пока она окончательно не запуталась во вранье.
Как только она поднялась со скамейки, Эвенел схватил ее за руку.
— Хорошо, Ларк, согласен. Забудем на время про Блэкстоуна. Тем более что нам необходимо обсудить еще одну важную вещь.
— Что именно? — Ларк снова села на скамейку рядом с Эвенелом.
— Прежде мы никогда не касались в разговоре семейной жизни, но теперь я считаю своим долгом поговорить об этом. Надеюсь, после того как мы поженимся, ты будешь подчиняться мне и уважать меня.
— Я всегда тебя уважала, что же касается подчинения… хм… тут надо подумать, — усмехнулась девушка.
— Послушай, Ларк, мне сейчас не до шуток…
— Ты принимаешь все слишком близко к сердцу.
— А как же иначе? Скоро ты станешь моей женой, и мне бы очень хотелось, чтобы мы жили в мире и согласии. Но для этого нужно, чтобы ты признала мое главенство в решении всех житейских проблем.
— Это с какой же стати?
— Я буду твоим мужем, а как сказано в Писании, жена должна подчиняться своему мужу.
— Даже в том случае, если муж тупоголовый и не в состоянии отличить правду от лжи? — спросила Ларк, подумав о Стоуке.
— Не понимаю, какое это имеет отношение ко мне?! — Эвенел в сердцах хлопнул себя книгой по колену.
— Я не о тебе говорю, а так… вообще.
Эвенел настороженно посмотрел на невесту, пытаясь угадать, нет ли в ее словах подвоха, потом сокрушенно покачал головой.
— Я знал, что разговор у нас получится непростой. А все потому, что ты чертовски упряма и готова спорить по любому поводу!
— Если я такая упрямая, почему ты берешь меня в жены?
Эвенел не отличался злопамятством, поэтому заключил Ларк в объятия.
— Я беру тебя в жены, потому что люблю тебя и по той еще причине, что ты сильная, красивая и умная. Если я чем-нибудь тебя прогневил, прости. По крайней мере теперь ты знаешь, что я думаю по поводу нашей семейной жизни.
Ларк не сомневалась, что Эвенел говорит правду. Кроме того, у нее не было причин не доверять Священному Писанию, на которое он ссылался, призывая ее к послушанию.
Эвенел ласково посмотрел па Ларк и улыбнулся:
— Ну так как? Мы пришли к соглашению?
Ларк ответила ему взглядом исподлобья: слишком быстро сдавать свои позиции ей не хотелось.
— Мне нравится, когда ты упрямишься и хмуришь брови. — Эвенел притянул ее к себе и поцеловал.
Поцелуй Эвенела был нежным и страстным, а руки — ласковыми. В сущности, это был почти идеальный поцелуй, но только почти… Ему не хватало того испепеляющего жара, который охватывал Ларк и накрывал волной всякий раз, когда к ее губам прикасался Стоук. Не успела в сердце Ларк вспыхнуть ответная страсть, как Эвенел отстранился от нее. Удовлетворенно поглядывая на девушку сапфировыми глазами, осененными длинными ресницами, он сказал:
— Итак, решено. Ты примешь мои условия и станешь послушной и благонравной. Неповиновения я не потерплю — мне не нужна супруга, которая совершает поступки, повинуясь минутной блажи.
Ларк в изумлении уставилась на жениха. Ее словно осенило: прежде Эвенелу благодаря поцелуям всегда удавалось заставить ее поступать так, как он хотел. Зная, какой властью над ней обладают его губы, Эвенел пользовался этим.
— Но ты будешь советоваться со мной? Хотя бы изредка? — с надеждой спросила она.
— Ну, это совсем другое цело.
— Вовсе не другое. Похоже, ты заранее убедил себя, что мое мнение не представляет особой ценности!
— Ты прекрасно знаешь, что это не так. Я ценю твое мнение, и, похоже, куда больше, чем ты — мое. Впрочем, у меня нет желания развивать эту тему. Мы поговорим потом — когда ты немного укротишь свой нрав и как следует обдумаешь мои слова. — Эвенел поднялся со скамьи, прихватил свою книгу и не оглядываясь пошел прочь.
Ларк вдруг поняла, что совсем не знает Эвенела. Еще меньше она представляла себе совместную жизнь с ним. Прежде она пребывала в приятном заблуждении, что их брак станет союзом равных партнеров, которые, решая важные вопросы, будут непременно советоваться и относиться друг к другу с должным уважением. Ларк считала, что она ни в чем не уступает Эвенелу, а в умении владеть оружием даже превосходит его. По этой причине притязания жениха на первенство несказанно удивили ее.
Что ж, придется преподать ему урок и показать, что его поцелуи вовсе не так сильно кружат ей голову, как он, вероятно, предполагает. Все это в прошлом; теперь же в жизнь Ларк пошел Стоук, и она узнала, что такое настоящая страсть.
Ларк бросилась на колени рядом с грядкой с ноготками и вознесла покаянную молитву Святой Деве. Как только она посмела испытывать греховные чувства к человеку, который должен в скором времени стать мужем ее сестры?
Помолившись, она принялась за дело: рыхлила грядки и выдергивала сорняки, надеясь изгнать из памяти образ Стоука и обратиться мыслями к Эвенелу. Увы, даже чернозем, который Ларк вскапывала и перетирала в пальцах, заставлял ее снова и снова вспоминать темные глаза лорда Блэкстоуна.
Глаза Стоука, неотступно преследовавшие Ларк, исчезли лишь после того, как она засеяла несколько новых грядок. Не успела она перевести дух, как услышала голоса. Ларк метнулась в глубь сада. В следующее мгновение сердце у нее упало, а руки похолодели. В сад входили Элен и Стоук.
Глава 10
Увидев Стоука и Элен, Ларк укрылась за деревьями. Она очень надеялась, что ни сестра, ни лорд Блэкстоун не заметили ее.
— Ума не приложу, куда запропастилась Ларк, — промолвила Элен. — Она говорила, что будет в саду. Я очень хотела, чтобы сестра присоединилась к нам. Если бы ты, милорд, сказал ей несколько добрых слов, это ее очень ободрило бы.
— Думаю, твоя сестра сейчас занята устройством какой-нибудь каверзы, — сказал Стоук. — Она ведь любит мучить людей.
Услышав эти слова, Ларк криво улыбнулась.
— О милорд, что ты говоришь! У сестры нет таких дурных наклонностей. Напротив, она помогает людям. Ты только посмотри на этот сад и на эти грядки. Ларк сажает здесь лечебные растения, а потом делает из них микстуры и бальзамы и лечит всех. К примеру, не так давно она ходила в деревню к одному мальчугану, который сломал руку, и ухаживала за ним.
— Что-то не очень хорошо представляю себе твою сестру в роли целителя.
— И зря! Ларк — удивительный лекарь. Я ходила вместе с ней в деревню и видела, как она накладывала лубок на сломанную руку. Правда, мне тут же стало плохо, но сестра ничего… не ругала меня. Просто сказала, чтобы я вышла на воздух.
