ее защитой. И я снова невольно залюбовался ей. Такая разная, кто бы мог подумать!..
— Я уверен, Хелли. Слово герцога Таргского: я не допущу, чтобы рысенок пострадал. Он ни в чем не виновен, он мал и нуждается в помощи. Я не позволю ни обидеть его, ни отвезти куда бы то ни было. Клянусь тебе. Ты… Ты мне веришь?
Она молчала, и мне вдруг стало очень больно от этого. Почему?.. Ведь даже запуганный котенок проявил доверие…
— Хорошо, — сказала она наконец. — Как быстро ты сможешь это сделать?
— Начну сейчас. Еще не слишком поздно, чтобы поговорить с деканом. Но…
— Но?..
— Я сделаю это, если ты примешь от меня подарок.
Глубокий, тяжелый вздох и разочарование в шоколадных глазах.
— Ну, я неверно выразился, Хелли! — заторопился я. — Не подарок, просто мне кажется, что у тебя слишком легкое одеяло, и я сегодня же поговорю об этом с мистером Тролланом, но пока ты можешь взять мое, у меня их много! Ну… мы же друзья, Хелли! Без… как ты там сказала, без всех этих глупостей.
Ее улыбка — и с моих плеч будто камень свалился, такое облегчение испытал.
— Ну да… — проговорила она не очень уверенно. — Ладно, давай свое одеяло, раз тебе их девать прямо некуда. Но к коменданту с этим вопросом не ходи, пожалуйста. Потому что… ну, я ведь бюджетница! Мне другого одеяла и не положено, что выдали — то и есть, ты же понимаешь. С чего бы мне поблажки какие-то делать, я такая же, как все. Потому не надо, Тарис.
— А я не по твоему поводу скажу, — нашелся я. — Просто это безобразие — уже осень, а одеяла такие тонкие! Неужели королевская академия не в состоянии утеплить своих студентов?!
— Хорошая мысль, — согласилась Хелли. — Но ты тогда про всех говори, ладно?
— Конечно, — пожал я плечами.
Любопытная у вас стала жизнь, герцог Таргский… Как-то раньше мне и в голову не приходило озаботиться благоустройством бюджетников. Но ведь если рассудить здраво — действительно безобразие! Даже и позор, можно сказать. Не в провинциальном ПТУ обучаемся!
…А глаза у нее до того выразительные… И так смотрят на меня сейчас, будто я какой-то благородный рыцарь из этих девичьих сказок… И нельзя, нельзя даже шагнуть ближе, а уж тем более коснуться этих манящих губ, провести пальцем по бархатной щеке…
Посиневшей уже от холода…
Согревающий полог накинуть, запоздало сообразил я. Вот ведь как вбито в голову, что нельзя тратиться на пустяки! И правильно вбито, между прочим.
Я молча снял пальто и накинул моей девочке на плечи.
— Одеваться надо теплее! — сказал строго, пока она не успела возразить. — Это я тебе даже не как друг, а как куратор говорю. Требую, поняла?!
— Ага, — легко согласилась она и опять, как тогда, на крыше, спрятала лицо в высоком воротнике.
А я прибавил шагу, уже всерьез опасаясь ее простуды. Лечится-то легко, но ведь и приятного мало.
Да и к декану стоит поторопиться…
Глава 9
О хитрых кавалерах и хороших мальчиках
Хеллиана Вэртззла
Идея того, что у Тариса получится взять в свою комнату хищную нечисть, лично мне казалась удачной лишь до начала действий.
На следующий день, сразу после занятий, я сидела в приемной ректора и напряженно ожидала развязки.
Для меня, девочки, которая находится в самом низу бюрократической цепочки, было сложно представить, что для кого-то может быть реальным то, что однозначно запрещено для меня.
Не то чтобы я не верила в Тариса, но все правила однозначно гласили: так поступать нельзя!
Осталось тайной, о чем именно Тарис говорил с деканом, а потом с ректором и комендантом за закрытыми дверями кабинета, но вышел он оттуда очень довольным. Завидев высокую фигуру своего куратора, я тотчас вскочила и бросилась к нему:
— Ну как?!
— Пойдем, расскажу.
Мы покинули приемную с любопытно косившейся секретаршей, которая старательно делала вид, что ей вот ни капельки не интересно. Углубившись в коридоры главного корпуса академии, где и располагался кабинет ректора, мы некоторое время шли молча.
— Ну же, не томи! — не выдержала я через минуту.
У Тариса Тарга глаза горели торжеством и ликованием, но он позволил себе лишь легкую улыбку и сдержанную фразу:
— Все удалось. Теперь Мушерал официально находится под протекторатом герцога Таргского. То бишь меня. Да, расследование по поводу происхождения нечисти, разумеется, будет проведено, но поверь, с таким опекуном рысенку не грозит никаких проблем.
— Боги, как же хорошо! — Я нервно переплела пальцы, чуть ли не приплясывая от радости. Если честно, хотелось с восторженным визгом повиснуть на шее у Тариса, но я сдержалась.
Секунды на три. А после все же порывисто качнулась вперед и, воспользовавшись тем, что герцог чуть наклонился ко мне, собираясь что-то сказать, чмокнула его в щеку и чистосердечно призналась:
— Ты мой герой, который всех победил! Спасибо, что отвоевал Шерика!
Встретившись взглядом с парнем, я словно провалилась в его глаза. Сначала они потемнели, как грозовое небо, а потом, наоборот, стали очень-очень светлыми. И эта перемена цвета затягивала меня в свой омут надежнее, чем болотная трясина. Потому что где-то глубоко-глубоко в душе я знала, какие эмоции могут ее вызвать.
И сердце сладко ёкало от этих предположений…
— Хелли, — хрипло произнес Тарис и сделал шаг вперед.
Это разрушило волшебство. Я тотчас отступила, смутилась и мысленно прокляла себя за вольность.
— Ты большой молодец. А теперь пойдем забирать рысика?
— Я сам схожу, — медленно покачал головой Тарис и добавил: — К тому же раз такое дело, то лечением займутся более сведущие, чем мы с тобой, маги. Так что
