Оливеру с трудом удавалось держать себя в руках. Чтобы немного успокоиться, он сделал глубокий вдох. Конечно же, Вивианна Гринтри плохо разбирается в мужчинах. Ведь она не замужем и скорее всего девственница. Она просто не понимает, что делает, производя такие невинные жесты и движения.
Затем Вивианна облизнула губы, проведя языком по своим алым сочным губам.
Это показалось Оливеру удивительно возбуждающим. Он еле сдержался, чтобы не застонать от восторга, чувствуя, что его мужское естество... ведет себя просто неподобающе.
– Оливер! – неожиданно низким, чуть хрипловатым голосом произнесла Вивианна. И немного подалась вперед, не вставая с сиденья. Ее бюст предстал перед взглядом Оливера в самом соблазнительном виде. Рука Вивианны неожиданно легла на его колено. Он почувствовал, что от этого удивительного прикосновения готов вылететь в окно кареты.
Вивианна немного отодвинулась и покраснела.
– Я... я прошу у вас прощения, – проговорила она. – Я не хотела... дразнить вас. Я хотела сказать, что очень признательна вам за то, что вы согласились вместе со мной съездить в Кендлвуд. Я... я хочу вас от всего сердца поблагодарить за это.
Оливеру сначала показалось, что он ослышался. Но не успел он всерьез задуматься над ее словами и истинными намерениями, как она снова облизнула губы, в очередной раз вызвав у него сладостное головокружение.
– Хотите... поблагодарить? – удивленно спросил он, глядя ей в глаза. Ему неожиданно стало душно и захотелось ослабить узел галстука.
– Да, да, я так благодарна, – ответила Вивианна и улыбнулась соблазнительной и многообещающей улыбкой.
«Черт побери! Это просто невыносимо!»
Вивианна легонько поерзала на сиденье, и Оливер почувствовал, как при мысли о ее восхитительном юном теле, затянутом в платье, у него на висках выступили бисеринки пота.
Затем она потянула за розовую атласную ленту, удерживающую ее шляпку. Головной убор соскользнул с ее волос, и ленты опустились ей на грудь. Вивианна положила шляпку на соседнее сиденье.
– Так значительно лучше, – невинным тоном сообщила она. Сегодня она причесала волосы по-новому, заплетя их в косички и уложив короной на голове. Оливер почувствовал, что его так и подмывает расплести ее волосы, чтобы они волнами упали ей на плечи и спину. Ощутить дивный аромат ее кожи. Он поймал себя на мысли, что разглядывает ее со смешанным чувством восхищения и подозрительности.
Чувствуя, как внезапно пересохло у него во рту, он, не мигая, наблюдал за тем, как Вивианна снова подалась немного вперед и медленно принялась стягивать с рук перчатки, неторопливо освобождая один за другим свои изящные пальчики. Это самое обычное занятие – он сотни раз наблюдал подобную картину – в исполнении Вивианны приобрело такую чувственную притягательность, что у него едва не перехватило дыхание.
Наконец Вивианна сняла перчатки, положила их на соломенную шляпку и погладила, как будто они были живые.
– Да, так значительно лучше, – повторила она.
Оливер прочистил горло и отозвался:
– Да, намного лучше.
– Я уверена, что когда вы перестаете изображать несвойственную вам роль, – продолжила Вивианна, – то становитесь самим собой – нормальным добрым человеком. Мне кажется, что в глубине сердца вы готовы отдать мне Кендлвуд, разве не так?
Оливер не смог удержаться от смеха.
На лице Вивианны на мгновение появилось выражение досады, и она поспешила отвернуться, чтобы не выдать своих истинных чувств. К счастью, Оливер не заметил ее недовольства. Он схватил ее за руку и крепко сжал ее пальцы.
– Я не такой, каким вы меня считаете. Мне несвойственна доброта. Я скверный человек и честно предупреждаю вас об этом.
– Если бы вы действительно были скверным, то не стали бы предупреждать меня, – возразила Вивианна, пытаясь высвободить руку. – Пустите меня!
– Нет!
В следующее мгновение Оливер сделал то, о чем так страстно мечтал, как только сел в карету, – прильнул поцелуем к ее губам.
Ее сочные губы показались ему нежными и божественно сладкими. Он почувствовал, что Вивианна подалась еще ближе и безвольно упала в его объятия. Оливер подхватил ее и, откинувшись на спинку сиденья, посадил девушку к себе на колени. На мгновение оторвавшись от ее губ, он легонько прижался носом к ее шее, вдыхая восхитительный аромат ее кожи, а затем нежно укусил за мочку уха. Вивианна негромко вскрикнула и тут же застонала, когда он снова впился поцелуем в ее губы. Ее руки легли ему на плечи и так крепко вцепились в ткань его сюртука, будто она вознамерилась никогда не отпускать Оливера от себя.
Одной рукой он обнимал ее за талию, а вторую положил ей на грудь, заключенную в чашечку корсета.
В то мгновение, когда он делал это, она вдруг нетерпеливо потерлась о него. Неужели она мечтает о том же самом? Он оторвался от ее губ, чтобы посмотреть ей в глаза. Они были полузакрыты, дыхание сделалось частым и прерывистым. Даже если Вивианна совсем недавно и пыталась играть с ним, то сейчас она вряд ли притворялась и едва ли имитировала возбуждение. Невозможно поверить в то, что она пытается изобразить страсть, исключительно из своего желания помочь сиротам. Она сейчас явно испытывает страсть искреннюю и неподдельную, которая не оставляет места логике и голосу рассудка.
В эти минуты Оливер понял, что хочет, чтобы она принадлежала только ему одному. Ему хотелось обладать не только ее телом, но также сердцем и душой. Ему была нужна вся Вивианна без остатка, правда, он не знал, что будет, если ему все-таки удастся покорить ее. Осознание этого было настолько необычным и пугающим, что ему показалось, будто он слышит чей-то голос, призывающий его проявить здравомыслие.
Оливер прекрасно понимал, что следует остановиться, такой совет ему неизменно давал Энтони. Настоящий джентльмен должен знать, когда нужно проявить благоразумие, чтобы избежать поступка, о котором придется пожалеть в будущем. Однако едва Оливер сумел убедить себя в необходимости следовать совету брата и проявить себя с лучшей стороны, как Вивианна... снова облизнула губы.
Этого оказалось достаточным, чтобы Оливер забыл о джентльменской этике и снова принялся целовать ее, еще крепче прижимая к себе. Его рука потянулась к ее юбкам и после недолгих поисков вскоре коснулась гладкой кожи колена.
Оливер был готов к тому, что Вивианна попытается вырваться из его объятий.
Однако она запустила руку в его волосы и начала нежно поглаживать их. Ее губы коснулись его щеки, затем шеи.
Пальцы Оливера в ответ на это скользнули выше по гладкой нежной коже ее бедра. Наверное, она прямо сейчас потребует, чтобы он прекратил это безумие, думал он, часто дыша. Сейчас она вскочит на ноги и залепит ему пощечину...
