— два длинных и два коротких, занимали весь периметр, а от центра и вглубь салона стоял небольшой квадратный столик, с краю у которого имелось два встроенных прямоугольника.
— Едем, — командным голосом заявила Светлана Сергеевна, левой рукой поглаживая дымчатого пса, который лежал у нее в ногах.
Перед тем, как дверь захлопнулась, увидел взмывающую в небо троицу наших конвоир. За дорогу можно не беспокоиться, мы под надежным, как я надеюсь, прикрытием. Лишь после этого смог спокойно выдохнуть и хоть чуть-чуть расслабиться.
— Как ты? — Светлана Сергеевна спросила с такой теплотой в голосе, что всем присутствующим стало ясно — это не праздное любопытство.
— Не знаю, — с грустью в голосе и, опустив голову, ответила госпожа, — произошедшее заставило задуматься над…многим.
— Я могу чем-то помочь?
Все осознавали, насколько искренне вела себя императрица, но Елизавета Егоровна лишь взглянула в мою сторону, заметив еле уловимые отрицательные мотания головой, согласилась:
— Ничем. Я должна переварить это сама. Спасибо.
— Как скажешь. Ты же знаешь, я всегда, — она осеклась на полуслове.
Тем временем я подсел к госпоже и взял ее руку. С нескрываемым любопытством Светлана Сергеевна следила за тем, как внутренности фургона наполняет теплый свет из плеча и травмированной ноги госпожи. Как только свет начал терять яркость, последовал незамедлительный вопрос, которого я боялся больше всего:
— Тогда давай рассказывай, что все-таки с вами произошло, как зовут фамильяра и самое главное — откуда он взялся?
Краткий пересказ наших приключений в катакомбах (кроме конфликта и признания Клавдии, которые госпожа случайно забыла упомянуть) заставил императрицу задуматься и на несколько минут замолчать. Затем пару раз глубоко вдохнув, Светлана Сергеевна взяла себя в руки и максимально дружелюбным тоном продолжила допрос, при этом, не переставая гладить дымчатого пса:
— А он откуда? Ты так и не ответила…
— Понятия не имею, что это за существо. Я за таких только читала. Последний известный был у вашей матушки, если я правильно помню, — извиняющимся тоном ответила Елизавета.
— Бабушки, — легко исправила императрица и, переведя взгляд на меня, — те же вопросы.
— Это… — я задумался ненадолго, — дар. Как бы это объяснить…
— Дар? Странная кличка для животного.
— Животного? — теперь уже у меня челюсть начала отваливаться.
— Ну да. А кем бы ты хотел его считать?
— Даже не знаю… — до сих пор не мог поверить, что это существо каким-то боком относится ко мне. Как и представить, что мне делать дальше.
— Теперь это твой компаньон, защитник и товарищ. Кем тебе приятней его считать?
— Судя по тому, что недавно произошло, скорее уж защитник. Да и вряд ли с ним можно поговорить по душам, — ухмыльнулся я.
— Не скажи, — многозначительно улыбнулась Светлана Сергеевна, — я много времени проводила с беркутом бабули. Она единственная из нашей династии, у кого был личный фамильяр. Правда он выглядел более, — секундный подбор слов казался вечностью, — дружелюбным, что ли. Дело в том, что у нее была птица из воды. Особенно забавно было наблюдать за ней, когда день был в самом разгаре. От нечего делать беркут взмывал на самую высокую башню дворца и при странных движениях устраивал нам танцующую радугу. Вся придворная детвора радовалась и пыталась накормить его своими конфетами.
— И он слушался вашу бабушку? — задал я волнующий меня вопрос.
— Вроде, — насупилась императрица, — по крайней мере, она регулярно с ним разговаривала. Выглядело это очень странно со стороны, и моя мать хотела ее изолировать, так как с архимагами такое случается…
Глава 16
Она замолчала, а мы боялись потревожить ее небрежным словом и так же сидели молча. Она оживилась еще через минуту:
— А как ты его вызвал?
Врать ей, как и госпоже, я не собирался, поэтому выложил все, что знал. Судя по расширяющимся глазам у обоих дам, меня сочли сумасшедшим.
— Ты представляешь, что это значит? — поинтересовалась императрица у госпожи.
— Я вообще не верила в его существование, — тихо произнесла Елизавета Егоровна.
— Значит, Дар, — Светлана Сергеевна снова посмотрела на фамильяра, а затем выставила руку в моем направлении, из ладони которой в мою сторону почти моментально потянулась сосулька.
Не меняя положения, в котором существо сейчас находилось, оно издало утробный рык, который оглушил нас из-за того, что мы находились в замкнутом пространстве, и императрица быстро развеяла заклинание.
— Ты же знаешь, я бы ему не навредила, — спокойным голосом произнесла Светлана.
Пес медленно поднял свою морду и взглянул на нее. Странно, но мне показалось, будто из дымки проявились глаза еще более темными сгустками, а потом быстро растворились в теле, а собака снова улеглась на пол.
— Я хочу, чтобы он стал моим, — глядя на госпожу, Императрица пыталась даже не моргать.
— Не слышала, чтобы фамильяра можно было кому-то подарить. Это личный помощник. Да и тогда спрашивать нужно не у меня, а, — Елизавета не договорила, так как была перебита собеседницей.
— Я не за пса сейчас говорю.
— Но… — Елизавета смутилась и замолчала. Явно в ней шла борьба каких-то противоречий, о которых она говорить не хотела. Собравшись с духом и гулко выдохнув, она продолжила еле шепотом, — я…
— Лиза, это не… — Светлана Сергеевна договорить не успела.
Звукоизоляция в фургоне была отличной, так что в поездке мы не слышали ничего извне. В отличие от водителя, которая при атаке на наш небольшой кортеж, состоящий из трех машин, попыталась вывезти свою подопечную в безопасное место.
Первая машина, проезжая очередной перекресток, резко начала заваливаться на левую сторону из-за хлопка передней левой покрышки. Когда же нападавший маг осознала, что на встречную полосу бронированный автомобиль не выкинет, начала размягчать под ним асфальт. Правильным ли был ее расчет или ее магических сил не хватило для большей области, но машина через три оборота колеса просто нырнула в землю, сев на пузо, и моментально остановилась. Охранниц, которые находились внутри, чуть не выкинуло через лобовое стекло. Правда, порадоваться этому они не успели, так как вторая магичка, стоявшая почти за углом соседнего здания, магией воздуха вдавила крышу, убив четырех пассажирок.
Буквально за четыре секунды передняя машина охранения превратилась в бесполезную тонну металлолома. Она вдавила педаль газа в пол и, объехав квадратную банку из которой
