заметно всем, но промедление могло стоить всем им жизни и императрица продолжила:
— Как тебя зовут?
— Ника. Я…
— Ника, сейчас не до этого. В команде эвакуации есть люди, которым бы ты верила на все сто? Потому как у меня сейчас с такими людьми сильная напряженка — их у меня всего четверо. И трое находятся рядом.
— «Астра», вы летите полным составом? — конвоира вновь активировала наруч.
— Отставить болтовню в эфире, — ответили на повышенном тоне.
— Приказ императрицы, доложить по форме! — рявкнула Ника.
— Команда «Астра» летит полным составом, примерное время прибытия –три минуты, — через несколько секунд донеслось в ответ.
— Аня, Яна, это Ника. Вы помните мой позывной в армии?
— Так точно, — два голоса почти слились в один.
— Конец связи, — и конвоира немного расслабилась, пояснив, — это две сестры, с которыми я вместе служила. Им можно верить.
— На связи.
— На связи.
Ника снова прильнула к наручу:
— Императрицу подставили свои, на фургоне отсутствуют все руны. Вы действуете независимо от команды эвакуации. Докладывать о любых подозрительных действиях любого человека или животного, даже своей командиры, при чем незамедлительно. К фургону никого не подпускать. Личный приказ императрицы.
— Служу империи, — одновременно ответили сестры, а наруч конвоиры снова ожил.
— Я требую объяснений.
— Аня и Яна переходят под мой личный контроль и действуют по… подожди, — Ника переключила канал.
— Мы видим приближающуюся в заданный квадрат скорую. При нашей скорости очень странно, что они так быстро сюда добрались.
— Проверьте, только быстро. А потом к нам, — конвоира соображала очень профессионально и быстро, переключив канал назад, продолжила, — они действуют по личному указанию императрицы и в данной операции подчиняются мне.
— Есть, — как-то нехотя прозвучало в ответ, а после послышались выстрелы и наруч замолчал.
До этого тихо сидевшая Елизавета начала пытаться осмотреть императрицу, попутно расспрашивая:
— Как самочувствие?
— Грудь болит, дышать тяжело, — с отдышкой ответила та.
— Извини, — с этими словами госпожа двумя руками пополам разорвала платье и охнула.
Светлана Сергеевна попыталась подняться, чтобы взглянуть, что так взволновало ее подругу. Резкая боль заставила ее не только опуститься, но и выгнуться, подарив еще один приступ боли. Из глаз вырвались слезы. Грудь и живот быстро приобретали сине-фиолетовый цвет. Елизавета бросилась к Сергею.
— Солнышко, очнись, нам срочно нужна твоя помощь, — умоляла госпожа, но все безрезультатно.
Конвоира лишь непонятливо косилась на действия архимага и упорно ждала сигнала от своего наруча. Елизавета Егоровна в ходе «пробуждения» Сергея, попыталась придать ему вертикальное положение, подложив одну руку под грудь, а вторую — под голову. Обе руки враз стали влажными, а тело с трудом начало подниматься. Аккуратно повернув голову, стала видна большая кровоточащая рана от удара головой, однако кровь под телом продолжала собираться. Зря госпожа попыталась поднять бессознательное тело, ведь открыв рану, ранее закрываемую каким-то кольцом от стены, которое пробило левую сторону туловища, скорость увеличения кровавой лужи существенно возросла. Движения стали какими-то дергаными и она попросила наруч конвоиры. Та не смела возражать и быстро передала требуемый предмет. Нажав пару кнопок, Елизавета жалобным голосом заговорила:
— Ань, прошу тебя, скажи, что ты еще в больнице.
— Только собиралась ехать в Дом. Что-то случилось? — отозвалось изнутри.
— Он! Он… Мне нужна твоя помощь… Пожалуйста, — голос срывался, еще чуть-чуть и владелица сего прекрасного тембра разревется и не сможет мыслить здраво.
— Успокойся. Где вы находитесь? Я выдвинусь немедленно! Что произошло⁈
— Мы, — госпожа нажала пару кнопок, — на улице Садовой, между девятнадцатым и двадцать первым домом. Он умирает, — всхлип, — он потерял много крови.
— Какие раны, опиши их. Живо! — главный лекарь понимала, что госпоже срочно нужна была помощь и необходимо было привести ее в чувства, иначе она никогда не простит себя за смерть Сергея.
— У него течет кровь. Из спины и из головы. Много крови, — не переставая всхлипывать, сообщила Елизавета.
— Обвяжи туго раны любой материей, это замедлит кровопотерю. Я скоро буду. Постарайся не двигать Сергея, это может быть опасно.
— Сделаю, — еле выдавила из себя госпожа, быстро отрывая кусок подола своего платья и крепко обвязывая голову, — поторопись, пожалуйста.
— Мне нужна связь, — нехотя прервала молчание конвоира.
— Да, конечно, — безэмоционально ответила архимаг и вернула наруч.
— Что там у вас? — Ника требовала отчет.
— Скорая была подставной. Яну немного зацепило, но мы почти прибыли на место. Твоего ж ба…
— Насколько сильны повреждения? Нам нужны все ваши силы. К куполу никого не подпускать, среди наших может быть предатель. Ждем приезда скорой.
— В руку на вылет — это не рана, — раздался веселый женский голос.
— Видим купол. Вступаем в бой. Ждите, — Аня отключила связь.
Императрица лежала и наблюдала, как платье Елизаветы становиться настолько коротким, что любая мини юбка даст фору. Госпожа же с усердием и аккуратностью перетягивала раны раба, который в сознание так и не пришел. Ткань сразу пропитывалась кровью, отчего руки Елизаветы Егоровны заметно чаще начали подрагивать.
— Приближается неизвестная розовая машина, — доложила Яна.
— Свои, — резко закричала госпожа, отчего немного перепугала конвоиру.
— Пропусти, это лекарь. Остальных к фургону не подпускать, — ответила Ника и, уже обращаясь к архимагу, — уберите щит, иначе к нам не добраться.
Глава 17
Спохватившись, Лиза махнула рукой и купол рассыпался некрупным крошевом, застучав по фургону и асфальту. Послышался взвизг, а потом звук шагов по боковой стенке фургона, который сейчас являлся крышей.
— Елизавета Егоровна? — подала голос Анна, заглядывая в проем.
— Спускайся, я боюсь его поднимать, — сидя на коленях перед бессознательным телом, ответила госпожа.
— Привет, — поздоровалась Светлана Сергеевна, когда лекарь спрыгнула внутрь.
— Здравствуйте, — ответила та, — вы…
— Я подожду, — перебила Анну императрица, — его состояние намного хуже моего.
Главный лекарь быстро присев рядом с Сергеем, провела стандартные пассы руками, удивленно вскинув брови.
— Странно, что он до сих пор живой… Голова лишь немного рассечена, а вот телу досталось больше, у него пробит желудок. Как он до сих пор не умер от геморрагического шока…
Елизавета прижала окровавленную руку ко рту, чтобы не зарыдать. Лекарь, проведя быструю
