Павлович, – графине явно понравилось такое обхождение генерала, как-будто что-то вернулось к ней из дальних времен.
– Вот именно, что успешной меня сейчас никак назвать нельзя, – грустно подытожила сама Марго.
– Ничего страшного, Маргарита, на следующий год вы точно поступите, я это вам гарантирую, – убеждал ее Крамской.
– На следующий год! Значит, мне нужно возвращаться в Батуми, родители наверняка меня заставят это сделать, а мне так нравится Москва, ее богатая культурная жизнь, выставки, спектакли, а там, дома, что меня ждет? Та самая, провинциальная жизнь? – чуть не плача, говорила девушка.
– А почему же обязательно возвращаться домой? Ты можешь, Маргарита, у меня оставаться, сколько пожелаешь, я тебе уже про это говорила, живи себе и готовься потихоньку к следующему поступлению, – еще раз подтвердила свое гостеприимство Анна Петровна.
– Большое спасибо вам, дорогая Анна Петровна, я с удовольствием приму ваше приглашение, только я не привыкла целыми днями ничего не делать, я бы хотела пойти на работу, а вечерами готовиться в институт.
Но у вас в Москве без прописки этого сделать, я знаю, невозможно.
– И тут тоже нет никаких проблем: я с удовольствием пропишу тебя у себя, если, конечно, твои родители не будут против, – графиня Заславская с благодарностью вспомнила, как Александра и ее муж помогли ей избежать подселения жильцов в ее квартиру.
– Правда? Вот здорово! – и девушка повисла на шее у пожилой женщины, от радости немного не рассчитав своих сил, потому что Заславская закачалась, как береза от ветра, и чуть не упала на сидящего рядом генерала.
– Да ладно тебе, дорогая, за что спасибо! – пожилая женщина и вправду была рада такому новому, жизнерадостному и светлому присутствию в ее жизни, как Марго Савулиди.
– Простите, что прерываю вашу беседу, – обратил, наконец, на себя внимание генерал. – Но и я бы хотел быть вам чем-нибудь полезен, Маргарита, например, я могу устроить вас на приличную работу. Вы же хотели бы работать, я вас правильно понимаю?
– Да, конечно, мы были как-то с Анной Петровной на спектакле во МХАТе, он тут недалеко находится, так вот, я уже для себя решила, что пойду устраиваться туда на работу, – довольная таким своим решением объявила Марго.
– А позвольте у вас узнать почему именно в театре вы хотели бы трудиться? – спросил генерал, хотя прекрасно помнил их с Василием Савулиди последний разговор перед его отъездом, в котором тот жаловался на своих уже почти взрослых детей, выбравших себе, по его мнению, совсем несерьезные профессии.
– Ну, так просто, хочу быть, как говорится, ближе к искусству. – Марго не желала делиться своими сокровенными желаниями и планами с малознакомым ей человеком.
«Не хочет откровенничать со мной Марго, наверное, я ей не симпатичен», – заключил Крамской и опять ее спросил:
– А вы подумали, дорогая Маргарита, о том, кем вы сможете работать во МХАТе? Спешу вас разочаровать: без актерского образования, я думаю, вам предложат лишь должность уборщицы, – твердо, но дружелюбно сообщил ей генерал.
– А почему сразу уборщицей? Нет, вы не подумайте, я грязной работы не боюсь, но в театре еще есть гардеробщицы и билетерши, – обиженно сказала Марго.
– Правильно, только эти места обычно уже заняты людьми, которые годами там работают. Правда, может так случиться, что кто-то вдруг уйдет на пенсию и тогда место освободится, но и в этом случае дирекция предпочтет взять не человека с улицы, а родственника или знакомого кого-то из актеров, – не оставляя бедной Маргарите никаких надежд и иллюзий, продолжал Крамской.
– Но Марго была не из робкого десятка и отступать от своих планов была не намерена.
– Да хоть уборщицей, ничего страшного, зато знаменитых актеров и режиссеров каждый день буду видеть!
– Я вижу, Маргарита Васильевна, вас мне не переубедить. Искренне желаю вам, чтобы вас приняли в театр, но если вдруг так получится, что вы передумаете, то, пожалуйста, без лишних стеснений и церемоний звоните мне, и я найду вам хорошую работу, – снисходительно улыбаясь, откланивался генерал-майор Крамской.
А уже в дверях полушепотом, так, чтобы не услышала Марго и ничего странного не подумала, попросил Заславскую об одолжении:
– Вы не будете против, уважаемая Анна Петровна, если я иногда буду звонить и приходить навещать Маргариту, все же, ее отец попросил меня приглядывать за ней.
– Конечно, генерал, о чем вы говорите! Мы всегда будем вам рады с Маргошей!
По-юношески упрямая Марго Савулиди все же нанялась уборщицей во МХАТ, и не было тогда человека счастливее ее. Это же большая удача: у нее появилась возможность бесплатно ходить на все спектакли и даже встречаться иногда в коридорах театра со своими кумирами, например с самой Аллой Тарасовой, блиставшей в «Вишневом саду», с красавицей Ольгой Андровской, наполовину француженкой, на которую Марго хотела бы быть так похожа, «Дворянское гнездо» с которой она видела несколько раз.
Маргарите приходилось чередоваться с другой уборщицей, такой же молодой девушкой, как она, Валей, тоже мечтавшей стать знаменитой актрисой, поэтому она мыла полы или рано утром, или поздно вечером уже после завершения спектаклей. Но у нее было целых два выходных, в которые она приглашала с собой в театр Анну Петровну, и они, изящные, хорошо одетые дамы, с удовольствием шли смотреть спектакли, а все работники театра, поначалу даже не узнавая в этой привлекательной девушке свою уборщицу, недоумевали, почему такая с виду обеспеченная девушка работает на низкооплачиваемой работе?
К счастью, у Марго с деньгами проблем не было, отец исправно присылал ей и Анне Петровне солидную по тем временам сумму. К тому же, Маргарита ходила в театр не как на работу, а на самом деле как на праздник. Не забывая про швабру и ведро, девушка внимательно следила за великими актрисами, за тем, как они играют свои роли, как произносят слова, с какими интонациями, как двигаются по сцене, какой мимикой и жестами они все это сопровождают. Позже, вернувшись домой, Марго сразу шла в свою комнату и перед зеркалом, пока еще все не забыла, пыталась повторить все то, что несколько часов назад видела и слышала в театре.
Маргарита твердо для себя решила: в следующем году она будет поступать не в пединститут, а во ВГИК. И пусть попробует ей кто-то в этом помешать!
Познакомившись с юной Марго Савулиди, генерал-майор Крамской удивился, насколько девушка напоминала ему его жену Марианну в молодости: такая же целеустремленность, напористость, желание во что бы то ни стало добиться поставленной перед собой цели. Все те качества, которые, увы, не передались его дочери Вере.
«Что-то со мной не то происходит! Почему я, старый пень,
