Видел ли эту библиотеку Иван Федоров?
Кто знает…
Но наряду с потаенной, древней библиотекой Иван Грозный собирал и современные книги, среди которых были не только рукописные, но и печатные, приобретенные на Западе. Мысль о создании русского книгопечатания увлекла царя. Но, не доверяя своему народу, Иван Грозный поначалу возлагал надежды на иностранцев.
* * *
Солнечным мартовским утром, в день Благовещения после ранней обедни из церкви Николы Гостунского, что в Кремле, выходил по-праздничному одетый народ. Были здесь бояре в тяжелых, до земли, крытых парчой или бархатом шубах и высоких, отороченных мехом шапках, набеленные и нарумяненные боярыни, увешанные драгоценными каменьями, румяные боярские дочки со скромно потупленными глазами и длинными шелковистыми косами, люди попроще в смазных сапогах и армяках нараспашку; чтобы были видны праздничные вышитые рубахи, их жены и дочери в цветных платках и стеклянных бусах.
После полутемной церкви, оказавшись на ярком, мартовском солнце, все блаженно жмурились и, вдохнув весеннего, пахнущего талой водой воздуха, щедрой рукой оделяли нищих, толпившихся на паперти.
Последними из церкви вышли поп Михаил и Иван Федоров. Они тоже посмотрели на солнце, враз чихнули, пожелали друг другу здравствовать и разошлись. Поп Михаил отправился домой обедать, а Иван Федоров решил заглянуть на Торг.
Пройдя через Фроловские ворота, он оказался на широком мосту, перекинутом через ров с мутной, но сейчас весело сверкавшей на солнце водой и замешкался возле стоящих по обе стороны моста деревянных лавок, в которых торговали книгами.
— А что, братец, вон то за книга? — спросил он книгопродавца.
— Изборник «Пчела», — ответил тот.
— А дай-ка мне ее посмотреть поближе.
Взяв в руки тяжелый том и откинув обтянутую кожей и украшенную серебряными накладками крышку переплета, Иван Федоров увидел плотный, чуть шершавый желтоватый первый лист с причудливо выписанным красной киноварью заглавием, а дальше ровные ряды строк, временами прерываемые узорным инициалом или замысловатой заставкой, и почувствовал давно знакомый ему и каждый раз заново испытываемый восторг.
— А что стоит?
— Два рубля, четыре гривны и две деньги без полушки, — ответил книгопродавец.
Иван Федоров минуту поколебался, но, пересилив себя, вздохнул и вернул книгу книгопродавцу.
— В другой раз ужо.
— Что, дорого? — услышал он вдруг над самым ухом резкий голос.
Вздрогнув от неожиданности, Иван Федоров обернулся и увидел длинного, тощего иноземца. Иноземец был одет в короткие штаны с пышными буфами, из-за которых он должен был стоять враскоряку, широко расставив костлявые ноги в красных чулках, камзол с большим, круглым воротником, похожим на мельничный жернов, и бархатный берет, украшенный перьями из петушиного хвоста. Иноземец был смуглый, с темными бегающими глазами, крючковатым носом и острыми, как у таракана, усами.
— Что, дорого? — повторил он по-русски, но с немецким выговором.
— А тебе, государь мой, что за забота? — вежливо спросил Иван Федоров.
Немец осклабился, приподнял свой берет и поклонился:
— Я — саксонский дворянин Ганс Шлитте, посланник при дворе вашего царя Ивана. Интересуюсь книжным делом. У нас в Германии книг много и они дешевы, а у вас мало, и они дороги. Вы — ученый человек, вздыхаете и не можете купить книгу, которая вам понравилась, а у нас любой бюргер или мастеровой может купить их кучу, разумеется, в том случае, если он умеет читать. А почему? — Немец поднял костлявый палец. — Потому что у вас целый год переписчик переписывает от руки одну книгу, а у нас печатают на печатном станке десять штук в день. Вы слыхали о господине Гутенберге?
— Изобретателе печатного станка? — Разговор с немцем начал не на шутку занимать Ивана Федорова. — Слыхал. И книги печатные видел.
— Открою вам тайну, — немец наклонился к уху Ивана Федорова и понизил голос. — Ваш царь поручил мне миссию: привезти в Московию разных иностранных мастеров, в том числе книжных рисовальщиков и печатников, чтобы завести у вас печатное дело. Завтра я уезжаю ко двору императора Карла и скоро буду назад с мастерами. До скорой встречи!
Немец опять приподнял свой берет, повернулся на каблуках и пошел прочь, Иван Федоров задумчиво смотрел ему вслед.
— А ведь немец дело говорит, — сказал высокий, широкоплечий детина с большими и сильными, как у каменотеса, руками. Он остановился поглазеть на диковинный наряд немца и невольно слышал весь разговор.
— Дело-то дело, — ответил Иван Федоров. — Только больно ужу этого немца рожа разбойничья.
— Это верно, — парень засмеялся, но тут же нахмурился. — Впрочем, бог с ней, с его рожей! А вот что государь задумал в чужие земли за мастерами посылать, когда можно и у себя найти — это великая досада!
— Досада, — согласился Иван Федоров. — Верно ты говоришь, могли бы мы наладить печатное дело и без немцев.
Ганс Шлитте — реальный исторический персонаж. Он был уроженцем саксонского города Гослара и прирожденным авантюристом. Шлитте побывал во многих странах и наконец судьба занесла его в Москву. Предприимчивый ум и хорошо подвешенный язык снискали ему доверие такого недоверчивого человека, как Иван Грозный. Шлитте представился влиятельным лицом, имеющим большой вес в глазах германского императора, и в 1547 году царь поручил Гансу Шлитте привезти в Москву из Германии «некоторых докторов и ученых людей, хорошо осведомленных в Божественном писании, правоведении и других свободных науках, а также всяких искусных ремесленников». Шлитте выехал в Германию, добился приема у императора Карла V и пообещал ему от имени московского царя семьдесят четыре бочки золота и помощь в войне против турок. Карл, соблазненный этими посулами, оказал авантюристу содействие, и тот без труда завербовал для поездки в далекую Московию сто двадцать три человека. Среди них были архитекторы, врачи, аптекари, литейщики, в том числе бумажный мастер, переплетчик и типограф.
Однако в Любеке Шлитте был арестован местными властями, как сам он объяснял, «из зависти и ненависти». На самом же деле ганзейские купцы и ливонские рыцари, которым принадлежала власть в Любеке, опасались усиления военной мощи Москвы, чему могли способствовать завербованные предприимчивым немцем мастера. Пока Шлитте сидел в тюрьме, мастера разбежались кто куда, и миссия Шлитте потерпела полный крах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
