выдаст, тебе же лучше написать всё, что знаешь. Им ты уже не навредишь, а свою жизнь можешь спасти.
Не слушая ответ, я вышел из допросной и кивнул оператору, который включил камеры. Теперь, если я правильно всё рассчитал, оставалось только промариновать её пару дней, ну, может, с десяток. Время точно играло не на стороне беглого олигарха и его семьи. Только вот и у меня его почти не осталось.
— Соедините с императором, — дозвонившись до секретариата, попросил я, и через несколько минут трубку подняли.
— Слушаю, — голос Василия был мрачным и усталым, с существенной долей хрипоты, будто в заболевающем состоянии.
— Отец, это я. Как ты? — в голову в тот момент ничего умнее не пришло.
— Из семерых сыновей у меня осталось трое. И те — маньяк, трус и предатель. Как думаешь? — ответил император.
— Ну, маньяка приму на свой счёт, уж слишком часто называют. Кто предатель — тоже очевидно, младший Васька, обращавшийся к Виндзором… остаётся Михаил. И с чего ты его в трусы записал?
— С того, что этот гадёныш, только узнав о нападении, спрятался, поджав хвост! — рявкнул в трубку император, нервы которого явно были ни к чёрту. — И оба вы, вместо того чтобы делом заниматься, по своим пещерам ползаете, вне сети! Вы нужны мне здесь. В Петербурге. Точка.
— Отец, ты уж прости за прямоту, но ты дурак? На мой взгляд, чем мы дальше друг от друга, тем больше шансов не попасть в одну мясорубку. И Александр, и остальные погибли на самых защищённых мероприятиях. По крайней мере, так должно быть.
— Приезжай, — повторил, но уже другим, надломленным голосом Василий Первый. — Ты нужен мне здесь.
— Хорошо, скоро буду, — нехотя ответил я и, услышав «спасибо», положил трубку. Похоже, планы пора снова менять, вот только в одиночку.
Пока шёл по коридору на выход, задумался. Ситуация в целом не из приятных. Только начавшая возрождаться империя оказалась на грани коллапса. Если перебьют всех Романовых, она рухнет. А следом за ней и Россия. Нет, такая великая страна не исчезнет в одночасье, но второй развал за десять лет она может и не пережить.
Придётся брать всё в свои руки, и не так, как с поисками скрижали. Не скажу, что я разборчив в методах… ради выживания человечества можно сделать всё что угодно. Всё! Другое дело — остаться при этом людьми, это уже сложнее. Цивилизованными и культурными? Тут вообще плохо, на это рассчитывать не приходится.
— Уже закончили? — спросил граф, когда я вернулся в кабинет главы отделения.
— Нет. Подготовьте её к перевозке в Петербург, все необходимые документы получите позднее. Когда сделаете?
— Я на себя такую ответственность брать не буду, — тут же ответил офицер. — Как придут документы, так и начнём готовить.
— Хорошо, успейте к следующему самолёту. Я её сопровожу. Документы будут.
Спорить с графом я не собирался, тем более что у меня ещё оставалось куча задач. Позвонил в канцелярию, уведомил о переводе подозреваемой. Сообщил о своём переезде начштабу округа.
Оставалось собрать вещи, уведомить деканат. Нет, скорее надо сдавать экстерном. Но учитывая ситуацию, всё это стало уже не важно. Оружие… после прошлого раза пора таскать с собой полный арсенал и парашют. Ещё и переноску для тринадцатой покупать пришлось. И когда я думал, что уже готов, на пороге гостиничного номера появилась Аня.
— Я еду с тобой, — уверенно сказала она, уперев руки в бока.
— Ты же хотела спокойной и сытой жизни, — усмехнулся я.
— Думаешь, я совсем дура? Думаешь, не понимаю, что происходит? — поджав губы, спросила девушка. — Ты загоняешь себя. Срываешься, летишь с места на место. Пропадаешь в лесах, едва успевая закрыть зачёты…
— Именно. А ты говорила…
— Да мало ли что я говорила! Я девушка, я имею право на импульсивные поступки и эмоции. И я еду с тобой, куда бы ты ни отправился, — сказала девушка, а затем, видя, что я хмурюсь, добавила: — Пожалуйста?
— А ты готова к такому образу жизни? Бросить всё, к чему ты привыкла?
— Если с тобой рядом — да! — уверенно ответила Аня, и я приобнял девушку.
— Кто я такой, чтобы говорить «нет», — улыбнулся я и поцеловал мою умницу. — Хорошо. И спасибо за твою поддержку.
Появление девушки стало приятным сюрпризом. И то, что её родители не были сильно против, а я настоял, чтобы мы их предупредили, тоже стало отличной новостью. А вот что стало шоком, так это ожидавшая нас в аэропорту троица. Саня, Наташа и Леонид, парень, который помог мне на балу и чью фамилию я никак не мог запомнить.
— А вы что тут делаете? — нахмурившись спросил я.
— Переводимся в Санкт-Петербургскую военно-морскую академию имени адмирала… — начал было чеканить слова Лёня, но я лишь отмахнулся. — В общем, мы тоже в Питер. Тут нам делать в любом случае нечего. Не после сегодняшнего.
— Это ты о чём? Аня? — повернулся я к своей девушке.
— Понятия не имею, — тут же ответила она. — Я никому ничего не говорила.
— А зачем говорить, когда весь деканат на ушах стоит, — фыркнула Наташа. — Как только княжну задержали, так стало понятно, что пора валить отсюда. Все её подружайки ещё днём умотали. А теперь ещё и ты уезжаешь.
— По служебной необходимости.
— Да-да, знаем мы твою необходимость. На яхтах катался, по горам и лесам бегал, пока мы зубрили предметы. А теперь в Петербург, — ответила одногруппница.
— Князей в группе не осталось. Думаю, и преподавателей скоро переведут, — тихо заметил Леонид. — Сочинская академия такое вряд ли переживёт.
— Нормально с ней всё будет, — отмахнулся я. — Может, как всё уляжется, я снова вернусь. А пока просто дела навалились…
— Ты переводишься, я документы видела, — скрестила руки под грудью Наташа.
— Тебе бы в разведке работать, — не сумел я скрыть улыбку. — Ладно, посмотрим, что будет. Это ваше решение. Кстати, по поводу княжны. Берёзова теперь без титула, даже не дворянка. Так что учитывайте это при общении.
— А мы разве с не пересечёмся? — удивилась Аня.
— Увы, без этого не обойтись, — ответил я, кивнув в сторону двух стражей порядка, ведущих под руки
