— переспросил я, приподнимая бровь. — Вы так называете тот артефакт?
— Да, именно так, — подтвердил он, и в его глазах вспыхнул огонёк интереса. — Этот артефакт — настоящая загадка. Мы с коллегами были бы счастливы получить возможность изучить его.
Я вздохнул, вспоминая недавний инцидент.
— Если честно, Потапенко оказался невероятным хамом, — признался я, слегка нахмурившись. — Я не смог с ним работать. И сам хотел предложить эту задачу вам и вашей команде.
Лев Платонович рассмеялся, но в его смехе не было злорадства, лишь понимание.
— Что ж, Алексей Михайлович, признаюсь, не удивлён, — сказал он, улыбаясь. — Время идёт, а люди не меняются. Через сколько минут беседы вы его вернули назад Меншиковым?
Я слегка улыбнулся, пожав плечами.
— Ни через сколько, — отводя взгляд в сторону, произнёс я в ответ. — Сейчас он работает у нас в подвале. Но артефакт ему, конечно, доверять уже никто не будет.
— Работает? — удивился Лев Платонович, приподнимая брови. — Что именно он делает, если не секрет?
— Да всякое, — отмахнулся я. — Особо не слежу, признаться. Последний доклад от моих помощников был о том, что он штукатурит стены.
Артефактор снова рассмеялся, на этот раз чуть громче.
— Вы его ещё двор подметать заставьте! Или картошку чистить! — пошутил учёный, весело глядя на меня.
Я позволил себе лёгкую улыбку, но затем вновь принял серьёзный вид.
— Если говорить серьёзно, то по поводу работы с Сердцем Прометея мы готовы приступить хоть сегодня, Ваша Светлость, — сказал Лев Платонович, сменив тон на более деловой.
— Это хорошо, — кивнул я. — Но придётся немного подождать. Подвал пока занят.
Ларионов понимающе кивнул, с трудом пряча лукавую улыбку.
— Конечно, мы в вашем распоряжении, — спустя миг ответил он. — Дайте знать, когда будете готовы.
— Обязательно, — заверил я.
На этом наш разговор подошёл к концу. Я уже собирался попрощаться и покинуть лабораторию, когда ко мне подошёл Сергей, один из старших лаборантов. Высокий мужчина с короткой стрижкой и внимательными серыми глазами.
— Ваша Светлость! — обратился он, слегка нервничая. — Разрешите вопрос?
— Говори, — промолвил я, обратив на него взгляд.
— На самом деле это просьба, — поправился он, немного смутившись. — Мы с коллегами очень заинтересованы в вашей работе с артефактом. Если вы будете не против, мы хотели бы участвовать в ритуале, когда вы решите его опробовать.
Я задумчиво посмотрел на него, затем перевёл взгляд на других лаборантов, которые с явным интересом наблюдали за нашей беседой.
— Понимаю ваше желание, — ответил я после небольшой паузы. — Но должны понимать, что это дело связано с определёнными рисками и требует полной преданности.
— Мы обдумывали этот момент и готовы присягнуть вам, — серьёзно произнёс Сергей, и в его голосе звучала искренняя решимость.
Я оценил его прямоту и искренность.
— Хорошо, — кивнул я. — Я поразмышляю на этот счёт, друзья…
Лаборант просиял, склонив голову в знак благодарности.
— Спасибо вам, Ваша Светлость! Мы не подведём.
Я слегка улыбнулся и, кивнув на прощание, направился к выходу.
Глава 12
В комнате витало напряжение, словно само пространство пропиталось гневом и усталостью хозяйки. Тусклый свет настольной лампы мягко освещал дубовый стол, покрытый беспорядочной грудой бумаг, книг и отчётов — немым свидетельством нескончаемой работы. Стены, украшенные старинными гобеленами и заставленные полками с потемневшими от времени фолиантами, казались равнодушными свидетелями бурной деятельности, происходившей в этих стенах.
Возле зеркала, стоявшего у дальней стены, сидела графиня Анна де Лавальер. Её обычно безупречный облик сейчас был далёк от идеала. Плечи дрожали от подавляемых рыданий, руки нервно теребили кружево на рукавах изысканного платья, а в глазах читалась смесь ярости и безысходности. Размазанная по бледным щекам тушь оставляла чёрные полосы, делая лицо Анны Викторовны похожим на траурную маску. На голове заметно выделялся обгоревший клок волос, напоминая о недавнем унижении и боли. Казалось, графиня балансировала на грани между ненавистью и отчаянием.
Позади женщины стоял её супруг, граф Альберт Артурович де Лавальер. Его руки лежали на плечах жены, стараясь передать ей своё тепло и поддержку. Мужчина осторожно поглаживал её, пытаясь вернуть из пучины эмоций в реальность.
— Дался тебе этот Черногвардейцев, Аня, — вздохнул граф, наклоняясь ближе, чтобы заглянуть в её потухшие глаза. — Столько проблем себе на голову нашла на пустом месте.
— Ненавижу его… — процедила в ответ женщина, сжав кулаки так, что побелели костяшки. — Его, его род, и всю их тёмную грязную шушеру!
Альберт Артурович тревожно огляделся по сторонам, его взгляд быстро скользнул по затемнённым углам комнаты, словно он ожидал, что кто-то может подслушать их разговор.
— Тише… — шёпотом бросил мужчина, стараясь не обострять ситуацию. — Не забывай, с кем мы имеем дело.
— Что «тише»⁈ Что «тише»⁈ — вновь вспыхнула графиня, её голос зазвенел, как натянутая струна. Женщина оглядывалась по сторонам, словно стараясь кого-то разглядеть. — Если эта подлая тварь здесь и меня слышит — знай, как только я тебя поймаю, а я рано или поздно это сделаю — я тебя на мелкие кусочки порву! Слышишь⁈ На мелкие кусочки!
Крик де Лавальер эхом разнёсся по комнате, заставляя затрепетать пламя свечей. Альберт Артурович нахмурился, сильнее сжав её плечи, пытаясь погасить огонь гнева супруги своим спокойствием.
— Тише, моя хорошая… Выдохни, — заботливо произнёс граф, глядя на её отражение в зеркале. — Если демон действительно здесь, ты только поднимаешь ему настроение. А если ошиблась и никого тут нет — зря тратишь свои нервы.
— Ошиблась⁈ — взорвалась женщина, её глаза метали молнии. — Ты посмотри, что со мной сделали эти… эти суки! Откуда здесь взялась эта горящая свеча⁈ Я бы никогда её сюда не поставила! — добавила она, указывая на прикроватную тумбу.
Следом графиня резко встала, оттолкнув руки мужа, и взмахнула рукой к голове, показывая обгоревший участок волос. Её отражение в зеркале казалось ей чужим и враждебным, словно демон насмехался над её слабостью, используя её собственный облик.
— Вижу, Аня. Вижу! — мужчина на один тон повысил голос, пытаясь достучаться до жены. — Поэтому и говорю тебе: отстань от мальчишки! С его силой и возможностями я удивлён, как он тебя ещё столько вытерпел!
— Что-о-о⁈ Как ОН меня вытерпел⁈ — её голос дрожал от негодования.
