проверить машину, Анна Викторовна открыла дверь и вышла наружу. Холодный зимний воздух вновь обрушился на неё, заставив вздрогнуть. Быстро обойдя автомобиль по кругу, женщина заметила, что как минимум два из четырёх колёс в данную минуту уже были спущены.
— Прекрасно, — саркастично бросила она, ощущая нарастающее раздражение.
Следом взгляд Анны Викторовны упал на тянувшуюся полосу на снегу вслед за автомобилем. Подойдя ближе и слегка наклонившись, женщина тут же поняла, что это топливо.
— Протечка… — оставалось констатировать графине, осознавая всю серьёзность ситуации.
Попытка в следующую секунду достать телефон тоже не увенчалась успехом. Спешно обыскав карманы, де Лавальер быстро поняла, что оставила его в машине. Раздражённо качнув головой, женщина, с трудом сдерживаясь от того чтобы гнусно выругаться, резко направилась к передней двери автомобиля.
— Что за чертовщина? — воскликнула графиня, дёргая за ручку закрывшуюся дверь.
Ключи вместе с брелоком остались в замке зажигания, телефон — на сиденье, машина заперта, два колеса спущены, топливо вытекло — ситуация была абсурдной до невозможности. На мгновение ей захотелось рассмеяться от нелепости происходящего.
— Прекрасно, просто прекрасно, — произнесла она, пытаясь сохранить самообладание.
Холод начинал пробираться под пальто, заставляя её дрожать. Оглядевшись, графиня поняла, что находится посреди пустынной трассы, окружённой лесом. Ни одной машины, ни одного человека. Мысль о том, что на таком морозе можно очень быстро закоченеть, пришла в голову довольно быстро.
Но внезапно возникшая в голове мысль резко всё поменяла. Осенённая воспоминанием, де Лавальер спешно распахнула пальто и потянулась к шее, доставая из-под блузки изящный серебряный медальон с выгравированными узорами — устройство экстренной связи. Следом же нажав на кнопку, она активировала сигнал тревоги.
— Скоро будет помощь, — тихо произнесла графиня, потеплей укутываясь и опираясь спиной о дверь машины.
Глава 11
Ресторан, где я договорился встретиться с артефактором, располагался в тихом переулке старой Москвы. Его фасад, скрытый от суетливых улиц, был украшен изящной лепниной и резными деревянными дверьми, сохранившими отпечаток прошлого века. Внутри царила атмосфера уюта: мягкий свет свечей, отражавшийся в хрустальных люстрах, придавал залу тёплое сияние, а тихая музыка едва слышно струилась из углов, создавая ненавязчивый фон для бесед.
Святогор выбрал мне столик в дальнем углу, откуда можно было незаметно наблюдать за входом и иметь хороший обзор всего помещения. Официант в безупречно выглаженном костюме, вежливо поприветствовав, принёс мне меню, но я лишь попросил стакан воды с лимоном, решив отложить заказ до прихода гостя.
Пока я дожидался артефактора, мысли в голове вновь вернули меня к небольшой дилемме. С одной стороны, к текущему моменту времени, у меня внезапно появился свой клановый артефактор, которому можно было доверить серьёзную задачу, а заодно и проверить его возможности. С другой же, не так давно я самолично попросил Меншиковых помочь мне с поиском человека, владеющего знаниями в области артефакторики, на что те ответили согласием и пообещали предоставить своего человека. И теперь, когда они выполнили мою просьбу, просто взять и отказаться от предоставленного мастера было как минимум неудобно. Я всерьёз переживал о том, как бы не обиделись родственники на такое действие с моей стороны. Я, в конце концов, с ними планировал и далее дела иметь. Поэтому в конечном итоге и было решено всё же доверить задачу их человеку. Сильно меня это перед ними всё равно не обяжет.
Когда дверь ресторана мягко скрипнула, впуская очередного посетителя, я поднял взгляд и сразу понял, что это он. Эдуард Борисович Потапенко выглядел совершенно не так, как я себе изначально представлял мастера артефакторики. Невысокий, слегка полноватый мужчина с одутловатым лицом и редеющими волосами, он скорее напоминал добродушного булочника из пригородной пекарни, чем искусного знатока магических артефактов. Но как известно, внешность обманчива, и я решил не делать поспешных выводов.
— Ваша Светлость Алексей Михайлович? — негромко произнёс он, остановившись у моего столика и окинув меня цепким взглядом своих серых глаз.
— Приветствую, Эдуард Борисович, — ответил я, вставая и протягивая ему руку.
Рукопожатие Потапенко оказалось слабым и вялым, что при знакомстве с мастеровым я предпочёл не замечать. Он сел напротив, аккуратно отодвинув салфетницу в сторону, и жестом подозвал официанта, словно был здесь завсегдатаем и привык к быстрому обслуживанию.
— Для начала принесите нам, пожалуйста, бутылку сухого красного вина, — распорядился он и следом добавил: — И меню не забудьте.
Когда официант удалился, Потапенко сразу перешёл к делу, не тратя времени на формальности.
— Итак, о каком артефакте идёт речь? — спросил он, устраиваясь поудобнее и скрестив пальцы на животе.
Я заметил, что его взгляд стал более сосредоточенным, а в голосе прозвучали нотки профессионального интереса.
— К сожалению, у меня нет его фотографии, — начал я, изучая взглядом собеседника. — Это тот артефакт, который мы изъяли у Пожарских.
— Пожарские? — хмыкнул мастеровой, морщась и раздражённо махнув рукой. — Я в ваши дворянские дрязги не лезу. Меня это не касается. Как вы себе представляете мою работу, если я даже не видел предмета? Что мешало вам принести его с собой? Как я смогу оценить стоимость и объём работ?
Его тон был откровенно недовольным, и это не могло не вызывать ответной реакции. Что же касалось самого артефакта, то таскать с собой огромный кристалл по ресторанам города я был точно не намерен и, напротив, изначально хотел предложить мастеровому перенести его в свой дом и продемонстрировать лично.
— Очень осторожно, — сухо ответил я на последний вопрос, стараясь не горячиться раньше времени. Меня ведь всё-таки сразу предупреждали, что это человек с непростым характером.
На мгновение мне показалось, что мой намёк дошёл до него. Потапенко поднял бровь, словно обдумывая мои слова, но затем лишь пожал плечами и продолжил в том же духе.
— Понятно. Значит, вы не удосужились подготовиться к встрече. Выходит, я зря потратил своё время, — проворчал он, когда официант вернулся с вином и меню.
Не обращая внимания на предложенную карту блюд, Потапенко начал делать заказ, словно уже знал всё меню наизусть.
— Мне карпаччо из говядины на закуску, затем стейк с кровью, гарнир не нужен. И десерт — тирамису. Ах да, и бутылку минеральной воды без газа.
Официант быстро записал его пожелания и повернулся ко мне.
— Для меня — ещё один стакан воды с лимоном, — произнёс я, приняв решение не портить себе вечер ужином с этим человеком.
Когда официант удалился, я перевёл
