— Это как Я его терплю всё это время! Хамоватый, наглый, самодовольный, напыщенный, высокомерный и заносчивый! Каждое занятие с ним в одном кабинете — это пытка для меня!
Граф опустил голову, пытаясь подобрать правильные слова. Он понимал, что гнев супруги был вызван не только сегодняшним инцидентом, но и глубокими ранами прошлого.
— Я бы согласился с тобой, дорогая, если бы доподлинно не знал, что ты сама, используя свои связи, добилась того, чтобы преподавать на их потоке, — вздохнул Альберт Артурович, присаживаясь на стул рядом с ней. — Причём не только вести лекции, но и проводить практику именно в той группе, где учится тёмный князь.
Глаза графини вспыхнули злобой, губы сжались в тонкую линию, взгляд сузился. Но несмотря на то, что в голове крутилось множество ответов, ни один из них не показался ей достаточно веским, чтобы озвучить его вслух. Женщина опустила взгляд, пытаясь скрыть вспыхнувшие слёзы.
— Ты знаешь, Анна, я тебя всегда поддерживал, — более мягко продолжил граф, наклоняясь чуть ближе к супруге. — Но воевать с тёмным князем, на любых фронтах, в том числе тех, которые ты придумала себе сама, нам не по силам. Это будет только себе дороже. И давай будем честны: этот человек не виноват в смерти нашего сына. Он тогда сам был ребёнком.
— ОНИ ВСЕ ВИНОВАТЫ! — сжав кулаки, яростно выкрикнула женщина, впервые за время разговора откровенно срываясь. Её лицо побледнело, глаза блестели от слёз и гнева. — Все!
Альберт Артурович встал, подняв руку, словно пытаясь остановить поток её эмоций.
— Это была война, Аня, в которой погибло много людей, в том числе и вся его семья, — тихо произнёс он, стараясь сохранить спокойствие. — Я не меньше тебя ненавижу тот день. Но продолжать жить этой ненавистью и дальше… мы так себя сами сживём.
— Лучше бы уж всю их семью тогда и уничтожили! — прошипела графиня, её лицо исказилось от ярости.
Граф выдержал её взгляд, его глаза отражали смесь боли и понимания. Он знал, насколько глубока рана в её сердце, но также понимал, что продолжение этой вражды может привести к непоправимым последствиям.
— В общем, не делай нам на старость лет жизнь сложнее, — мягко сказал мужчина, вновь присаживаясь рядом. — Тебе уже приказали допустить его к экзамену. С тобой или без тебя он его сдаст, и ничто тут не попишешь. Ты умнейший человек, Анна, гениальный математик, гордость нашей науки. Постарайся мыслить трезво.
Графиня не ответила. Она снова опустилась на стул перед зеркалом, глядя на своё отражение, которое смотрело на неё усталыми, полными печали глазами. Размазанная тушь, обгоревшие волосы, следы слёз — всё это делало её образ ещё более трагичным.
Альберт Артурович осторожно положил руку на её плечо, чувствуя, как напряжение постепенно спадает.
— Анна, милая, — тихо произнёс он. — Я понимаю твою боль, но прошу тебя, подумай о нас. О нашем будущем. Нельзя вечно жить прошлым.
Женщина вздохнула, закрывая глаза и пытаясь успокоить бешено колотившееся сердце. Слова мужа проникали сквозь стену её гнева, вызывая противоречивые чувства.
— Мне так тяжело, Альберт, — прошептала графиня, едва сдерживая слёзы. — Каждый раз, глядя на него, я вспоминаю нашего сына. И эта боль… она не утихает.
— Я знаю, дорогая, — ответил он, обнимая её за плечи. — Но месть не вернёт нам его. А продолжая эту вражду, мы можем потерять и то, что у нас осталось.
Анна Викторовна кивнула, чувствуя, как слёзы вновь наворачиваются на глаза.
Пламя свечей мягко колебалось, отбрасывая причудливые тени на стены. Где-то вдалеке прокричала ночная птица, напоминая о том, что несмотря ни на что, жизнь продолжается.
* * *
В огромном, полутёмном ангаре воздух был пропитан сыростью и металлическим запахом, который неприятно щекотал ноздри и оставлял привкус на языке. Единственная лампа, подвешенная под самым потолком, отбрасывала длинные, зловещие тени на потрескавшийся бетонный пол и массивные стены, которые казались неприступными. Двадцать пар насторожившихся людей у самого входа в помещение, перемещённых сюда только что, сверкали бледными напряженными лицами, опасливо оглядываясь по сторонам.
В следующую секунду ко входу в ангар вышла молодая девушка в безупречном алом платье, которое ярким пятном выделялось на фоне серых стен. Её улыбка была широкой, почти кукольной, а глаза игривыми и весёлыми, словно она была ведущей на детском утреннике. Густые тёмные волосы ниспадали на плечи, подчёркивая бледность кожи. Каблуки её блестящих туфель звонко стучали по бетонному полу, когда она грациозно шагала перед людьми, наслаждаясь вниманием испуганных взглядов.
Внезапно она остановилась, и прямо у её ног, буквально из воздуха появился небольшой серый мешок. Все присутствующие тут же опустили взгляды, с неприятным предчувствием его осматривая. Девушка тем временем остановилась, слегка наклонив голову, её улыбка стала ещё шире.
— Итак, мои дорогие, — начала она звонким, бархатным голосом, который лучился радостью и весельем. — Сегодня мы с вами вновь собрались здесь как следует повеселиться! Наша команда очень старается, чтобы вам здесь не было скучно, и каждый раз мы придумываем для вас всё новые развлечения.
На этих словах девушка щёлкнула пальцами, и рядом с ней материализовались две массивные фигуры мужчин. Их лица были скрыты под капюшонами, а телосложения напоминали каменные изваяния — мощные и неподвижные. Присутствие этих бугаёв добавило обстановке ещё больше напряжения.
Пока все взгляды были сфокусированы на девушке и двух демонах, незаметно для основной массы, сбоку появилась небольшая белая доска, на которой были написаны номера от одного до двадцати, а напротив каждого — название предмета. Люди переглядывались, не понимая, что происходит, но никто не осмеливался задать вопрос или выразить недовольство.
— Давай, не бойся, — хихикнула девушка, подбадривая первого мужчину, к которому подошли безмолвные здоровяки. — Выбирай! Что тебе достанется? Удача или…
Мужчина был средних лет с усталым взглядом и опущенными плечами. Его глаза были полны отчаяния, но он старался держаться. Решительно оглядевшись на свою напарницу, он набрал полную грудь воздуха и опустил руку внутрь. Пальцы нащупали холодный камень, и он вытащил его на свет. Цифра «8» чернела на серой поверхности.
Прежде чем он успел что-либо сказать, один из бесов сунул ему в руки два массивных булыжника, и следом ещё два его женщине. Мужчина растерянно посмотрел на тяжёлые камни, а затем перевёл взгляд на доску, где напротив номера восемь значилось: «Два камня».
— О, какой чудесный выбор! — захлопала в ладоши
