отношения таким, как она, сегодня Дэлл в этом убедилась. Нельзя, и все тут, а попытки внушить себе, что можно — наивное нытье юной девочки.
Казалось, Ива ей поверила. Да, певица все еще поджимала губы, все еще высокомерно отводила лицо в сторону, но ярость медленно гасла в её глазах. Аронст медленно к ней подошла, и тихо, почти на ухо сказала:
— Слушай. Он сейчас там. В уборной. Сказал, что нам надо с ним поговорить, но я как-то не хочу идти. Там темно, и, мне кажется, там никого нет. Вы там наверно можете, ну, уединиться. — Она потупила глаза. — Я найду в зале Генриха и предложу ему прогулку. Мне кажется, от согласится.
Пьяная певица едва заметно кивнула. Затем тут же отвернулась, и пошла к той самой уборной. Видно, больше ей не казалось, что это позорище. Дэлл проводила её угрюмым, пустым взглядом, и медленно поплелась в сторону зала. «Погрущу денек, и пройдет» — вертелось в голове, хотя подбородок дрожал.
Ива быстро скрылась за дверью туалета. Хрупкое, измученное алкоголем тело тут же накрыл удушающий мрак, и лишь слегка там поблескивали зеркала.
Молодой человек с нетерпением разгуливал взад-вперед.
— А вот и ты. — Хрипло заговорил Грегораст сквозь тьму, остановившись возле одного из зеркал. — Знаешь, чего такого интимного я хотел здесь сказать? — Он едва заметно прищурился. — Что клал я хуй на твоих несостоявшихся поклонников. Расскажи мне. — Парень медленно направился к девушке. — Ты не девственница, расскажи, у тебя был с ним секс? Конечно был, не отпирайся. — Он подходил все ближе, так сильно, что шокированная певица ощутила телом полы его пиджака. — Неужели со мной не лучше? Хоть по дружбе, хоть как, насрать. Вряд ли ты также кончала еще хоть на чьем-нибудь члене. Не хочешь повторить, Дэлл? Прямо сейчас. По дружбе, конечно, мы же теперь друзья. — Раздраженный Макс иронично закатил глаза, затем опустил ладони на плечи девушке. — Твой «друг» тебя сейчас будет драть, и конечно это нисколько не курортный роман. И пусть… это услышит весь этот ебучий клуб. Настоящая дружба заслуживает внимания.
Опустил ладони, и тут же остолбенел. Разница в росте. Ладони ощущали совсем другой материал платья, а нос только что уловил совсем другой запах — дорогой знакомый парфюм.
— А ты хороший актер, Грегораст. — Озлобленно прошептала Ива. — Эта курица свалила отсюда. И. — Она ухватила его запястья и сильно их сжала. — Раз так, давай делать контент сами. Вдвоем. И пусть это увидит мир. Разве секс двух звезд не привлечет больше внимания, чем секс одного с какой-то бомжихой?
Он замер. Гневно уставился сквозь тьму, пока пальцы вздрагивали от ярости. Свалила? Что значит свалила?
— Нет. Не привлечет. — Прорычал Макс. — Что… что ты вообще здесь забыла⁈ Кто тебе позволял сюда входить⁈
— Она ушла, вот я и зашла. — Прошипела пьяная певица. — Какого хрена ты так со мной разговариваешь⁈ Я что, виновата в том, что местной бомжихе ты больше не интересен?
Он вновь замер. Лицо перекосила гримаса непереносимой злобы, Грегораст едва держался, чтобы не оттолкнуть от себя Иву.
— Ревнивая ебанутая дура. — Рычал тот. — Ебанутая дура. Мы расстаемся. Мы расстаемся, ты мне не интересна. Ты мне давно не интересна. Можешь покидать шоу, можешь оставаться, мне насрать. Но ищи себе другого олуха, который будет терпеть твои закидоны.
— Тогда ищи себе другую дуру, которая будет покрывать твои похождения по разъебаным вагинам дешевых бомжих!!! — В ярости закричала певица. — Надеюсь, ты подцепил сифак после секса с ней!! Мне даже думать тошнотно, что ты трогал её, а затем этими грязными бомжатными руками прикасался ко мне!! Грязь деревни Миннесоты, блять!!
Грегораст со смесью злобы и омерзения осмотрел девичью фигуру. В какой-то момент сценарий… полностью провалился.
* * *
Он красными от напряжения глазами таращился на паркет своего номера, потирая виски. Сказать, что план пошел к чертям уже через два пункта — ничего не сказать. Дэлл действительно «сложная», и не то что Стэн, даже сам Макс её с трудом «вывозил».
Хотя, что греха таить — он не вывез. Вчера его отшили. Менять девушку поздно, серии уже загружены, реклама нового стримингового сервиса раздается из каждого утюга. Зрители смотрят шоу. Ждут… любовный треугольник, скандалы, интриги, ждут хоть что-то, чтобы забить контентом свой одинокий вечер возле телевизора.
Грегораст уже не мог заменить Дэлл. Не мог, и… не хотел, хотя было неприятно себе в этом признаваться. Он, озлобленно стискивая челюсти, раз за разом прокручивал у себя в голове фразу: «мы просто друзья, прости, извини». После этих слов… хотелось заставить её пожалеть о каждой букве, неловко сказанной ночью в клубе. Хотелось заставить её за собой побегать, на камерах принять назад, а потом… эпически бросить, сказав, что он слегка поторопился, и что она для него правда просто подруга.
Макс с горькой улыбкой знал, насколько детскими были такие желания, но ничего не мог с ними поделать. Деревенской клуше удалось его задеть.
Молодой человек понимал, что… кинься она, сходу, на Стэна, как и было задумано — он был бы только рад. Просто вел бы сценарий, притворяясь другом. Стэн оказывал ей внимание, хоть и слишком навязчивое, их пара была бы легкой и понятной. Но если не Стэн… Грегораст бы тоже пожал плечами. У каждого, как говориться, свой вкус.
Но клуша обратила внимание на него. И это, как бы комично не звучало, добавляло ей очков в его глазах. Деревенская дура краснеет, глядя на него, что ж, у неё хороший вкус, он же тут самый лучший. У неё сносная внешность, так и быть, можно поиграть в пару. Он снизошел до неё, позволив стать рядом с собой. Снизошел, и в угоду шоу, и в угоду своему эго.
И вот она… говорит ему, что они просто друзья? Не рвет, не мечет, не рыдает, увидев его с другой, а говорит, что они просто друзья? Что… он очень милый, и что она переспала с ним по дружбе? До этого Макс был уверен, что просто усмехнулся бы, услышав такое, ведь… это ни за что не может быть правдой.
Но в двух темных, блестящих зрачках девушки он видел лишь: «извини, но… вот так». Ни обиды, ни боли, ни злости. Лишь: «извини… но вот так».
Не может? Может, все-таки, может?
«А я позволил
