Потом крышка рухнула в снег рядом с его ногами. От искореженного металла поднималось кверху зловонное облако пара.
Сенор вновь заглянул в колодец. И увидел клеть с вооруженными Уродами, медленно ползущую к поверхности из глубин Мургуллы.
Детей Гриба было двое. Они держали в руках странные предметы, похожие на небольшие арбалеты, но без всяких признаков тетивы. Покровы Уродов не были металлическими, но и не имели живого запаха.
Слабые отражения, похожие на человеческие, опередили жителей подземелья. Еще до того как клеть выползла на поверхность, Сенор уже знал, что они – братья, и что одного из них зовут Тот, Похожий На Отца, а другого – Тот, Похожий На Мать. Тот, Похожий На Мать был старшим стражником колодцев, и в голове Того, Похожего На Отца таилась черная липкая зависть. В сознании Сенора пронеслись перемежавшиеся видения похлебки, удовлетворяемой похоти и протезов, вживляемых в тело Того, Похожего На Мать, – и он содрогнулся, настолько дико это было.
Тем временем клеть добралась до поверхности.
У братьев Тех не было ушей, распухшие веки скрывали бегающие глаза, безгубые отверстия ртов обнажали две сплошные роговые пластины вместо верхних и нижних зубов. Правые длинные боевые конечности, сжимали рукояти подземного оружия; левые, короткие и хилые лапки, заканчивались металлическими протезами кистей, державшими выкованные из меди щиты.
Сенор поразился той легкости, с которой он проникал в их головы, незащищенные, как головы животных, и не подозревавшие ни о чем; и одновременно – той каше, которая царила в них.
Уроды не имели понятия о том, как защитить себя от подобных вторжений, и похоже не слишком беспокоились о том, что их мысли открыты для посторонних. Сенор почувствовал, что они не особенно и верят в это.
Он без труда читал в их мозгах, как в открытой книге, заполненной, впрочем, какими-то абстракциями и безумными страстями. Он вторгался в нагромождения чисел и невероятную мешанину подавляемых амбиций, не находящих выхода стремлений, злобы, порожденной чудовищной слепотой, всепожирающего страха и ощущения стремительно летящих секунд.
Он увидел себя их глазами со стороны и не на шутку испугался этого. Он представал действительно чем-то очень странным в глазах этих невежественных существ; настолько странным, что вполне мог быть источником сумрачных легенд. Кроме того, Суо и Истар своим присутствием умножали количество чуждых и нежелательных здесь чудес до предела.
– Что тебе нужно в Мургулле, Городе Ущербных, Придворный Башни? – грубо спросил Тот, Похожий На Мать. Впрочем, Сенор видел, что грубость эта скрывала суеверный страх Уродов перед магией пришельцев.
– Ты проведешь нас к наместникам Хозяев Башни. Я буду говорить с ними, – Сенор позволил втянуть себя в бессмысленный ритуал вопросов и ответов.
Тот, Похожий На Отца, громко расхохотался. Старший стражник подождал немного, а потом сильно ударил его длинной боевой рукой в лицо. Смех захлебнулся, и тонкая струйка крови поползла из угла рта Того, Похожего На Отца, ошеломленного и задохнувшегося от злобы.
– Наместников Башни больше нет, – хмуро произнес Тот, Похожий На Мать. – Теперь Мургуллой правит Королева Уродов Мелхоэд, дама Нижней Земли, Убийца Машин, Видящая Без Глаз...
«Вот как, у них уже есть своя Королева. И они выбрали не самый удачный момент для вражды», – подумал Сенор и многозначительно посмотрел на Истар.
– Передай это Хозяевам Башни, – продолжал стражник. – И убирайся. Отныне Город Ущербных закрыт для людей Кобара.
Суо, превратившееся в большую двухголовую птицу, с шумом поднялось с крупа своей лошади и, описав траурный круг, опустилось на железные прутья клетки. Два клюва щелкнули друг о друга, как скрестившиеся клинки.
Стражники колодца проводили ее взглядами, борясь с искушением пустить в ход оружие. Единственное, что удерживало их от этого, – неизвестная сила пришельцев. Искореженная и все еще дымящаяся крышка колодца лежала перед ними и была красноречивее всяких слов. Дети Гриба помнили о Кобаре и жили ближе всех к Тени, поэтому принимали все происходящее как неизбежные, хотя и неприятные, чудеса.
– Пойди и сообщи о нас своей Королеве, Тот, Похожий На Мать, – сказал Сенор, одновременно ударив волной ужаса по их незащищенным мозгам.
Скорчившись на земле, Уроды взирали на них с ненавистью и суеверным отвращением.
– Откуда... – прохрипел старший стражник. – Откуда ты знаешь мое имя?..
– А имя означает власть, не так ли? – сказал Сенор, зная, что это верно здесь лишь для немногих. – Поэтому иди и скажи своей Королеве, что нам нужно видеть существо, вернувшееся из Тени. Если нас не примут, мы войдем сами.
Он сделал знак – и ведьмина сила швырнула обоих братьев в клеть. Со скрежетом та поползла вниз.
Двухголовая птица Суо неторопливо снялась со своего насеста и исчезла в снежной пелене.
Они ждали долго, и двухголовая птица Суо успела вернуться и вновь превратиться в Придворного Башни, а остывшая крышка колодца скрылась под наметенным снегом.
Истар, чьи силы оказались изрядно подточены, дремала в седле, закутавшись в меха. Сенор далеко не был уверен в том, что им удастся преодолеть подземные укрепления Мургуллы, воздвигнутые Уродами в ожидании набегов из Тени. Возможности Истар не беспредельны, он сам почти бессилен против машин (а ловушки Мургуллы – это наверняка машины), любые перевоплощения Суо не могли бы заставить Королеву Мелхоэд отдать им Люстиг. Сенор отчасти рассчитывал на впечатление, произведенное на стражников и невидимых соглядатаев происходящего, да еще на то, что проявившаяся враждебность Детей Гриба не уничтожила пока древней связи между Кобаром и Безлюдным Двором. Наконец, долгожданные звуки, которые издавала поднимающаяся клеть, нарушили тишину заснеженных развалин.
Еще более хмурое лицо Того, Похожего На Мать показалось над краем колодца. Он сделал знак пришельцам, и они завели своих лошадей в качающуюся клеть. В сознании Того была обида и слепая ярость непонимания. Все это вполне определенно отражалось и на его жутком безгубом лице.
Стражник колодца дернул какой-то рычаг, и клеть медленно поползла в бездну.
24. КРЫСИНЫЙ ХВОСТ
Клеть опускалась на длинном тонком стебле, уходящем в непроглядную глубину. Чуть позже они перебрались в другую клеть, подвешенную на паутине, которую выпускал из своего чрева гигантский паук, нависший над пропастью. Сенор так и не успел понять, был ли этот паук живым существом.
Спуск был таким долгим, что казалось, они будут вечно плыть сквозь скрежетавшую металлом зловонную тьму. Вспышки света изредка ослепляли их, отмечая очередной подземный этаж. Иногда они успевали разглядеть то уходящие во мрак коридоры, то бойни с загонами, полными слепого и безволосого скота, то огромные пещеры, в которых грохотали сотни чудовищных машин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
