— Нет! — откликнулся хор. — Богу не угодна смерть невинных, но нам угодна, ибо Мать наша Земля должна быть оплодотворена кровью одной из дочерей своих!
— Истинно! — возопил Верховный друид. — Ибо мы почитаем не Бога латинов, а богов отцов наших, прикрываясь в течение столетий угодным им фасадом Кельтской Церкви! Кровь должна пролиться и она прольется, дабы кельтская нация могла возродиться к новой жизни!
— Кровь! Кровь! Кровь! — взвыл хор.
Затем собравшиеся друиды пропели гимн Любви, гимн Мудрости и гимны всем другим добродетелям, и каждый из гимнов они исполнили под руководством хранителя соответствующей добродетели. Затем каждый взял себе по женщине, из числа тех, что появились из соседней рощи, и танцевали с ними грациозно и ловко под ясным голубым небом. Длинные волосы женщин были аккуратно заплетены и собраны в узел на макушке, и только один локон оставляли они свободным. А когда мужчины скинули свои капюшоны, то стало видно, что у них от волос оставлено только по одному локону, вся же остальная голова обрита наголо.
— Солнце — отец наш, — возгласил Верховный друид, как только танец прекратился и прозвучал второй удар гонга, — а земля — наша мать. Воздух — нечистая часть небесной сферы, ибо весь огонь порождается солнцем. Море — пот земли или же жидкость, возникающая в результате ее тления и излившаяся из ее утробы, и она же — брачные узы, связующие воздух и землю, так же как кровь связует плоть живых тварей с их душою. Весь мир — огромное животное, внутри которого мы обитаем точно так же, как глисты обитающие внутри нас. Мы не питаем ни малейших сомнений в бессмертии наших душ, каковые, как мы верим, становятся после нашей смерти добрыми ангелами или же злыми, в зависимости от того, каким было их поведение в этой жизни. Ибо всякая вещь ищет свое подобие. Зло и грех происходят от влечения к небытию, ибо первопричиной греха является нехватка Силы, Мудрости или Воли. Тот, кто знает добро и имеет силы творить его, обязан обладать также и Волей, дабы не впасть в грех.
Сайиду Нафишах вывели в центр лабиринта и повелели ей раздеться. Пока ее вели обнаженной через лабиринт, в центре которого располагалась виселица, со всех сторон раздавались недоуменные крики. Толпа ожидала увидеть Пенелопу Брэйд, отец которой решился отдать свою единственную ночь, чтобы та стала могущественной сущностью в мире духов. Во время общего замешательства я ускользнул в рощу, где сбросил с себя простыни и помчался вниз по склону горы.
— Это же Сайида Нафишах! — закричал кто-то. — Мы не можем принести эту девицу в жертву, ее отец не давал нам такого разрешения, а он — очень влиятельный человек.
— Вы правы! — возопил Верховный друид. — Все церемония погублена, потому что у нас не остается времени, чтобы приготовить замену, поскольку до астрологической конъюнкции остается шесть минут!
Я пробирался через кустарник и перемахивал через изгороди. Я знал, что друиды порвут меня на клочья, если поймают. Добравшись до проезжей дороги я начал голосовать. Машин было немного, но мне повезло — примерно пятая остановилась и подкинула меня до самого Уимблдона. Для того, чтобы добраться до Тернем Грин на метро, мне пришлось пересесть всего один раз. Пенелопа Брэйд поджидала меня в моей квартире. Я дал ей детальный отчет о связях ее отца с язычниками. Я подвергал себя сильному риску, отправившись в Уолберсвик, чтобы изгнать демона, овладевшего моей возлюбленной, но все обошлось к лучшему, и девушка, которую я спас от пламени ада, приняла мое предложение и согласилась выйти за меня замуж.
Я закрыл глаза и слегка расслабился, а когда я открыл их снова, Ванесса исчезла. Вместо нее напротив меня сидел мужчина, в котором я узнал доктора Джеймса Брэйда. Он был моим повелителем — человеком, от которого я пытался скрыться всю свою жизнь. Я проследовал за Брэйдом, мы сели в автомобиль и поехали в кабинет доктора в Белгравии.
— Плоховато выглядите, — дружелюбно сказал Брэйд. — Витаминчиков бы вам вколоть.
— Я не хочу убивать ее, — рыдал я, пока меня пристегивали ремнями к операционному столу. — Почему я должен ее зарезать?!
— У вас нет выбора, — сказал доктор, выкручивая мне руку. — Вы думаете, что вырвались из-под контроля, но каждый эпизод в вашей печальной истории запрограммирован нами.
— Не понимаю!
— Это следующая стадия наших экспериментов по контролю над сознанием, — принялся объяснять хирург. — Мы хотим научить наших пациентов сознательно активировать различные личности, которые мы создали в их мозгу. Овладев этим умением, они с легкостью справятся с любой ситуацией, возникшей в ходе ведения ими шпионской деятельности.
— Но у меня нет склонности к совершению убийств, — простонал я.
— Какая чушь! — рявкнул Брэйд. — Неужели вы не знакомы с так называемой миметической теорией возникновения желания?
— Нет.
— Мы ценим вещи, — принялся разъяснять доктор, — потому что их желают другие люди. Мы усваиваем систему ценностей, подражая другим, — короче говоря, мы не столько желаем вещи сами по себе, сколько желаем походить на ближних. Но если мы желаем того же, что и другие, то конфликт неизбежен. Для того чтобы положить конец этому конфликту, необходим суррогат, очистительная жертва, убийство, после которого в социуме воцаряется покой. В вас мы запрограммировали личность, идентичную той, которая имплантирована в сознание моей дочери. Это неизбежно приведет к конфликту между вами и Пенелопой, и конфликт этот вы сможете разрешить только через ритуальное человеческое жертвоприношение!
— Но это ужасно! — простонал я. — Это же так ужасно!
— Ничего ужасного, — настаивал Брэйд. — Этот акт разом окупит все вложения, сделанные в мои исследования! Как бы вы не упирались, в конце вы сделаете то, что хочу от вас я!
— Ни за что! — вскричал я, но тут игла вошла в мою вену, и началось беспамятство, которое продолжалось то ли несколько недель, то ли несколько месяцев.
Примечания
1
Кристофер Марло "Трагическая история доктора Фауста" Акт I, сцена I (перевод Е. Бирюковой)
2
индо-пакистанское блюдо — овощи или мясо, тушеные в йогурте, заправленном пряностями
3
марка калифорнийского крепленого вина
4
марка шотландского виски
5
группа OULIPO (OUvroir de la LItterature POtentielle) — неодадаистская литературная группировка сложилась в сентябре 1960-го года во время проведения коллоквиума по исследованию французского языка в Патафизическом Колледже (Париж).
6
Прозвище Кембриджшира и Линкольншира
