и не нагружать себя. Но моя невеста — не национальная полиция, с ней по-настоящему важные вопросы надо обсуждать лично, а не в переписке.
Заснули в обнимку, совершенно взаимно счастливые. И даже другой Макото, по привычке именуемый мной Хидео-саном, вмешиваться в наше счастье не рискнул. Он-то своё самым позорным способом проморгал, бегая за другими юбками.
Глава 16
Я долго ждал этого дня. Понедельника. Все-таки права была красная стерва: работа — одна из главных радостей в моей жизни, сразу после близких.
Освобождение наставницы из каменного плена и схватка с браконьерами, конечно, добавили в мою размеренную жизнь остроты, но я банально соскучился по небоскребу Окане Групп, по своему крошечному кабинету на двоих, Ануше, столовой с сорок второго этажа, строгой, но по-своему доброй Асагаве-сан, Окане Акуме и всем хорошим людям, которых даже мысленно так просто не перечислить. Да что там — красный демон корпорации тоже заслужила, чтобы я слегка заскучал без ее ехидных подколок.
Утром Цуцуи, красивая и уверенная в себе, сразу после нашего совместного завтрака отправилась за руль его величества. И вот чья это вообще машина⁈ Надо будет у наставницы по поводу ёкая, заключенного в Тойоту, разузнать. Она наверняка и видит, и понимает куда больше, чем такой приземленный увалень, как я. Не перекармливаем ли мы Короля Марка сладостями, например? Судьба — невероятно коварная штука. Казалось бы, каких-то полгода назад я мечтал об авто с водителем, а сегодня вот внезапно для себя сообразил, что мне и самому хочется за руль. Не какой-то другой машины, а оранжевого Марк Два.
Заехали за Ёрико. Именно за ней, а не Акирой в её одежде. Как родители обычно легко различают близняшек, так и я двух внешне идентичных женщин теперь если когда-то и перепутаю, то на фотографии, не вживую. Совершенно разные же. Где-то глубоко в сердце оригинальной Акиры живет грусть, траур по тому, кого она любила. Увы, потери — это часть человеческой жизни и нестареющие кицунэ также от них не застрахованы.
— Акирахиме-сан, а покажи мне лисьи ушки, — елейным голоском пропела Цуцуи на светофоре.
Хотел бы я лучше видеть выражение лица Ёрико в данный момент. Через зеркало заднего вида, настроенного под водителя, а не пассажира. я рассмотрел хорошо, если часть от сложного микса эмоций на красивом личике девушки-кицунэ.
— Ты ей сказал! Мог бы и посоветоваться! — воскликнула рыжая. — Для справки — лисьи ушки у меня могут быть, если только ободок надену. Две пары ушей одновременно — это против анатомии и физиологии, как… кузина Акеми говорит.
— Ага! И она тоже! — просияла Цуцуи. — Я должна была догадаться, так вы похожи, но как-то забыла о ее существовании. А кто еще? Сразу скажу, я надежнее могилы. Никому, абсолютно никому, вашу тайну не раскрою. Хиро-сан? Ммм… наверное, нет.
— Нет, — прохрипел я. Горло за остаток ночи отдохнуло и немного разговаривать я себе позволить могу, но решил ограничиваться пока что самыми короткими репликами.
— Так я и знала! — не соврала Мияби. Она у меня умная и работа с людьми привела к тому, что еще и проницательная. — Хиро-сан — очень хороший человек, но не такой особенный, как вы двое. Не ощущаю я в нем той же энергетики.
Мой любимый детектор кицунэ! Куда там тибетскому компасу или кривоватой поделке из сумки гайдзинов, которую я, к слову, взял с собой на работу. Нам с Анушей, вероятно, будет нечем заняться. Вот, изучим трофеи с технической точки зрения.
— Макото, ты даже не подозреваешь, какой ширины врата в преисподнюю ты раскрыл. Госпожа Кагуя, она же алая тень Окане Групп, не даст нам обоим никакого покоя, пока не вытянет совершенно всё, — с легким сарказмом заметила Ёрико. — Очень подозрительно вовремя ты онемел. Это всё для того, чтобы сомнительная привилегия присутствия на допросе досталась мне?
— Пара съеденных кило мороженого и ты тоже избежишь моих вопросов, — с невинной улыбочкой подсказала Цуцуи. Не знаю, кто именно так плохо на нее влияет, что сарказма в ответах стало больше. Я, другие многочисленные кицунэ или безымянная. Но меньше ее любить не начал.
— Мне скушать их самой или с тобой поделиться?
Хотелось сказать «со мной!». Но кто же безголосому такое разрешит? Так и оказался на парковке небоскреба, не получив разрешения на холодный десерт. Мир несправедлив! Но то, что дорогие мне женщины — невеста и двоюродная бабушка, являющаяся также дочерью моему прошлому воплощению, продолжили хорошо ладить и после случившегося каминг-аута — громадный плюс. Общая работа в кадрах и совместное испытание уличной гонкой их сплотили.
Обе мои прекрасных спутницы вышли на этаже кадрового департамента, я же поднялся к себе и, выйдя из лифта, нос к носу столкнулся со смутно знакомым сотрудником службы безопасности. Он в числе прочих у меня автограф брал. Шиваки, если я верно запомнил.
— Ниида-сан, пожалуйста пройдите со мной, вас хотят видеть, — максимально строгим голосом потребовал мужчина. Но я-то по микромимике вижу, что новости у него для меня хорошие. Подыграл. Человек старался, может быть даже роль разучивал, чтобы розыгрыш вышел убедительным. Зачем его расстраивать, а заодно публично демонстрировать свою нерядовую проницательность. Принял обеспокоенный вид и вернулся в лифт, чтобы приехать на этаж службы безопасности, где меня отвели в помещение с множеством мониторов, за которыми сидел в офисном кресле Тодороки Каэда собственной персоной. Рядом прислонена тросточка. Перелом, по всей видимости, парня все еще беспокоит, но не настолько, чтобы не выйти на работу, не требующую физической активности.
— Ниида-семпай! Как же я рад тебя видеть! — воскликнул мой приятель. Несмотря на неприятный хруст в колене, встал на ноги и немного поклонился. — А я теперь на камерах наблюдения работаю! Круто, да! Спасибо огромное Цуцуи-сан, я знаю, что это она устроила! Передай ей тысячу поклонов от меня! И если у нас с Натори-тян родится девочка, назову в ее честь. Обещаю!
Нет, подруга Тодороки не беременна, это он не мастер формулировок и немного оговорился из-за легкого косноязычия. Информация о том, что Мияби, используя служебные инструменты, собирается Каэде-куну помочь с новой должностью, сюрпризом мне не стала — я был в курсе, девушка рассказывала.
— Поздравляю, — прохрипел я, сделав голос слабее, чем могу говорить в реальности. Мой товарищ — хороший человек и я был бы не против с ним поболтать, будучи полностью здоровым.
