три минуты машины, точно выброшенные катапультой, вырвались из гаража и, очищая дорогу пронзительным воем сирен, помчались к улице Ван-Стратена.
— Ну, что скажете, Дейли?
— Похоже, что статья все же была написана и находится где-то в доме.
— И вы надеетесь увидеть там Троллопа?
— А кого еще? Не самого же Алисона!
Машины промчались по Кладбищенской улице и с душераздирающим визгом тормозов остановились у дома № 30. На панели уже стояли полицейские, оглядывая окна и крыши.
Оставив Дейли распоряжаться у дома, Мун влетел к миссис Лановер:
— Еще не выходил?
— Нет, но я...
— Как он одет?
— Синий пиджак, как в прошлый раз...
Мун взглянул на окна квартиры Спитуэлла. Оба окна завешены, но угол одной шторы отогнут. Мун хорошо знал, что квартира опечатана и шторы плотно опущены.
— Благодарю вас! — бросил Мун и выбежал за дверь.
Миссис Лановер еще пыталась что-то втолковать ему, но инспектор втолкнул ее обратно в квартиру:
— Понадобитесь — позову! Стойте у своего окна и не путайтесь под ногами!
Люди внизу стояли в напряженных позах, не вынимая правой руки из карманов. Головы жильцов, появлявшиеся в соседних домах, тут же исчезали — всем было понятно, что в любую минуту может начаться стрельба.
— Из дома никто не выходил, — сообщил Дейли. — Кроме девочки с собакой. Через гараж он тоже не мог выйти. Ворота закрыты, и за ними следят.
Мун первым поднялся по лестнице. У двери квартиры Спитуэлла остановился. Печать сорвана. Потрогал дверь — закрыта. Дейли извлек из кармана сложную отмычку и тихо открыл замок. Прикрывая лицо револьверами, они осторожно нырнули в дверь. На тонком слое пыли, скопившемся на полу, отчетливо виднелись следы ног. Большие следы, оставленные причудливо профилированной подошвой. Следы вели к приподнятой шторе, оттуда в ванную, затем поворачивали обратно к входной двери.
— Пусто, — заметил Дейли. — Улизнул.
— Если он не призрак, то должен находиться где-то в доме... Бедстреп, вы останетесь здесь!
— Задание?
— Просто жуйте свою жвачку и не наступайте на следы. Надо дать знать Грэхему, чтобы явился и сфотографировал их... Ну, что ж, сержант, начнем с Шипа?
Прежде чем позвонить, Дейли чисто инстинктивно попробовал, закрыта ли дверь. Дверь оказалась незакрытой.
Стараясь не шуметь, они вошли в квартиру. В первой комнате никого. Во второй так же. Дверь в третью только прикрыта. Дейли распахнул ее.
За письменным столом Шипа согнулся какой-то человек в пронзительно-синем пиджаке.
Услышав скрип двери, он выпрямился и резко повернулся к вошедшим. В руке у него был пистолет.
Мун не любил драматических выражений, но на этот раз пришлось крикнуть:
— Руки вверх! Бросить оружие!
— Может быть, и ноги вверх? — иронически заметил незнакомец и действительно задрал одну ногу так, что можно было увидеть толстую подошву с причудливым рисунком. Не было никаких сомнений — следы этих подошв и виднелись в квартире Спитуэлла.
Дейли взглянул на противоположный дом. У окна стояла миссис Лановер и лихорадочными жестами показывала, что они поймали кого нужно.
— Перестаньте фиглярничать! — сказал Мун. — Кто вы такой? Что вы здесь делаете?
— Чищу оружие перед очередным убийством... Нет, нет, не подумайте ничего плохого, это не против вас. На воробьев... Может быть, присядете? Стаканчик бренди?
И вдруг незнакомец вскочил, схватил брошенный пистолет и прицелился:
— Лапы вверх! Рад, что наконец-то я очутился лицом к лицу с инспектором Муном! Это было мое давнее желание. Разрешите представиться — Генри Гораций Шип-младший. Не сердитесь, это только небольшой реванш за то, что вы так разыграли моего старика с гаражом. Знай я об этом заранее, нарочно бы приехал из колледжа полюбоваться. Юмор — это моя сильная сторона. А теперь... — Шип-младший вытянул руки, — можете надеть на меня «браслеты»! Не хочу, чтобы подозрения пали на невинных людей, и признаюсь — это я... — Последовала многозначительная пауза. — Я... сорвал сегодня печать с двери!
В комнату влетела миссис Лановер, вся трепеща от возбуждения:
— Это он, он, я его узнаю, слава богу, инспектор, вы поспели вовремя, иначе он бы всех здесь перестрелял, так же, как пристрелил несчастного покойного мистера Смита...
— Успокойтесь, миссис Лановер, вашей жизни ничто не угрожает, кроме апоплексического удара, — успокоил ее Мун и тут же обратился к Шипу-младшему:
— Что вам нужно было в квартире Спитуэлла? И как вы туда проникли?
— С помощью ключа. У старика имеется полный комплект ото всех квартир. Что касается первого вопроса, то чистосердечно признаюсь, что ничего не нужно было. Только увидеть своими глазами эту нору, где кого-то убили, и познакомиться с вами.
— Миссис Лановер утверждает, что четвертого октября утром вы стояли на крыше с пистолетом в руках. Что вам тогда нужно было увидеть?
—- На крыше? Четвертого? Ха, это надо же, принять бинокль за пистолет! Хотел разглядеть полет спутника.
— И вы специально залезли туда из-за спутника? Во сколько?
— Как только по радио сообщили, что он пролетит над нашим городом, что-то около восьми. Полчаса, наверное, там проторчал...
— И вместо спутника увидели фигу? — поинтересовался Дейли.
— Извините, но у меня телескопический бинокль со специальным фильтром. Не только спутник видел, но даже как открывались ворота гаража. Умора, как вы старика разыграли с этим гаражом!
— Скажите, а человека, выходящего из этого гаража, вы не видели?
— Конечно, видел.
— Что?! — воскликнул Дейли. — И как он выглядел?
— А как мог выглядеть Смит-Спитуэлл? Довольно грустно.
И Генри Гораций Шип-младший закатился от хохота.
— Да, я вижу, что юмор действительно ваша сильная сторона, — вздохнул Мун. — Надо думать, проявляете в колледже блестящие успехи?
— Классно! Уже капитан команды...
26
На обратном пути оба молчали. Наконец первым нарушил молчание Дейли.
— Ну вот вам и человек на крыше!.. — угрюмо произнес Дейли. — Грандиозный идиот! Если такие учатся в колледже, то не удивительно, что у русских спутники, а у нас только тотализатор...
— И все же я благодарен этому Шипу-младшему. Теперь мы хотя бы знаем, что человек на крыше действительно существует. И во-вторых, сегодняшнее посещение квартиры Спитуэлла напомнило одну мелкую, но очень существенную деталь... Была ли бутылочка с чернилами закрыта, когда мы вошли?
— В протоколе значится закрытая.
— А я вот вспомнил, что она была открыта.
— Ну и
