Джудит так и не смогла придумать достойный ответ на его замечание, поэтому предпочла промолчать. Она убыстрила шаг, чтобы нагнать мистера Питера Уэбстера и мисс Терезу Кук, ближайшую к ним пару. Но Хорэс вдруг издал возмущенный возглас и остановился. Как выяснилось, ему в подошву забился камень. Он облокотился рукой о ствол дерева, поднял ногу, чтобы вытащить его, так что Джудит оказалась зажатой между ним и деревом.
— Ну вот, порядок, — удовлетворенно произнес Хорэс через несколько секунд, поставил ногу на землю и с улыбкой взглянул на Джудит.
Ее смутила его близость, а кроме того, они оказались на порядочном расстоянии от других.
— Знаете, Джудит, — вкрадчиво заговорил он, скользнув взглядом по ее лицу и задержавшись на ее груди, — я бы мог сделать ваше пребывание в Харвуде весьма приятным, а еще я мог бы наносить визиты в этот дом гораздо чаще, чем раньше.
Проследив за движением его руки, Джудит поняла его намерения. Отшатнувшись, она сделала шаг вперед, чтобы обойти Хорэса, но, поскольку он не сдвинулся с места, она против воли еще ближе придвинулась к нему.
— Меня вполне устраивает мое нынешнее положение, — сказала она. — Мы отстали.
Хорэс хрипло рассмеялся, в то время как его рука, добившись своего, сомкнулась на ее груди. Но только на мгновение. Он опустил руку и отступил назад, потому что в этот момент раздался треск сучьев, свидетельствовавший о приближении посторонних. Увидев Брануэлла, Джудит чуть было не закричала от радости.
— Ого! — воскликнул он. — У вас, кажется, проблемы?
— Мне чуть было не пришлось просить твою сестру помочь мне снять сапог, — рассмеялся Хорэс. — В подошву забился камешек, и вытащить его оказалось дьявольски трудно.
— Понятно. Значит, Бедвин ошибся. Он послал меня назад, потому что ему показалось, будто Джудит чувствует себя не в своей тарелке и необходимо, чтобы кто-нибудь проводил ее домой. Так ты вытащил камешек?
— С трудом, — отозвался Хорэс, протягивая Джудит руку. — Джудит, давайте отпустим Брануэлла к той леди, которой посчастливилось оказаться в его компании на этой прогулке. Вы знаете, что ваш брат стал любимцем всех приглашенных дам?
Джудит, однако, не хотела упускать неожиданно представившуюся возможность избавиться от своего спутника.
— Продолжайте без меня, — поспешно сказала она. — Не нужно меня провожать, я действительно чувствую слабость. Пойду посижу с бабушкой и леди Бимиш или, может быть, поднимусь к себе и прилягу.
— Ты уверена, Джуд? — озабоченно спросил Брануэлл. — Я с удовольствием пойду с тобой.
— Абсолютно уверена, — улыбнулась она.
Несколько минут спустя она выбралась из рощицы и устремилась домой, в безопасность собственной спальни. У нее мурашки бегали по спине. Рука Хорэса Эффингема напоминала прикосновение змеи. Во всяком случае, у Джудит возникла такая ассоциация. Он предложил ей стать его любовницей. Неужели все мужчины одинаковые?
Неожиданно она вспомнила, что именно лорд Бедвин послал ей на помощь Брануэлла. Он правда решил, что ей плохо? Или догадался, что происходит на самом деле? Но каким образом он вообще обратил внимание, что они с Хорэсом исчезли?
Внезапно она поняла, что не может сразу вернуться в дом. Даже если она спрячется у себя в комнате, покоя ей не видать. Правда, вряд ли ей удастся дойти до спальни, не встретив по дороге бабушку или тетю Эффингем. Джудит была слишком возбуждена, чтобы сносить искреннюю доброту одной или острое раздражение другой.
Повернувшись спиной к дому, она бросилась бегом через огороды, пересекла задний двор и через пару минут взбиралась вверх по склону холма. Она собиралась посидеть на берегу озера, чтобы свежий воздух и прекрасный пейзаж успокоили расшалившиеся нервы. Озерная гладь выглядела соблазнительно-прохладной. Джудит содрогнулась, словно вновь ощутив на груди мужскую ладонь. Она чувствовала себя грязной.
* * *
После трех дней, проведенных в компании мисс Эффингем и ее гостей, Рэнналф мечтал об уединении в Линдсей-Холле, герцогской резиденции, где он до сих пор проводил большую часть времени. Там никогда не устраивались домашние праздники, а гостей отбирали очень тщательно, приглашая только тех, кто способен высказывать разумные мысли. Фрея и Морган, его сестры, были, конечно, чересчур упрямыми и непослушными, с ними было нелегко управиться, и они отличались от остальных юных леди своего круга, но Рэнналф с удовольствием променял бы неделю в компании благородных леди Уоррен, мисс Хардинг, мисс Кук и леди Маргарет Стеббинз на день в обществе сестер. Все эти дамы составляли своего рода свиту мисс Эффингем, которая хвасталась перед ними Рэнналфом, как будто он был новой призовой болонкой.
«Я просто не смогу этого сделать», — думал он, оказываясь в обществе мисс Эффингем. Он не сможет жениться на ней и всю жизнь терпеть ее очаровательную глупость. Да с ней он через год с ума сойдет! Фрея и Морган сделают из нее мишень для насмешек, а Бьюкасл заморозит ее своим знаменитым высокомерным взглядом.
Однако следом за этой мыслью ему на ум приходило данное бабушке обещание постараться взглянуть на мисс Эффингем как на свою невесту. Он достаточно времени провел с пожилой леди и понял, что она серьезно больна. Она будет страшно разочарована, если к концу лета он даже не обручится. Такое потрясение вполне может ускорить ее кончину, а этого Рэнналф никак не мог допустить.
Поэтому он продолжал играть в глупые игры с мисс Эффингем, отвечать на ее флирт, очаровывать ее подруг, шутить с молодыми людьми, в компании которых он чувствовал себя восьмидесятилетним стариком, хотя большинство из них были всего на несколько лет моложе его.
Он решительно избавился от чувства вины перед Джудит Лоу. То, что произошло между ними, было отнюдь не совращением невинности, тем более что эта женщина его обманула. Он исполнил свой долг и сделал ей предложение. Она отказала. Больше не было причин чувствовать ответственность за ее судьбу. Но ему был известен тип Хорэса Эффингема. Рэнналф знал, что тот не случайно толкнул Джудит, когда та наливала чай. Он прекрасно понимал, что Хорэс возобновит свои похотливые преследования при первой же возможности.
Как только они вышли на прогулку по лесу, Рэнналфу стало понятно, что Эффингем всеми силами пытается остаться с Джудит наедине. Неожиданно эта парочка исчезла. К счастью, рядом оказался Брануэлл Лоу, который с радостью поспешил на помощь приболевшей сестре.
Через несколько минут молодой Лоу вернулся вместе с Эффингемом и сообщил, что его сестра действительно устала, но настояла на том, чтобы вернуться домой в одиночестве. Тем не менее, когда через пару шагов компания миновала еще одну беседку, из которой открывался вид на особняк, Рэнналф понял, что Джудит не спешила возвращаться. Назвать ее больной и усталой тоже было нельзя: она бегом бежала по направлению от дома.
