class="p1">— Хмм, вот как это называется, — еле слышно произношу я и отступаю от Даниила на шаг. — Не провожайте, меня ждет водитель.
— До скорой встречи, Полина, — хрипло произносит Даниил.
— До встречи, — не глядя на него произношу я и едва сдерживаю себя, чтобы не сбежать позорно из этого дома, который стал мне чужим. Таким же, как и мой муж.
Только в машине позволяю себе расслабиться и отпустить истерику. Ударяю кулачком в переднее сидение со всей злости, чем вызываю недоумение у своего водителя.
— Все нормально, Слава, — успокаиваю его, когда ловлю взгляд в зеркале заднего вида. — Пар нужно выпустить.
— Может, вам боксерскую грушу повесить в особняке? — со смешком предлагает Слава.
— Хорошая идея, — киваю я, откидываясь на спинку сидения. — Мне бы сейчас она пригодилась.
Глава 37
— Ты хотя бы понимаешь, как отвратительно себя ведешь? — Аля настолько вывела меня из себя, нарушив планы, что схватил ее за руки и крепко сжал.
— Мне больно, Дан, — хнычет Алевтина, а я отталкиваю ее от себя.
— Ты не имеешь права приходить ко мне в дом, когда тебе вздумается, — подхожу к столику с напитками и щедро лью себе виски в бокал. Кладу лед и делаю пару хороших глотков, чтобы успокоиться.
Неожиданное появление Али чуть все не испортило. Еще бы немного, и эта Полина поплыла, я видел, как бьется жилка на ее шее, когда я к ней приближаюсь, особенно там, в спальне. Ее явно волновала моя близость, она ждала моего прикосновения, поцелуя. Но я не буду торопиться, ожидание лишь делает момент близости слаще, а недоступность разжигает еще больше.
Сегодня я восхищался ей. Такая красивая, элегантная, спокойная. Ее плавные движения, взгляд, запах — все это мне нравилось, все было так, как я люблю. Именно о такой женщине я мечтал, чтобы воспитанная, утонченная и страстная. Я знаю таких, которые позволяют себе раскрыться только наедине. Чем больше они держатся на людях, тем с большей страстью отдаются в постели.
Полина именно такая. Она влечет меня, манит, но тут же отступает. Мне нравится охотиться на нее, идти по ее следу, запаху. Видеть ее реакцию на меня, и это не смущение, это любопытство. Она исследует меня, пробует, чем заводит еще больше.
— Это не твой дом! Это дом моей сестры, и я сама решаю, когда и как мне приходить, — сердится Аля. — Я только приехала, соскучилась, прихожу, а ты с другой женщиной!
— И я соскучился, но кроме тебя у меня есть дела, — рычу на нее, сажусь на диван с бокалом виски в руке.
Меня ужасно злит, что Алевтина не понимает, как для меня важен статус успешного бизнесмена. А также мне важна эта женщина, что внезапно появилась в моем окружении, и делиться ни с кем я не намерен.
— Какие у тебя могут быть дела? — истерит Аля, а я морщусь. — Ты в дом моей сестры водишь баб!
— Это мой дом, ясно тебе? Валерии нет, я здесь хозяин! — взрывает меня, все-таки вывела на эмоции.
— Одно мое слово, и ты знаешь, где будешь? — кричит Алевтина, а я вскакиваю с дивана и одним прыжком оказываюсь около нее.
Хватаю за горло и сжимаю. Вижу, как краснеет ее лицо, как она царапает своими ногтями мои руки, и неожиданно возбуждаюсь. Кидаю ее на стол, развернув к себе спиной, и разрываю платье до талии, вхожу без предварительных ласк, закрывая глаза. Представляю на ее месте Полину. Как бы я имел ее, слушал ее стоны, крики. Как она извивалась бы подо мной, просила еще и еще.
Удовольствие разливается по венам горячим потоком, скручиваясь в узел по низу живота. Проходит сладкой болью по клеткам и заканчивается фейерверком, от которого я скриплю зубами. Так накрыло, что какое-то время пытаюсь прийти в себя. Пока Аля рыдает, уткнувшись лицом в стол.
— Уходи, — хрипло говорю ей. — Ключи оставь на столе.
Застегиваю брюки и снова иду к столику с напитками. Прежний стакан с виски валяется на бежевом ковре, расплескав содержимое вонючей и темной лужицей. Довела все же, зараза, сама виновата.
— Дан, — плачет Аля, сползая со стола, и идет ко мне, обнимает со спины, прижимается мокрым лицом.
Рубашка тут же намокает, а мне противно. Неужели она не видит, что своими слезами делает мне неприятно?
— Прости, я просто боюсь тебя потерять, — сквозь слезы просит Алевтина. — Я никому ничего не расскажу, прости.
— Нечего рассказывать, я тебе уже говорил, что ни в чем не виноват. Это просто несчастный случай.
Отрываю ее руки от себя, отстраняюсь.
— Уходи, мне нужно успокоиться.
— Можно я останусь? — умоляет меня Аля. — Сегодня, ну пожалуйста.
Раздумываю, смотрю на эту женщину, которая так мне нравилась. Сейчас она некрасива в своей истерике и вызывает во мне чувство жалости, а я не люблю кого-то жалеть. Это делает меня слабым. А мне не нравится быть слабым. Вот с Полиной я чувствую себя сильным, желанным.
— Ты знаешь, где гостевая комната, — хмуро отвечаю ей и выхожу из столовой, прихватив бутылку виски.
Иду к себе в кабинет, запираюсь и заваливаюсь на диван. Слышу, как Алевтина, всхлипывая, поднимается наверх, щелкает дверью в мою спальню. Наверняка решила устроить мне бурную ночь, а я не хочу. Больше не хочу. И что я делаю? Меня в спальне ждет женщина, а я пью виски в кабинете и думаю о другой. Что за чертовщина такая? Когда было похожее? Никогда не зависал так на женщине, хотя эта женщина того стоит. Для Полины я выгодная партия во всех смыслах: богат, хорош собой. Возможно, я бы и пошел на такой шаг, как второй брак. Почему бы и нет? Ее богатство плюс мое, мы были бы отличной парой.
Достаю из кармана брюк телефон и набираю в поисковике Полина Анатольевна Кац. На удивление информация о ней есть, пусть не так много, но и этого достаточно. Ее состояние после смерти отца оценивают в очень приличную сумму, даже по моим меркам. Да ей Княжин в подметки не годится. Девочка золотая во всех смыслах.
Любуюсь ее фотографиями в «Листаграм» (выдуманная автором социальная сеть). Все сплошь отдых в крутых отелях, горнолыжные курорты, теннисный корт. Если бы Валерия столько времени уделяла спорту, то не расползлась бы во все стороны. Когда я на ней женился, Княжина была уже довольно пухлой, а потом просто забросила себя. Но Полина какая же прелесть. Особенно фото в ярко-красном купальнике, загорелое тело, стройные ноги, белая шляпа с широкими полями. Дорогая женщина и
