будет моей. Я чувствую, что нравлюсь ей, а остальное лишь вопрос времени.
Глава 38
Весь следующий день я провела, разбираясь в счетах Быстрицкого. Марат и его хакеры залезли в святая святых, личный кабинет Даниила, а я получила полную распечатку по его финансам. Помимо клубных расходов, здесь были и личные. Если у меня ещё оставались сомнения насчет отношений моей сестры и Быстрицкого, то теперь они отпали.
Подарки Дан делал и довольно часто. Каждую неделю по два-три раза Але доставляли цветы, плюс подарки. Дан не скупился на охмурение Алевтины. Тут были и драгоценности, и дорогое белье из фирменного салона. На себе Быстрицкий тоже не экономил, личный стилист, одежда лучших брендов, рестораны. Впрочем, это было, когда он жил и со мной, но тогда я отслеживала эти расходы, так как они были с моего счета.
Сейчас дела у Быстрицкого обстояли не очень. Часть наследства он уже получил в виде совместных счетов, что были у нас на мое и его имя, а вот остальное должен был присвоить буквально в течение месяца, так как скоро истекал срок полугодичной давности.
— Это и даст нам шанс потопить твоего бывшего мужа, — Марат, он же Ринат, сидел в кабинете моего временного дома и наблюдал, как я делаю пометки на полях распечаток. — Пока он тратит деньги, что были на счетах, и спокоен за свое будущее. Но стоит ему чуть превысить лимит, и он уйдет в минус. Поэтому ему и нужны деньги на содержание клуба. Я думаю, что он прикрывается своими грандиозными планами. Не будет он ничего открывать, это видимость, чтобы собрать больше денег и свалить из страны.
— Я тоже так думаю, он уже стоит у порога банкротства, — отодвигаю от себя счета и устало потираю переносицу. Затем откидываюсь на спинку кресла и смотрю на Рината. — Я думаю, что он играет.
— С чего ты взяла? — хмурится Ринат.
— В счетах фигурируют крупные суммы, которые исчезают бесследно, часть возвращается, но Дан снова их тратит. Такое поведение похоже на заядлого игрока.
— А раньше такое было?
— Не помню, если честно, — складываю руки перед собой. — Я слишком была занята делами папы и своим обожанием Быстрицкого, чтобы что-то замечать.
— Могу только посочувствовать.
— Не стоит, я была дурой, — встаю из-за стола, и Ринат тоже. — Сегодня Быстрицкий везет меня на премьеру в театр, пусть кто-нибудь будет поблизости. Мне так спокойнее.
— Конечно. Не переживай.
Выхожу из кабинета, а Ринат уезжает к себе. В своей комнате долго наслаждаюсь ароматной расслабляющей ванной. Мне нужно привести свои мысли в порядок, выбрать нужное поведение с Быстрицким. То, что всё дело идет к соблазнению, и так понятно. Даниил решил затащить меня в свою постель, а я этого не хочу. Как представлю, что он будет меня касаться, сразу к горлу подкатывает тошнота. Но как соблазнить мужчину, если он должен видеть во мне желание, а не брезгливость. Как и женщины, мужчины чувствуют, если их предмет желаний не отвечает взаимностью. Постоянно холодная женщина отпугнет любого. Поэтому сегодня я должна дать ему хоть что-то, но что? Такой, как Быстрицкий, не удовлетворится одним лишь поцелуем.
Так и не нашла выход из ситуации, пока выбирала наряд на вечер, красилась и делала прическу. Впрочем, я не стала особо мудрить. Сделала акцент на платье и на лицо. Волосы зачесала в гладкую прическу, скрепив аккуратным художественным узлом сзади. Глаза яркие за счет черной стрелки и пушистых ресниц. Золотистые тени, персиковая помада. В ушах длинные серьги из плетеного спираль золота. Капля духов на запястье, за уши и на ключицы.
Платье простое, но в то же время очень красивое, открытое и дорогое. Всю красоту давал кружевной корсет цвета молочного шоколада. В меру закрытый, с тонкими бретелями. На шее прекрасно смотрелось колье в тон серьгам. Юбка расходилась шоколадными шелковыми лепестками, заканчиваясь сзади коротким шлейфом.
Сверху палантин из черной норки. Выглядела я дорого и красиво, но я знаю, что на таких мероприятиях принято одеваться именно так. Закрытая премьера дает много шансов познакомиться с нужными людьми, показать себя. Раньше я часто бывала на таких мероприятиях, но как же отличалась нынешняя я от той Валерии. Всегда сама себе казалась довольно красивой, немного пухленькой, но именно сейчас я начала понимать, как далеко была от идеала, что нарисовал во мне Быстрицкий. И в какой-то степени начинаю понимать его, даже немного жалеть, что ему приходилось со мной спать. Но убийство я не оправдываю — это не выход.
Даниил заехал за мной ровно в семь, и я вышла, наслаждаясь его восхищенным взглядом. Он тоже был неотразим в своем черном смокинге и белоснежной рубашке. Красивый, богатый, но именно сейчас всё в нем вызывало во мне лишь раздражение. Однако я улыбнулась, надев маску почти влюбленной женщины.
— Не думал, что можно сделать женщину прекраснее, чем она есть, — произнес Даниил, целуя мою руку. — Я восхищен.
— Вы тоже мне нравитесь, — похлопала я ресницами, бросая на Быстрицкого кокетливый взгляд.
В театре была вся светская тусовка, многих я знала и старалась побороть в себе желание, чтобы не кивнуть приветливо, как бывало раньше. Вздрогнула, когда увидела в толпе папу на коляске и стоявшую рядом с ним сестру. Быстро отвернулась, так как в глазах начало жечь, словно я сдерживала слезы.
Быстрицкий меня кому-то представлял, держал одной рукой за талию, прижимая к себе слишком интимно, чем нужно. Словно дал всем понять, что я уже его трофей, завоеванный и присвоенный.
Мы ходили между приглашенных, я с бокалом шампанского в руке, Даниил, как всегда, выбрал виски.
До премьеры оставалось десять минут, и я решила ненадолго выйти под предлогом посещения туалетной комнаты. Мне просто было нужно прийти в себя, дать небольшую передышку своим мыслям.
— Я на минутку, — шепнула Даниилу, и тот снова поцеловал мне руку, неохотно отпуская.
— Тебя проводить? — наклонился ко мне Даниил.
— Не стоит, справлюсь, — со смешком ответила ему, направляясь к выходу из зала.
У самых дверей мне уступил дорогу мужчина тоже в черном смокинге и с дамой под руку.
— Извините, — прошептала я, поднимая свой взгляд и встречаясь с глазами Ильи.
Он смотрел на меня внимательно, но явно не узнавая. Ведь он еще не видел, какой я стала, последний раз мы встречались, когда мое лицо было еще в бинтах. Мы встретились взглядами, и вот тут я и поймала эту волну, когда сердце заходится от бешеной скачки, заставляя часто дышать и вызывая волну
