карету. — Коротко сказал Александр. — Там поговорим.
«Не о чем нам с тобой говорить, предатель!» — подумала девушка, но вслух ничего не сказала, молча направилась следом.
Глава 31
В карете Мари забилась в дальний угол, благо она была большая с мягкими сиденьями. Правда хоть сидения были и мягкие каждая кочка, попадавшаяся на пути сотрясала карету так, что казалось вся попа будет в синяках.
— Ты все неправильно поняла. — Александр сидел напротив девушки и смотрел на ее лицо, пытаясь поймать взгляд. — Я хотел сказать ей, что больше не приеду, чтобы она не питала надежду и не ждала меня.
— Но ты ей этого не сказал! Зато целовался с удовольствием и кайфовал от ее трения о твое тело и поглаживания твоего члена. Не надо мне сейчас лапшу на уши вешать! Даже слушать ничего не хочу! — Перевела взгляд в окно, делая вид, что там интереснее, чем разговаривать с мужчиной.
— Кайфовал — это, что значит? — Серьезным голосом спросил он.
— Получал удовольствие это значит. — Раздраженно ответила Мари, глядя в окно. — Все, даже разговаривать больше не хочу! Можешь вести меня сразу к родителям.
— Значит так, я ее не целовал, если бы ты не выскочила в этот момент, то увидела бы, как я ее одернул и услышала, как я с ней прощаюсь. Но ты выскочила и не дала мне этого сделать, а кайфую я только от тебя. — Александр сел рядом с Мари на сиденье и потянул ее на себя, пытаясь обнять.
— Не трогай меня! Я тебе не верю, наговорить теперь ты многое можешь! Отпусти сказала. — Стала вырываться из его объятий, стуча по нему кулаками. — Ненавижу! Ненавижу! — Слезы брызнули из ее глаз и она начала плакать. «Как больно, как же мне больно!».
— Ты еще не поняла, никуда я тебя не отпущу даже не надейся. — И он придвинулся к ней еще ближе, перехватывая кулаки начал целовать сопротивляющуюся девушку страстно и настойчиво, прижимая крепче к себе, не давая сопротивляться.
И, Мари сначала дергающаяся и пытавшаяся сопротивляться сдалась, обмякла и стала отвечать на поцелуй, уже не пытаясь стучать кулаками по мужчине куда придется, а обвивала руками его шею, запустила пальцы в волосы. Кочка и они подпрыгнули, засмеялись и принялись целоваться с новым рвением. Александр спустился поцелуем к шее девушки, впился оставляя засос.
— Моя только, моя. — Прошептал ей на ухо. — Мне никто больше не нужен кроме тебя. — Вытер рукой мокрые от слез щеки девушки и нежно поцеловал.
Его слова грели сердце Мари, «видимо я действительно рано выскочила, просто боялась увидеть ту же картину, как с Игорем», приравнивая всех мужчин к предателям.
Рука Александра скользнула к лифу платья сзади, дернула за затянутую шнуровку, расслабляя корсет на груди, проделал все это он мастерски, как будто всю жизнь этим занимался. Поцелуи от шеи стали спускаться ниже, он чуть оттянул корсет высвобождая грудь девушки, полюбовался ею и стал целовать, посасывая соски, которые тут же затвердели. Сначала ласкал одну грудь потом вторую. Рука его скользнула под подол платья, поднимая его наверх, достигла панталон, стала ласкать через ткань, Мари начала выгибаться ему на встречу, показывая, что хочет большего. Тогда мужчина просунул руку в гачу панталон, достиг пальцами заветной цели и стал гладить клитор, Мари застонала, почувствовала, как под натиском его пальцев тут же намокла. Тогда Александр стал вводить палец ей во влагалище то вперед, то назад и одновременно посасывать грудь, девушка застонала еще громче.
— Хочу тебя. — Прошептала ему на ухо и чуть закусила мочку, теперь ее рука скользнула вниз, достигла твердой плоти, погладила ее через ткань. К ней присоединилась вторая рука, Мари нащупала ремень и расстегнула его. Подол платья ей мешал, девушка задрала его выше, а потом чуть спустила штаны с бедер мужчины, на сколько смогла, главное высвободить член у нее получилось, такой большой и твердый. Она погладила его рукой, «сухой», спустилась своими пальцами к пальцам Александра, ласкающего ее, там все было мокро. Намочила пальцы и вернулась к мужской плоти, скользнула по головке мокрой рукой туда — сюда, теперь застонал мужчина. «Нравится тебе, это хорошо! Будешь только меня всегда хотеть!». Стала водить рукой туда сюда и чуть сжимать яйца, Александр подмял ее под себя и навис над ней своим могучим телом. Мари направила член к своему влагалищу и потерлась об него, смачивая еще больше, но не пуская внутрь. Стала тереться об него, теперь тяжело дышали и постанывали оба. Член Александра налился еще больше и резко вошел в нее до самого конца, замирая на мгновение, девушка застонала в голос. Он вышел на половину и вошел снова, стал набирать скорость, толчок еще толчок и девушка забилась в экстазе, по ее телу прошла волна оргазма, разрывая сознание на мелкие частички. Мари стонала или даже кричала от удовольствия, сейчас она этого не осознавала. Александр замер, давая ей насладиться ощущениями, а потом продолжил двигаться, погружаясь резкими толчками в девушку. Потом резко вышел из нее и кончил ей на лобок.
— Моя, только моя. — Шептал он ей на ухо.
Они лежали на тесном сидении и переводили дыхание. Платье девушки все измялось и выглядело неряшливо. «Плевать на все плевать! Главное он любит меня и только меня. Он мой, я его никому не отдам».
— Надо привести в порядок твое платье. — Александр сел и поправил свои штаны. — Оно сильно помялось.
— Ну и что, а у тебя царапина на виске. — Она дотронулась до царапины пальцем и провела по ней. — Прости, это я тебя поцарапала. — Девушка приподнялась и подула ему на висок, а потом поцеловала.
— Мне не больно. — Он улыбнулся ей и прикоснулся к губам.
— Если ты не успел сказать этой девице, что вы расстались, значит ты опять поедешь к ней? — Пришло к девушке осознание произошедшего. — Только попробуй к ней опять поехать!
— Она все и сама поняла, когда я пошел за тобой, сбросив с себя ее руки. — Теперь Александр не улыбался, серьезно смотрел в глаза девушке.
— Вот и хорошо. — Осмотрела придирчиво свое платье. — А то я уже думала, что лучше с тобой сделать, если ты еще раз наведаешься к ней.
— И что же ты надумала?! — Засмеялся громко мужчина.
— Остановилась я на отрезанных яйцах. — Серьезно посмотрела ему в глаза.
— Ты меня сейчас пугаешь. — Улыбался ей Александр.
— Вот и бойся меня. — Сказала и даже не улыбнулась. — Давайся все — таки приведем мое платье в порядок. — Попыталась натянуть корсет на
