был ревнивец муж, слуги ему все донесли и той пришлось очень туго.
— Ничего себе! А замуж она в итоге вышла или так и осталась одна? — Спросила Мари.
— Нет, она всю жизнь была одна, точнее, ни одна, у нее было много разных мужчин, но связываться узами брака она не с кем не стала, хотя предложений поступало много, графиня хвасталась, что была потрясающей любовницей, мужчины падали к ее ногам. Она сказала маме, что если бы Бог наградил ее ребенком, то она бы остепенилась, а так смысла не было.
— А может быть, наоборот, если б она вышла замуж, то и ребенок бы появился. — Задумчиво проговорила Мари.
— Может быть, никто теперь этого не узнает… Надо вам ложиться, уже поздно. Умаялись, наверно, за сегодня. — Расстелила кровать Глаша и взбила подушки.
— Глаша, спасибо, тебе. Поговорила и спокойней стало. Главное, если Александр поедет к дочери винодела обязательно мне про это расскажи. Не жалей меня, поняла? — Посмотрела строгим взглядом на служанку.
— Да, госпожа, скрывать не буду. Спокойной ночи. — Выключила свет и закрыла за собой дверь.
— Спокойной ночи, Глаша. — «Как повезло мне с Глашей!».
Глава 33
Мари пыталась уснуть, но разговор с Глашей не давал ей покоя, она встала зажгла лампу на столе, достала дневник и вкратце записала по пунктам, что говорила графиня. Потом описала дочь винодела, к которой до сих пор ревновала Александра.
Прошла к шкафу достала спрятанную рваную сорочку. «Вот куда ее деть?! Точно, я же когда гуляла, видела, как недалеко от конюшни в бочке сжигали что-то, наверное мусор. Только сейчас идти мне туда не хочется!». Выглянула в окно. «Темнота, зато все уже точно спят и никто меня не увидит!». Стянула с себя ночнушку, достала из шкафа костюм для верховой езды, убрала волосы и потихоньку вышла из комнаты.
Сказать, что страшно, ничего не сказать. В доме тишина, это хорошо, но и ужасающе одновременно. «Все это напоминает мне фильм ужасов. Когда я их смотрела всегда ругала героинь, что они перлись смотреть непонятные звуки и попадали в жуткие неприятности, а тут меня саму несет неизвестно куда». Быстрым шагом спустилась по лестнице, прошла в сторону кухни, там был служебный выход на задний двор, как раз недалеко от конюшни. Открыла со скрипом дверь. «Господи, лишь бы никто не услышал!». Вышла на улицу, вечерний воздух обдал лицо прохладой. «Хорошо луна освещает, так бы не знала куда идти». Вдоль строений стала пробираться к конюшне, послышалось тихое ржание, девушка от испуга выронила связанную в узел сороку. «Блин!». Подняла сорочку и побежала в направлении бака. «Чем быстрее я это сделаю, тем быстрее вернусь назад!». Подбежала к баку, попыталась поднять крышку, не хватает сил. «Черт! Черт! Черт!». Стала, что есть мочи толкать крышку, на что-то наступила, чуть не упав, посмотрела вниз — кочерга. Отодвинула ее в сторону и стала с новым рвением опять толкать, крышка начала поддаваться. Отодвинув ее на треть, заглянула в бак, он оказался до середины набит непонятно чем, не разобрать, темно. Осмотрела землю вокруг, подняла кочергу, которую отпихнула в сторону, верхний хлам сдвинула, положила свою сорочку и пододвинула все обратно, пряча свою поклажу. Обошла бак и с трудом задвинула крышку обратно. «Вроде все, осталось вернуться в дом!». Отряхнула руки, собралась идти, но услышала шорох за спиной, обернулась — никого. «Может показалось!». Оглядываясь по сторонам пошла в сторону дома.
— Не спиться?
Мари подпрыгнула от неожиданности, сердце у нее учащенно забилось.
* * *
— Боже, Александр, как ты меня напугал! — С облегчением выдохнула Мари, когда разобрала кто с ней говорит. Биение сердца стало успокаиваться.
— Чем ты тут занимаешься? — В голосе сквозят удивленные и в тоже время насмешливые нотки.
— Тебя привораживаю, что же еще. Чтоб не бегал по дочкам виноделов. — Мари подошла к Александру и попыталась разглядеть его глаза.
— Я и так уже приворожен тобою. Куда еще больше? — Провел рукой по щеке девушки. — А если серьезно?
— А если серьезно, то скрываю улики нашего первого раза, в виде порванной тобой сорочки. Оказывается слуги уже шепчутся про нас.
— Надо было меня попросить, зачем посреди ночи шастать одной. — Притянул к себе и обнял, целуя в макушку.
— Постеснялась. — Обняла его за талию.
— Постеснялась значит. — Подхватил ее на руки и закинул к себе на плечо. Шлепнул по попе и куда — то понес. — Это тебе наказание, чтоб в следующий раз не стеснялась.
— Куда ты меня несешь? Дом в другой стороне. — Запротестовала девушка. — И, вообще, поставь меня на ноги.
— Нет, дорогая. У меня появилась другая идея. — Слегка шлепнул по попе еще раз.
— Хватит меня шлепать! Какая еще идея?! — «Что-то это мне не нравится».
— Сейчас все увидишь. — Продолжая идти вперед сказал Александр, обходя препятствия на пути.
Принес Мари к конюшне, только занес не в нее, а в соседнюю дверь, там оказался сеновал. Поставил девушку на ноги, взял подвешенную на стену керосинку, зажег ее и повесил обратно. Кусочек помещения осветился тусклым светом. Мужчина подошел к небольшому стогу с сеном, стянул с себя камзол и постелил его на солому. Мари наблюдала за ним молча, ей нравилось смотреть на его сильные руки, широкие плечи. Александр между тем стянул рубаху и взгляд девушки упал на спину, там оказался большой, недавно затянувшийся шрам. Она подошла к Александру и провела кончиками пальцев по рубцу, потом поцеловала в него.
— Какой большой шрам. Я раньше не задумывалась над твоим ранением, а это оказывается так страшно, ты мог погибнуть. — Мари обняла его со спины, прижимаясь к нему вплотную, на глазах появились непроизвольные слезы.
— Не погиб же, что сейчас переживать. Вот он я живой, здоровый. — Постелил свою рубаху туда же на сено и повернулся к девушке, посмотрел в глаза. Провел пальцем по слезинкам, потом по губам, наклонился к ней и начал нежно целовать, опуская ее на приготовленное.
Сено кололо и щекотало Мари, но она не обращала на это внимание, Александр нежно ласкал ее и девушка была сосредоточена только на своих невероятных ощущениях.
* * *
— Ты вернешься туда, на войну, мне очень страшно за тебя. Может есть какой-то вариант не идти на нее? — Посмотрела Мари в глаза Александра, она полулежала на его широкой груди, после того, как они насладились друг другом. Теперь переживания, покидавшие на время секса, вернулись к ней.
— Смешная ты. Вариант, чтобы не идти. Нет, вариантов нет, я должен вернуться. — Задел кончиком пальца нос девушки. —
