с носилками. И меня словно окатило холодной водой. Я резко дёрнулась.
— Там… там ещё кто-то был, — выдохнула я, чувствуя, как судороги возвращаются, а в груди снова нарастает паника.
— Ты о чём? — настороженно поинтересовался Давид, чуть отстранившись, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Сзади меня стоял ещё кто-то. Давид замер на мгновение, словно переваривая информацию. Потом резко достал телефон, быстро набрал кому-то сообщение и убрал его обратно.
— Выясним, — Давид посмотрел в сторону машины скорой помощи, где медики продолжали осматривать Дениса. Ты сможешь описать того человека? — спросил Давид, внимательно вглядываясь в моё лицо.
— Нет, я его не видела, — покачала я головой. — Он всё время был сзади меня.
— Он говорил что-нибудь? — Давид слегка наклонился ко мне.
— Он всё время молчал. А в какой-то момент просто исчез — незаметно, будто растворился в воздухе, — я невольно поежилась, вспоминая пережитое.
Давид нахмурился, задумчиво провёл рукой по подбородку.
— Сейчас Нику везут в отделение, — произнёс он. — Её там допросят. Может, получится что-то выяснить. А сейчас я отвезу тебя к родителям.
Он помог мне подняться. При попытке наступить на ногу острая боль пронзила всё тело — так, что перед глазами замелькали искры. Я невольно охнула и чуть не упала, но Давид подхватил меня под локоть.
— Осторожно, — он поддержал меня крепче. — Давай медленно. Я помогу.
Он подхватил меня на руки и усадил в свою машину.
— Денис будет жить? — я подняла глаза на Давида, в груди снова сжалось от тревоги.
Он на мгновение отвёл взгляд в сторону, помолчал. Было видно, что ему неприятно говорить о Денисе — что-то в его лице дрогнуло, будто он боролся с собой.
— Зависит от него и врачей, — наконец ответил он сдержанно. — Пока ничего определённого сказать нельзя.
Я кивнула, проглотив ком в горле. Да, я узнала о Денисе то, что перевернуло всё с ног на голову. То, что причинило боль и всколыхнуло старые раны, заставило усомниться во всём, что казалось мне правдой.
Но даже после этого я не испытывала ненависти и злобы к нему. Было неприятно. Да, больно было вспоминать то, что я так долго пыталась забыть. Но прошлое — оно прошло, а будущее впереди. И если держать злобу на всё и всех, то можно упустить что-то хорошее, что ждёт тебя за поворотом. Нужно уметь извлекать из ошибок урок, а не тащить их за собой, как тяжкий груз.
После того случая мой круг общения сильно сузился. Я стала осторожнее и внимательнее к людям, которые рядом. Перестала доверять легко и безоглядно. И сейчас я очень осторожно подхожу к выбору друзей.
Машина выехала на трассу. Я посмотрела на Давида. Он же говорил, что Денис не тот кем является. Что он имел в виду? Мои размышления прервал звонок: на экране высветился незнакомый номер.
Глава 22
«Может, Лавров решил объявиться?» — мелькнула мысль, но тут же растворилась, когда я услышала в трубке женский голос.
— Алло?
— Это Алина? Верно? — в голосе собеседницы звучала какая-то напряжённая надежда.
— Да. А это кто? — я невольно нахмурилась, пытаясь угадать, кто бы это мог быть.
— Это Нина, соседка сверху, — прозвучало в ответ.
Я на мгновение замерла, переваривая информацию.
— Ого… Неожиданно, — я усмехнулась. — Откуда у тебя мой номер? И по какому поводу звонишь?
— Саша с тобой? — в голосе женщины зазвучала явная тревога, от которой у меня внутри что-то ёкнуло. — Номер я у него в телефоне нашла и записала себе на всякий случай.
— Нет, — я покачала головой, хотя собеседница этого, конечно, не видела.
— А он тебе звонил?
— Нет.
— А ты знаешь, где он? — не унималась она, и в её голосе сквозила такая настойчивость, что мне стало не очень приятно.
— Да не знаю я про него ничего, — я повысила голос. — С чего ты вообще взяла, что я с ним общаюсь?
На пять секунд на той стороне повисло молчание — такое густое и ощутимое, что я почти физически чувствовала, как там, на другом конце провода, она лихорадочно подбирает слова.
— Я подумала, он тебе звонил, ведь вы же должны встретиться, — наконец произнесла соседка.
— Кто тебе сказал, что мы будем встречаться? — я почувствовала, как внутри нарастает напряжение.
— Так он сам и сказал, — прозвучало с той стороны.
— Я сейчас не очень понимаю тебя.
— Он говорил, что завтра у вас суд, — голос женщины стал тише, будто она сама начала сомневаться в том, что говорит.
Я машинально взглянула на экран телефона — календарь с яркой пометкой «СУД» горел красным. Твою же… Я забыла! Суд по поводу развода. Всё это время я была настолько поглощена событиями последних дней, что важная дата просто вылетела из головы.
— Да, завтра, — подтвердила я, мысленно ругаясь сама на себя.
— Саша же придёт? — в голосе соседки звучало неподдельное беспокойство.
— Должен, а что? — я напряглась. Что могло случиться?
— Я не могу до него дозвониться, — призналась женщина. — Он уехал к матери и пропал. Ни звонка, ни сообщения. Я уже места себе не нахожу.
Несмотря на всё, что произошло между нами, мысль о том, что с Сашей могло что-то случиться, заставила сердце сжаться.
— Ничего не могу сказать по этому поводу, — ответила я уже мягче. — Ещё что-то хотела узнать? Мне, правда, некогда.
— А нет… Только про Александра, — вздохнула собеседница. — Ты же дашь ему развод?
На мгновение я замерла. Странный вопрос. Но в нём было столько искренней надежды, что я не смогла ответить резко.
— Обязательно, — сказала я твёрдо. — Всё будет так, как должно быть.
— Спасибо, — в голосе Нины прозвучало облегчение.
— Всё. Давай, пока, — я завершила разговор и на мгновение замерла, держа телефон в руке.
В голове крутились мысли: где сейчас Саша? Что с ним случилось? И главное — придёт ли он завтра в суд? События последних дней словно отодвинули эту проблему на задний план, но теперь она снова встала передо мной во всей своей остроте.
Я глубоко вздохнула, пытаясь унять волнение, и взглянула на Давида.
— Мне домой надо, в город, — произнесла я.
— Зачем? — он удивлённо поднял брови. — Опять какие-то срочные дела или опять тебя придётся вытаскивать из очередной западни твоих недоброжелателей?
— Я серьёзно сейчас говорю, — я закатила глаза. — Завтра с Лавровым разводимся. Суд.
— То есть, он тоже там будет? — Давид нахмурился.
— По идее, да.
— Тогда я иду с тобой. Надеюсь Александр внесёт ясность в дело с Алёной.
— Хорошо, — я не стала спорить. В конце концов, его присутствие рядом почему-то вселяло уверенность.
Он развернул
