— Она со мной. И она просила бокал хувы.
Коэре невольно напрягла руку, готовая развернуться и ударить наглеца телепатически: никто не смел дотрагиваться до неё!.. Но тут же осознала, что незнакомец защитил её. И — так же как бармен и охранники — понятия не имел, что находился в опасности.
Неслышно выдохнув, она постаралась смягчить взгляд перед тем, как поднять глаза на горианца — и не зря: ей открылся весьма приятный вид на симпатичного, молодого и очень спокойного незнакомца с сияющей телепатической улыбкой, которую она вернула, не задумываясь.
— Меня зовут Рикэн. Тяжелый день? — негромко спросил он, разогнав одним взглядом и охрану, и барменов. Приглядевшись, она поняла, что он не настолько молод. Её взгляд быстро скользнул по его одежде — гражданской, но напоминавшей форму, особенно брюки из очень плотной ткани с огромным числом карманов — такие она часто видела на военных на Шаггитерре, только с полными карманами: в них хранились боевые ножи, приборы для связи и прочее снаряжение.
— Корра, — представилась она, — Да, денёк нелёгкий.
— У тебя необычные глаза. Драконица под прикрытием? — спросил он.
Её сердце пропустило удар: как он понял? И только пару мгновений спустя по его эмоциям стало ясно, что горианец просто пошутил. Коэре мгновенно замаскировала собственную реакцию, отправив ему немного смущённого смеха:
— Просто редкий цвет, — сказала она, опустив глаза.
— Красиво. Выпьешь со мной?
— А у меня есть выбор? — засмеялась она, удивляясь тому, что на этот раз смех вышел лёгким и искренним.
— Думаю, нет, — улыбнулся её новый знакомый, выразительно указав взглядом на охранника.
* * *
— Надеюсь, тебе хотя бы двадцать лет есть? И мне не придётся иметь дело в суде с твоим отцом? — спросил Рикэн, когда они заказывали по второму бокалу хувы.
— Мне намного больше, — улыбнулась Коэре. Горианец принимал её улыбки за флирт, но на самом деле она не могла перестать улыбаться удивительному совпадению после того, как её собеседник рассказал немного о себе и выяснилось, что он служит на «Чёрной звезде», да ещё и замещает командира в отсутствии арестованных Тхорна эс-Зарка и Дейке эс-Хэште.
На вид — типичный горианец: тёмно-серые крылья, высокая фигура, чуть крепче, чем у гражданских, серебристые волосы, и ничем не выделяющееся из толпы лицо. Но его искренняя доброжелательность и общительность, нетипичная для суховатых военных, располагали к нему.
— Так уж и намного, — скептически заметил офицер, отпивая из бокала. Он изучал её спокойным взглядом, и Коэре вдруг поняла, что ей хочется рассказать ему о себе — прямо-таки чешется язык. Но было ясно, как день, что если он узнает правду, то уже не будет таким спокойным. Поэтому она просто улыбнулась и без зазрения совести солгала:
— Мне двадцать девять.
Она была уверена, что горианки в этом возрасте ещё запросто могут быть не замужем, но всё же Рикэн немного удивился.
— А мне сорок три, — ответил он, скрывая эмоции за блоками.
Ровесники. Ну, надо же, подумала она. Пожалуй, это была самая поразительная встреча в её жизни по числу совпадений на единицу времени. Он удивлял её буквально всем.
Благодаря уникальным телепатическим возможностям драконицы, Коэре могла наблюдать не только за тем, что он открывает ей, но и за тем, как и что скрывает. И, хотя по факту от нее ничто не могло укрыться, она была приятно удивлена его тактичностью. Например, после вопроса о возрасте он скрыл удивление её ответом, поскольку подумал, что она не получала предложений о помолвках, и не хотел задеть её чувства развитием этой темы.
С каждой минутой этот человек становился всё более приятен ей, хотя, возможно, тут было дело ещё и в хуве. А может, ее подводило израненное после Сачча самолюбие. Может, ей просто захотелось тепла. Да какая разница… Пьяный мозг Коэры уже не мог остановить её от флирта. И она отключила его совсем, заодно прекратив следить за мыслями и эмоциями Рикэна.
Удовольствие портило лишь то, что приходилось врать во время беседы. Показав чуть большую осведомлённость, чем следовало, об аресте Тхорна, Коэра была вынуждена сказать, что работает в Сезариате, а потом одно стало цепляться за другое. Она выдумала себе жизнь на Горре, родителей в Амдине, неудачную помолвку.
— Ты была влюблена? — тихо просил Рикэн, когда Коэре невольно подумала о Сачче, и пропустила искренне болезненную эмоцию.
— Да, — вздохнула она, сделав еще один глоток хувы.
— Мне жаль. Поверь, я знаю, как это больно.
Коэре была готова дать себе пинка. В принципе, она не соврала, но Рикэн понял всё совершенно иначе: словно её бросили, расторгли с ней помолвку, ранив невинные девичьи чувства. Знал бы он, как на самом деле строились её отношения с Саччем…
От смущения она снова полезла в его эмоции и мысли, и даже поперхнулась, наткнувшись на образ Ариадны. Ариадны? Которую он… целовал?! Космос, помоги землянке, когда её брат это найдёт… или уже нашёл? Если так, то Эльтесеин проявил поразительное спокойствие на этот раз — она и не подозревала, что он на такое способен.
Взглянув совершенно иначе на Рикэна, погружённого в свои переживания, Коэре поморгала и вдруг, неожиданно для себя, громко икнула. С опозданием закрыв рот ладонью, она порозовела:
— Извините.
Рикэн хмыкнул и положил на стол карточку, подозвав официанта.
— Я провожу вас домой, — сказал он с мягкой улыбкой.
— В этом нет необходимости, офицер, — покачала головой Коэре.
— Я настаиваю, — возразил он негромко, но таким тоном, который дал понять, что спорить не стоит. По крайней мере, до тех пор, пока она не собирается выдавать драконий темперамент.
— Хорошо, — пожала плечами драконица, удивлённо отмечая, что спорить и не хотелось.
Ночной воздух освежил их, и полёт до её дома был стремительным и очень приятным. На этот раз пришла её очередь удивлять: немногие горианки умели так летать, как Коэре. Но в этот раз ей было лень скрывать свои навыки, тем более что Рикэн летал превосходно, а вдвоём вдвойне приятно наслаждаться скоростью. В какой-то момент он даже решил проверить её, резко сменив высоту, когда они летели крыло в крыло, но Коэре мгновенно подстроилась и послала ему телепатический смех в ответ на его искреннее удивление и восхищение.
Лишь на площадке она решила намеренно немного сплоховать и, позволив ему приземлиться первым, сымитировала немного корявую посадку. Рикэн поймал её за талию, компенсировал скорость поворотом и мягко поставил на ноги:
— Ты великолепно летаешь, — сказал он, внимательно изучая её взглядом. По его эмоциям Коэре ощутила, что Рикэн начал догадываться о каком-то двойном дне. Умный парень, подумала она.
