– Ты считаешь, что Анастасия подослана варварами? – спросил меня Марк, когда мы с ним покинули храм и оказались на площади в двух шагах от статуи верховного жреца Аскера.
– Во всяком случае, она не связана с жрецами Светлых богов. В этом мы с тобой имели возможность убедиться только что. Зато ее приемный папа Люцифер, как ты знаешь, использовал варваров в своей борьбе с непокорными царями. А может, это варвары использовали его, как теперь используют его дочь?
– Но зачем Анастасии объявлять себя Артемидой?
– Вероятно для того, чтобы привлечь на свою сторону недовольных предводителей кланов, как Светлой стороны, так и Темной. Она станет родной для всех ренегатов, поскольку одновременно называет себя и дочерью черного бога Велеса и сестрой солнечного бога Аполлона.
– Ловко, – усмехнулся Марк. – Впрочем, Анастасия очень умная женщина и вполне способна вести свою игру.
– Но ей нужны союзники и не только среди атлантов и гипербореев, но и среди варваров. А за союз нужно платить.
Мои надежды на расторопность царя Цемира оправдались. Ворон встретил меня на пороге парадного зала дворца подобострастным поклоном:
– Рад видеть тебя, Великий Бер. Все предводители Темных кланов с восторгом ждут своего вождя.
Ворон произнес эти слова не стесняясь ушей царя Цемира, из чего я заключил, что клан саматрийский минотавров числит себя на темной стороне. И хотя между мной и Цемиром возникло было недоразумение из-за его супруги Ворказы, но оно, разумеется, не могло разрушить древних мистических связей. С точки зрения здравого смысла Ворон был, конечно, прав, ему ведь в голову не приходило, что под видом саматрийского царя в Атлантиде орудует всего лишь гражданин Российской Федерации Петр Сергеевич Смирнов, имеющий о древних обычаях атлантов очень смутное представление. Зато это обстоятельство наверняка использовала Анастасия, когда перебрасывала в священный город Мерувиль бывшего мужа моей бывшей любовницы.
– Кто возглавляет Светлые кланы?
– Царь Аркадии Лаграп. Но есть и другие претенденты. В частности царь Аскер, верховный жрец всех богов, и царь алаваров Силен.
– А какие вести идут от варваров?
– Увы, – развел руками Ворон, – вестей нет, есть только слухи. Некий Баал или Ваал, подмявший под себя чуть ли не всю Багровую долину, бросил вызов самому волоту Имиру. Впрочем, последний сейчас слаб настолько, что почти наверняка проиграет войну. Но почему тебя, Бер, заинтересовали дела варваров, разве могут эти нелюди помешать твоим великим замыслам?
– У меня есть сведения, что их пытаются использовать наши враги.
– Ты имеешь в виду Лаграпа или Силена, Бер?
– Я имею в виду женщину, именующую себя Артемидой. Ты с ней знаком.
– Она назвала себя твоей дочерью, но я не был настолько наивен, чтобы поверить ей на слово. Среди дочерей Бера могла оказаться Турица, но никак не винторогая коза.
– Она, значит, продемонстрировала свой дар к метаморфозам?
– Я проследил ее, когда она отправилась к Архарам. Ты же знаешь, Бер, этот клан всегда был у жрецов на подозрении. По слухам, их женщины путаются с варварами и даже вступают с ними в брак. Я не поручусь за чистоту крови даже их кланового вождя Вивьера. К тому же Архары не чтят ни Светлых, ни Темных богов.
– А Артемиду они приняли?
– Не только приняли, но первыми в Атлантиде и Гиперборее учредили ее культ.
– Первыми, но не последними?
– Их примеру последовали Скунсы и Еноты, но ведь эти кланы никогда не числились среди первых в Атлантиде. А их вождей не пускают на собрание кланов.
– Мне нужно повидаться с волотом Имиром, Ворон. Организуй нам эту встречу.
– Трудно, – честно признался мой достойный сподвижник.
– Я надеюсь на тебя, – похлопал я Ворона по плечу.
Ситуация стала потихоньку проясняться, теперь я уже видел и своих союзников и своих врагов. И главная из них, конечно, Анастасия. Я одного только не мог понять, зачем ей понадобилась Марья Моревна? Или она просто собиралась устранить конкурентку? Но какой в этом смысл, если девушка тихо и мирно жила в Апландии и даже не помышляла о том, чтобы когда-нибудь перебраться в Атлантиду. И тем не менее, Марья Моревна знала о Светозаре и ждала его прихода. Да и сам Аполлон знал о существовании невесты и даже разыграл по этому поводу целый спектакль на виду у почтенной публики.
– Я приготовил для тебя замок Рус, Бер, – сказал Ворон, – Конечно, он расположен у самой границы, но в этом тоже есть свои преимущества. Мы можем рассчитывать на помощь гиперборейский кланов, не только Темных, но и Светлых, если ты им явишь своего Светозарного сына. А в Мерувиле тебе оставаться опасно, Бер, здесь слишком много Светлых, и если бы не слух, что ты стал Чернобогом, тебя убили бы уже давно.
– Хорошо. Ты проводишь нас в этот замок, Ворон. Но не забывай, что я тебе сказал. Мне нужно встретится с волотом Имиром и как можно скорее.
Я правда не был уверен, что этот тот самый волот Имир, с помощью которого мы с Крафтом попали в замок Монсегюр, но в любом случае мне нужен был некто, хорошо осведомленный в том, что происходит в мире варваров.
– А если волот не согласится на встречу?
– Он согласится, Ворон, особенно если ты скажешь, что его зовет бог Велес.
– Волота трудно обмануть, – нахмурился мой подручный. – Неужели ты действительно стал богом, Бер?
– Да, Ворон, так получилось. Ушедший в нирвану дедушка вручил мне скипетр и державу.
– Я преклоняюсь перед тобой, Бер. Ты первым достиг того, к чему стремились многие герои.
Мое заявление, что пришла пора, убираться из Мерувиля, вызвало неоднозначную реакцию у коллег по необыкновенным приключениям. Ключевский, Ираклий Морава и Крафт без колебаний вызвались меня сопровождать. Царь Цемир пребывал в глубокой задумчивости, актеру Закревскому тоже, видимо, не хотелось покидать обжитого места, где он обнаружил столько выпивки и закуски. Что же касается Серапиона Павлиновича Поклюйского, то он пребывал в шоке и не был способен в данный момент связно сформулировать свое мнение. В принципе я на Петра Сергеевича Смирнова и не рассчитывал, ибо наши отношения всегда оставляли желать много лучшего, просто мне хотелось избавить от неприятностей своего хорошего знакомого, которые, возможно, последуют в случае начала войны между Светлыми и Темными кланами.
– Я остаюсь, – твердо сказал царь Цемир. – Мне, кажется, что Мерувиль самое спокойное и надежное место в Атлантиде.
Мне трудно было спорить с Петром Сергеевичем, ибо я никогда не был в замке, рекомендованном мне Вороном, как надежное убежище, и возможно, господин Смирнов прав в своем нежелании следовать за мной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
