всё больше становился моим другом. Он тоже рассказывал о себе — я внимательно слушал, хотя всё это уже знал. Но Ящеру нужно было выговориться. Он горевал, что столько лет не видел семью. Переживал: как там жена и дети? Ведь они остались без средств к существованию. Та небольшая сумма кредитов, которую он оставил им перед отлётом — в надежде вернуться богатым, — давно закончилась, даже если они сильно экономили. И что с ними сейчас, он не имел представления.
— Мы найдём их, Игнат, и заберём с собой. На «Стальной Берлоге» им будет чем заняться, — говорил я, стараясь успокоить Ящера.
В один из дней рано утром дверь охраны распахнулась — и вышел Буба в сопровождении одного из штурмовиков.
— Ящер и ты, — Буба ткнул в меня пальцем, — управляющий требует вас к себе.
Я сразу проник в голову Бубы — он не обманывал. Рэттен Вейер ждал нас для разговора. А в мыслях штурмовика была полная каша: он вообще не понимал, зачем мы сдались управляющему. На его памяти это случалось впервые.
Нас вывели через пост охраны, и мы в сопровождении Бубы и двух других штурмовиков отправились в кабинет «Крысиного короля».
Рэттен Вейер, как и в прошлый раз, сидел за столом, положив свои ручищи на столешницу.
— Свободны, — рявкнул он. — А ты, Буба, останься.
Штурмовики покинули кабинет и закрыли дверь.
Рэттен внимательно посмотрел на нас троих.
— Ну и зачем вы требовали встречи? — спросил управляющий, когда я уже читал его мысли.
Желание вырваться отсюда и зажить нормальной жизнью теплилось в нём намного сильнее, чем во время нашей первой встречи. Ещё больше его разрывало любопытство: зачем мне понадобились Буба и Ящер? Ведь Буба, уговаривая его на встречу со мной, яростно доказывал, что они оба обязаны присутствовать при разговоре.
— Рэттен, в первую нашу встречу я говорил, что могу помочь тебе начать жить нормальной жизнью. И предлагал сделку: найди корабль, возьми с собой верных людей и отвези меня в звёздную систему «Скопление Икара». Когда я решу там свои дела, мы отправимся туда, где ты сможешь стать не просто «Крысиным королём», а дворянином при Великом Доме — и владельцем автоматизированной фабрики и завода. Моё предложение в силе, Рэттен, — проговорил я, начав внушать ему, что это его шанс.
Он поморщился, отгоняя моё наваждение, — я начал показывать ему, как он счастливо заживёт и у него наконец-то появится семья.
— Я помню наш разговор. Но причём тут Буба и Ящер? — «Крысиный король» внимательно смотрел на меня.
«А он силён эмоционально и контролирует себя. Раз смог так легко отогнать моё наваждение. Надо действовать аккуратнее», — промелькнула мысль.
— Они мне нужны. Первому я обещал помочь отомстить, а второй стал моим другом, — ответил я, снова начав аккуратно воздействовать на мысли Рэттена. — Ну так что?
— Ты думаешь, я поверю тебе? — усмехнулся Рэттен. — Кто ты такой, чтобы давать такие обещания?
Я задумался. Рассказывать ему правду — долго и сейчас бесполезно: скорее всего, он не поверит. Это не Буба и даже не Ящер. А я не такой профи, как мой отец, чтобы правильно делать внушение. Я только учусь — и учусь на своих ошибках.
— Рэттен, я могу сейчас потратить несколько часов, рассказывая тебе про себя. Но ты в любом случае не поверишь. В то же время — что ты теряешь? Если я не выполню обещание, твои люди, которых ты возьмёшь с собой, легко справятся с нами. А ты вернёшься сюда, — я усиленно внушал ему: «Это твой шанс, стоит попробовать; кроме времени ты ничего не потеряешь».
«Крысиный король» задумался. Я аккуратно подталкивал его к принятию нужного решения.
Наконец он произнёс:
— Хорошо, но у меня есть условие.
Я уже знал, что он хочет, и обдумывал варианты ответа.
— Прежде чем я выполню свою часть сделки, мы отправимся в эту неизвестную звёздную систему. Если всё это правда, я отвезу тебя в систему «Скопление Икара», — продолжил Рэттен.
Я видел, что он не обманывает, но меня интересовал другой, очень существенный момент.
— Хорошо, Рэттен, но есть детали, о которых ты должен знать. Меровинги и Синдикат Перекрёстка разыскивают меня. Если они обнаружат меня на твоём корабле, то живым я не уйду. Скорее всего, и ты тоже. Путь в эту звёздную систему лежит через «Край Вечной Зимы». Там нет варп-маяка, и только я знаю, как туда попасть. Я проведу туда твой корабль — и ты убедишься, что я не вру, — я понемногу усиливал нажим, чтобы он уже принял решение.
— Ладно… — протянул Рэттен. — Мне надо подумать. Спрятать тебя на грузовом корабле — не проблема. Никто не найдёт, опыт имеется. С Меровингами мы не конфликтуем. С Синдикатом — тоже. Так что проблем возникнуть не должно.
«Крысиный король» уже принял решение, но пока не озвучил. Ему надо было придумать, как незаметно вывезти нас с базы.
— Я подожду, Рэттен, — ответил я.
Он кивнул:
— Буба, верни их в шахту. И начисли им полторы нормы за сегодняшний день.
— Слушаюсь, босс, — сразу ответил Буба.
Мы развернулись и вышли из кабинета.
Штурмовики ждали нас, стоя у стены.
— Можете не провожать, парни, дорогу назад я им покажу, — сказал Буба штурмовикам, и они, кивнув, остались на месте.
— Что дальше? — тихо спросил Буба, когда мы отошли от штурмовиков и приблизились к лифту.
— Рэттен согласится. Сейчас он решает, как незаметно вывести нас с базы. Ему необходимо оставить себе возможность вернуться — он пока ещё не верит мне до конца, — ответил я. — Так что сейчас он будет стараться обезопасить себя на случай, если вдруг я его обману.
Буба глянул на меня с подозрением:
— А ты хочешь обмануть его?
— Нет, Буба, — улыбнулся я.
Двери лифта открылись, и мы поехали вниз, на пятый уровень шахты.
В жилом блоке никого не было. До конца смены оставался практически весь день.
Ящер показал мне в сторону душевой, и я направился следом.
Как только дверь за нами закрылась, он повернулся и спросил:
— Ты смог внушить ему, что нам надо помочь?
— Надеюсь, что смог. Он очень хорошо контролирует свои эмоции и действия. Таким людям сложнее делать внушение — чтобы в дальнейшем он по доброй воле помогал. Я не такой специалист в этом, как был мой отец. Тем не менее даже способности нашего рода не спасли нас от уничтожения. Псионики — не боги, Игнат. А всего лишь люди, у которых есть небольшое преимущество перед другими, — вздохнув, ответил я.
— Как думаешь, у нас получится? — Ящер в
