мансарду за вид! Какой же он чудесный, так и манит прикоснуться к прекрасному! Полюбоваться, так сказать, на родные просторы! – подливает масла в огонь, стоя снизу.
– Так что же ты не поднимаешься? – язвлю.
– Отсюда видок еще лучше. Сменила котят на черные бразильяно? – присвистывает. – Булочкам не тесно? Может снять?
Как он разглядел?! Так бы и дала подзатыльник!
Как можно сильнее одергиваю короткое платье и показываю ему кулак. Но толку мало. Пятой точкой чувствую, в каком месте сосредоточенно внимание «костюма». Щеки наливаются румянцем, и я прибавляю темп, чтобы поскорее выбраться из этой щекотливой ситуации. К счастью, Алиса Петровна уже на улице и не слышит подробности из «личной жизни».
Потеряв из виду мои длинные ноги и, как следствие, интерес к созерцанию пустой лестницы, «костюм» быстро поднимается на террасу. И первым делом зачем-то идет к скромно стоящему в уголке мусорному ведру.
– Ух ты… вот те раз! Что я нашел в помойке! – вытаскивает «ветошь» и трясет ей с таким видом, словно ему нанесли глубочайшее оскорбление. Даже неловко становится.
– Ой, а как это туда попало?! – удивляется Алиса Петровна, переводя взгляд на меня. Краснею.
– Похоже, ей мыли пол или вытирали ноги. Катя?
– Я не знала, что эта… тряпочка ценная. Прошу прощения, – выдавливаю, потупив взгляд.
– Это не «тряпочка», а салфетка! Я вышивал на ней цветочек для мамы на уроке труда в первом классе!
– Ты?! У нас мальчики занимались выжиганием, а не вышиванием! – изгибаю бровь. Становится смешно. – Прости, я не специально… Сейчас постираю. Хозяйственное мыло есть у вас? Будет как новая! – пытаюсь выхватить салфетку у «костюма», а Алиса Петровна удивляется еще сильнее.
– Не уверена… я не пользуюсь таким.
– Тогда я домой заберу. Давай.
– Вместе «постираем», – запихивает в карман пиджака. – У нас целая ночь впереди. Поласкайся хоть до утра.
От этих слов по телу бегут колючие мурашки. Воображение рисует страшные картины того, как изощренно Даниил будет мстить за мой побег. Так увлекаюсь мечтами, что не замечаю, как съедаю все пирожные.
Алиса Петровна лишних вопросов не задает. А так как мой рот занят, я только слушаю и киваю. Постепенно обстановка разряжается. Видимо, всему виной чай с мятой. Успокаивает. Даже Даниил немного расслабляется и соглашается посмотреть семейные фотографии.
– Сейчас принесу альбом, – многозначительно улыбается «свекровь» и убегает в дом. Остаемся на террасе вдвоем. Уходящее солнце окрашивает небо в малиновый оттенок. Безумно красиво! Делаю шаг к ограждению и смотрю вдаль на закат.
Чувствую спиной, что Даниил стоит рядом. Близко. Сложно понять свои противоречивые чувства: когда хочется сбежать от него и в то же время остаться. Положить голову ему на грудь и вместе разглядывать первые звезды, загадывать желания, увидев, как одна из них вдруг упадет. Ведь здесь небо кажется таким близким! Можно протянуть ладонь и дотронуться до облаков!
Да… Этот вечер мог бы быть по-настоящему незабываемым. Если бы все было взаправду.
– Почему ты сбежала? – приближается вплотную и ставит руки по обе стороны от моих. Чувствую его тепло, но не поддаюсь соблазну. Чувства обманчивы, а сердце влюбленной девушки слишком ранимо.
– А ты бы остался на моем месте? – спрашиваю не оборачиваясь.
– Нет.
Усмехаюсь. Вот и поговорили.
– Повернитесь, голубки! Я вас сфотографирую. В семейном альбоме как раз есть несколько пустых рамок, – говорит Алиса Петровна. Возразить не успеваю. Даня осторожно кладет руки мне на талию и поворачивается вместе со мной.
– Пожалуйста, улыбнись. Это важно для моей мамы, – шепчет на ухо. Не могу ничего поделать. Улыбаюсь как самая последняя дура.
– Какие же вы красивые… – качает головой Алиса Петровна. Градус ванили и трогательности буквально зашкаливает. Если не перевести тему, то я растрогаюсь и пойду обниматься со свекровью. А это в мои планы не входит.
Отстраняюсь от «костюма» и беру в руки альбом. Листаю страницы, узнаю много нового и интересного из его жизни. Прохожу туда, куда пускают только избранных. Становлюсь ближе к этой семье и к Даниилу.
– Ты был очень хорошенький, когда был маленький.
– А сейчас?! – поднимает брови.
– И сейчас ничего… – смущаюсь.
– И фотографии все красивые. А у меня мало фоток. Мамина любимая, где я на горшке сижу и улыбаюсь беззубым ртом. – заявляю не подумав.
– Я бы посмотрел на это, – хмыкает «костюм», а Алиса Петровна начинает смеяться.
Оставляю без ответа. Мой альбом хранится слишком далеко. Такие, как Даня никогда не поедут в нашу «глушь».
Прохладный ветер и сумерки напоминают, что время гостей подошло к концу.
– Спасибо за чай. Нам с Катей пора.
– Это вам спасибо, приезжайте почаще, – улыбается Алиса и обнимает Даню. Что-то шепчет ему, пока я убираю посуду со стола.
– Катюша, оставь. Я сама справлюсь. Поезжайте. Пожалейте Вову, ему иногда надо отдыхать.
– Да, действительно. Дам ему отпуск, пожалуй. Идем, Катя. У нас еще салфетка не стираная.
Хмыкаю. Уверена, это лишь предлог. Но портить этот вечер и настроение Алисе Петровне я точно не собираюсь. Сыграю свою роль до конца. А уж потом…
Прощаемся. «Свекровь» обнимает и меня.
– Спасибо, Кать. Я рада, что мой сын женился именно на тебе. Увидимся еще.
Эти слова отдаются в сердце. Странным, болезненным уколом.
– И вам спасибо. Надеюсь, что да, – тихо отвечаю, ловя себя на мысли, что она оказалась нормальной женщиной и мы могли бы хорошо общаться. Кому-то повезет со свекровью.
Даниил подает мне руку, и мы покидаем квартиру его мамы. Все. Финита ля комедия.
Вова стоит около автомобиля, скрестив руки на груди. Даниил молчит. Даже ветер утихает. Похоже на затишье перед бурей.
– Ну я это… пожалуй, пойду… спасибо за вечер, провожать не надо! – выдаю, делая попытку шмыгнуть в сторону метро. Но «костюм» меня, конечно же, не отпускает.
Молча хватает за пояс от платья и резко тянет на себя. Так, что ткань едва не трещит по шву.
– Разорвешь! Пусти!
– Садись в машину, если не хочешь, чтобы Вова увидел твое нижнее белье! – в голосе нет ни капли тепла. Хотя с чего бы ему там быть? На ватных ногах ступаю к автомобилю. Придется подчиниться. Помощи ждать неоткуда.
На этот раз мы едем не на лимузине. Тем ужаснее себя чувствую, потому что за рулем не посторонний водитель, а Вова. И он прекрасно видит и слышит то, что происходит на заднем сидении. А «костюм» садится именно туда. Рядом со мной. Близко. И зачем-то протягивает руку, шаря где-то около моих бедер!
– Что ты себе позволяешь?! А ну, убрал руки! – возмущаюсь, привлекая внимание и новую ухмылку начальника службы безопасности. Сговорились?!
Даниил невозмутимо продолжает шарить пальцами, что-то нащупывая.
– Я на тебя в суд подам! Только попробуй!
Молчит. В следующую секунду из-под
