предложения… буду писать про нелепые хайповые случаи из раздела «смешно и глупо». Без личностей вроде тебя.
Даня утвердительно кивает и смотрит на часы.
– Это верное решение. Я знал, что мы сможем услышать друг друга и договориться.
После этого разговора на душе больше нет легкости и радости от сумасбродной ночи. Даниил не выглядит счастливым. Он ясно дал понять, что удерживать меня не намерен и готов дать мне свободу. А это и есть то, к чему я стремилась с момента обнаружения штампа в паспорте. Значит, нужно порадоваться и забить. Все идет так, как должно.
Тормозим у большого дома. С нами только водитель, охрана едет следом, а Вовы вообще нет. Какие-то срочные дела. Значит, у него есть и другая жизнь, свои заботы кроме Даниила.
– Что мне нужно будет делать?
– Поставить подпись.
– На чем?
– На бумажке. Не беспокойся, я не собираюсь вешать на тебя выплаты кредитов и не претендую на твое имущество.
– У меня ничего и нет…
– Я знаю.
Заходим внутрь. Даниил немного встревожен. Беспокойство передается и мне. Впрочем, «мужа» довольно быстро приглашают в кабинет. Я же сижу и жду в приемной. Через какое-то время секретарь приносит мне чистый лист.
– Что это?
– Формальность. Нужно сверить подпись на свидетельстве.
– Хорошо, – ставлю закорючку, и она уходит. Снова остаюсь в одиночестве.
На этот раз ненадолго. Дверь конторы открывается и в кабинет влетает Иосиф Львович Иоффе. Мой дорогой «свекор».
– Где Даниил? – кидает на меня странный взгляд.
– Там, – киваю в сторону кабинета. – Здравствуйте, кстати.
– Некстати, – демонстративно проходит мимо, громко хлопнув дверью. Внутри появляется нехорошее предчувствие. Усидеть на месте становится все труднее. К тому же дверь не слишком плотно закрыта, сильный хлопок заставил ее отрикошетить, и теперь я могу расслышать то, о чем говорят внутри.
– Я все знаю! Решил меня провести?! О чем ты вообще думал, когда женился на этой выскочке?!
– О том, чтобы свадьба быстрее закончилась. Если помнишь, то женить меня было именно твоей идеей фикс.
– Не желаю слушать! Немедленно разводись! Я не позволю опозорить нашу фамилию связью с какой-то журналисткой! Это же вообще уму непостижимо!
Замираю. Мне бы не слушать, но ноги становятся деревянными. Не могу уйти. Впитываю каждое слово, высказанное с отцом.
– Ты сам сделал наш брак настоящим, пригласив регистратора. Но зато теперь я могу официально получить часть наследства. Будем считать, что это подарочек на свадьбу от деда.
– Ты прекрасно знаешь, что завещание вступит в силу после рождения первенца. А ребенок родится у Кэтрин! Ты должен как можно скорее жениться на ней, чтобы все встало на свои места! Мне не нужны досужие сплетни, скандалы и очернение идеальной репутации!
– Не волнуйся за мою репутацию. К тебе она не имеет никакого отношения. А что касается завещания – ты плохо читал условия. Там четко описано то, что я получу после свадьбы. Имя Кэтрин, кстати, нигде не фигурирует и от нее ничего не зависит. Так что можешь сам жениться на ней, раз уж она тебе так сильно нравится.
С этими словам Даниил покидает кабинет. И я едва успеваю вернуться на кресло, чтобы он не увидел, как я подслушивала неприятный диалог сына с отцом.
Внутри закипает обида. Я стала невольной участницей семейных интриг. Моя подпись наверняка сыграла роль в получении наследства и теперь я чувствую себя использованной и ненужной. Даниил сделал все, чтобы добиться своего. Получил мое тело, душу и юридический статус. А мне достались лишь оскорбления и ненависть от его отца с невестой. У нас впереди не медовый месяц, а скандалы и суды, если не выйдет быстренько и «полюбовно» развестись.
– Идем, – смотря куда-то мимо меня, говорит Даниил.
– Ты не уйдешь просто так! Мы еще не закончили! – следом за ним в холл выбегает Иосиф. Но «костюм» не реагирует на него. Он все-таки кидает в мою сторону взгляд, говорящий о том, что мне нужно прямо сейчас встать с кресла и покинуть помещение. Но я не собираюсь продолжать бессмысленные «игры» и строить воздушные замки. У нас ничего не выйдет.
– Твой отец прав, мы не можем так просто уйти, – упираюсь кулаками в бока и принимаю воинственную стойку.
– В каком смысле? – напрягается «костюм».
– Ты сделал все, что хотел?
– Почти, – кивает.
– Значит, я могу быть свободна! – говорю, удерживая взгляд где-то на уровне его переносицы. Сложно смотреть в глаза в такой момент. – А какая свобода может быть со штампом в паспорте? Раз уж мы все в сборе, то говорю при свидетелях: я требую развод. Немедленно. Сделаем это прямо здесь и сейчас.
Иосиф смотрит на меня как-то странно, а Даниил хмурит брови.
– Она права. Езжайте и разводитесь, – наконец резюмирует Иоффе-старший.
– Никуда мы не поедем, – цедит Даня.
– Да, зачем же ехать? Пусть нас разведут прямо здесь! – топаю ногой.
– Катерина!
– Помолчи! Я знаю, что у тебя везде связи. Договорись и пусть нас сейчас же разведут! Мы как раз у нотариуса, сам Господь велел, как говорится! – «включаю» истеричку.
– Хорошо, если настаиваешь… – внезапно меняет тон. – Пошли в кабинет.
Задираю нос, расправляю плечи и, стараясь унять дрожь в коленках, иду к большому столу.
– Присаживайтесь. Вам нужно заполнить вот это и вот это, – передо мной возникает целая куча документов. Пробегаюсь глазами и ставлю роспись. – В связи с тем, что брачный договор подписывали не вы… и у вас не было… – начинает юрист, но я перебиваю его.
– Мне ничего не нужно от этой семьи, – ставлю подпись и вскакиваю с места.
– Катерина Васильевна, вы можете… – снова подает голос.
– Не трудитесь и оставьте формальности, я не желаю продолжать этот цирк!
– Учитывая обстоятельства, предлагаю вознаграждение за молчание. Пусть это будет приятным бонусом от происходящего, – внезапно проявляет себя Иосиф, взрывая бомбу замедленного действия.
– Мне вполне достаточно трех «бонусов» от вашего драгоценного сына за прошедшую ночь. Ах да! Был еще один, четвертый, с самого утра. Могло бы быть и больше, но я не искушена в делах любовных. И на том спасибо! – не могу удержаться, наслаждаясь реакцией.
– Если тебе было маловато, то я готов с процентами возместить то, чего «недодал». Хочешь, могу прямо здесь! – Даниил тоже вскакивает и резко хватает меня за руку, желая притянуть к себе. Но я успеваю схватить со стола декоративную сову из хрусталя и размахиваю ей, отбиваясь от «костюма». Тот, в свою очередь, хватает папку и использует ее как щит. Рыцарь, мать его! Ну, погоди…
– Катерина Васильевна… положите, пожалуйста, обратно… она тяжелая и дорогая… – шепчет нотариус, бросая на меня встревоженные взгляды.
– Уймитесь! Не позорьте
