телефона ее мобильному оператору, но ответ еще не пришел. Скажите, Денис, а Алиса не могла просто вечером где-нибудь в баре напиться и под влиянием алкоголя звонить вам, как своему бывшему?
Я фыркнула со своего места.
— Нет, вы что? Алиса совсем не пила. В состоянии опьянения ни я, ни друзья ее ни разу не видели. Она могла выпить красное вино или шампанское по праздникам, но никогда не напивалась. Это исключено. И она даже через месяц-два после нашего расставания никогда мне не звонила, хотя и мучилась и страдала. Она была слишком гордая.
— В вашей интерпретации Алиса у вас просто ангел во плоти вырисовывается.
— Нет, не ангел, идеальных людей нет. Просто она была очень хорошей, — печально ответил Денис. — Вы можете мне не верить, или я схожу с ума, но я даже сейчас чувствую ее присутствие здесь, рядом. Она меня как-то успокаивает. — Денис посмотрел в зеркало заднего вида. — Я ее все время чувствую. Даже на кладбище возле ее могилы, только не смейтесь, мне кажется, она стояла рядом и обнимала меня. Просто наваждение какое-то.
Я сжалась на своем месте, как будто опасаясь, что Денис сможет меня в зеркале заметить.
Еремин неопределенно хмыкнул.
— Еще один очень важный вопрос. Денис, вы за эти три с лишним года ни разу не виделись больше с Алисой? Может, случайно встречались? Может, звонили и молчали в трубку?
— Нет, мы с ней не виделись, я только постоянно заходил на ее страницу в соцсетях, видел, что у нее все хорошо, что она начала встречаться с Олегом. Мне нужно было знать, как она. Но реальных встреч у нас не было.
— Ни одной?
— Нет, ни одной.
В автомобиле на несколько минут повисло напряженное молчание.
— Вы меня не будете арестовывать? — первым подал голос Денис.
— На каком основании? Доведение до остановки сердца? Нет такой статьи в Уголовном кодексе нашей страны. Но я попрошу вас никуда в ближайшее время не уезжать, если у меня будут вопросы, я свяжусь с вами. Вы сейчас поедете на поминки?
— Нет, я не хочу никого видеть. Я, наверное, домой отправлюсь. Мне что-то нехорошо.
Они с Денисом обменялись визитками. Напоследок, уже выходя из машины, Еремин предложил Алексееву вызвать такси, чтобы не ехать домой в таком взвинченном состоянии.
Глава 19. Не дай вам бог дожить…
Кретин, идиот, остолоп и еще множество нелицеприятных эпитетов я посылал в адрес красавца Дениса, когда выходил из его автомобиля.
Как можно было упустить такую девушку, как Алиса?
Конечно, он не убивал ее собственноручно, но он в какой-то мере был прав — это именно Денис, его поведение довело Алису до могилы.
Поверьте, я не знал, куда девать сегодня глаза — передо мной сидел здоровый взрослый парень и плакал, ничуть не стесняясь, как маленький ребенок.
Если бы они тогда не расстались, то сейчас у них была бы крепкая и любящая семья с несколькими красивыми и умненькими детками.
Кстати, про деток — с Алисой Денис не виделся уже три года, он не мог быть виновником ее двухнедельной беременности. Тем более к этому счастливому событию не причастен пижон Олег Звягин. Так с кем же две-три недели назад встречалась наша Алиса?
Если послушать лучшую подругу умершей — Юлию, то та наплетет гору ненужной информации. По ее словам окажется, что Алиса крутила романы со всеми встречными-поперечными. Женская зависть — событие огромного масштаба.
Словам Юли нужно верить с натяжкой, моя профессиональная интуиция подсказывает, что у нее есть свой интерес в этом деле.
Тут еще очень большую роль играет чисто женская зависть, которая долгие годы скрывалась под личиной лучшей подружки. Ненавижу подобных девиц, которые чуть ли не возле гроба любимой подружки выливают всю грязь на усопшую. Ей-то теперь что! Не услышит, не поверит — язык без костей, можно болтать.
Так что новый разговор с Юлей я отложил до лучших времен.
Я вызвал такси и поехал в ресторан на поминки Алисы Вороновой. Именно там я собирался поговорить с зарубежным гостем — нотариусом Бейли. Тот что-то говорил про завещание американца-миллионера и связь его с Алисой.
Что ж… посмотрим.
Пока я добрался до ресторана, тут уже царило настоящее веселье. Народ и не помнил, по какому поводу они все здесь собрались. Только за столом у родителей Алисы, где также сидели Юля и Олег, было печальное состояние. За другими столиками молодежь принялась громко разговаривать, захмелевшие Алисины одноклассники начали рассказывать анекдоты, слышался тонкий женский смех.
Вот поэтому я и не люблю поминки в ресторанах и кафе.
То ли дело собраться в тихом семейном кругу, высказать положенные случаем соболезнования, почтить память покойной.
Здесь же атмосфера потихоньку накалялась. Не хватало еще только танцев с песнопениями.
Я присел за дальний столик и начал анализировать ситуацию.
Нотариуса нигде не было видно, и у меня было несколько минут подумать, понаблюдать за собравшимися.
После разговоров с Бейли я поеду к матери Светланы Федоркиной, соберу материал о смерти ее единственной дочери. Со Степаном, чиновником из мэрии, переговорить было никак не возможно. Через своего секретаря он сообщил, что ничего не знает о жизни и смерти своей падчерицы, и все вопросы к ее матери Элеоноре. Вот что странно, все убитые девушки были единственными дочерями у своих родителей. Ни братьев, ни сестер у них больше не было. Возможно, совпадение, а может, еще один факт, объединяющий девушек.
Я принялся терзать телефон, стараясь дозвониться до колдуна-психолога Ярика. Тот сначала никак не брал трубку, а потом и вовсе отключил аппарат. Расследование застопорилось.
Ясно только одно: Денис Алексеев не убивал Алису, а тем более Ольгу и Светлану.
Их несчастная любовь и личные взаимоотношения к делу не пришьешь.
Хотя если бы он мне попался три года назад и я был бы знаком с Вороновой, то лично надавал бы ранимому красавцу по шее, вставил бы ему мозги на место, чтобы так с девушкой не поступал.
Не понимаю я этих людей.
Если ты ее любишь и она тебя безумно любит, то к чему такие сложности? Зачем самим портить отношения, а потом мучиться и страдать? Денис сказал, что позже собирался позвонить или написать Алисе, но не успел. Когда же позже? Куда уж позже? Ждать еще пять лет? Десять? И я был сто процентов уверен, что если бы Алиса его не дождалась, а вышла замуж, хотя бы за того же Звягина, то Денис чувствовал бы
