Дафф ни на минуту не сомневался, что Уоллингейм похитил Аннабел. Как не сомневался, что заставит негодяя платить за преступление.
– Подожди здесь, – велел маркиз Эдди, который попытался было спешиться. – Я дам тебе знать, останемся мы или нет.
С этими словами он устремился к крыльцу дома, фасад которого был украшен изящной колоннадой, в два прыжка оказался наверху, поднял медный молоток и постучал.
Дворецкий, открывший дверь, с пренебрежением осмотрел пыльную одежду и сапоги Даффа. Но когда взгляд упал на лицо маркиза, он расплылся в радостной улыбке.
– Милорд Дарли! – вскричал он. – Какое удовольствие снова видеть вас! Мисс Абби будет просто счастлива, узнав, что вы снова в городе! Прошу, входите! Она наверху. Дорогу вы знаете.
– Спасибо, Уиллис. Вижу, здесь собралась обычная толпа, – заметил Дафф, кивком показав на смежные комнаты.
– У мисс Абби ведется честная игра, милорд. Поэтому и клиентов много.
– Мудрая женщина. И деловая, – пробормотал Дарли, направляясь к широкой лестнице, освещенной великолепной хрустальной люстрой. Прежде он часто бывал в этом доме и поэтому уверенно взбежал наверх, повернул направо и зашагал по коридору, пока не остановился перед последней дверью слева. Стукнув дважды, он, не ожидая ответа, вошел.
– Если не возражаете, – раздался язвительный голос дамы, стоявшей у полки с книгами, – попрошу вас прежде дождаться разрешения войти.
Дафф захлопнул дверь.
– А если не дождусь? – улыбнулся он.
– Дафф! Дорогой Дафф!
Абигейл Флеминг, рыжеволосая владелица самого известного в Лондоне игорного заведения, круто развернулась, широко раскинула руки и довольно засмеялась:
– Наконец-то ты вернулся, дорогой мой! Иди и поскорее поцелуй меня, негодяй! Жизнь без тебя была невыносимо тоскливой.
– Ты превосходно выглядишь, Абби! – заметил Дафф, оценивающе оглядев великолепную фигуру в ярко-желтом платье с модным низким декольте. Он обнял ее и поцеловал в щеку.
Она слегка откинулась и уставилась на него с лукавым блеском в фиалковых глазах.
– И ты называешь это поцелуем после скольких лет отсутствия? – промурлыкала она. – Я уверена, что ты способен на большее.
Он опустил руки, отступил и едва заметно улыбнулся.
– Ты должна забыть о моем бурном прошлом, милая Абби. Существует возможность… – он поколебался и, решительно пожав плечами, добавил: – возможность того, что я наконец влюблюсь. Ну да, не смотри на меня так. Я потрясен не меньше тебя.
Скрывая досаду от перспективы потерять одного из своих самых блистательных любовников, Абби взяла его за руку и наградила чарующей улыбкой.
– Значит, первый повеса Англии был сражен стрелой Купидона! Я действительно поражена. Но пойдем, любовь моя, сядем, и ты расскажешь мне о богине, укравшей твое сердце.
Она подвела его к креслу, сама устроилась напротив, откинулась на спинку и грациозно взмахнула рукой, давая понять, что слушает.
– Начни с самого начала, дорогой Дафф. Я хочу знать все об этом невероятном романе.
– Честно говоря, я встретил ее всего четыре дня назад… вернее, встретил снова и заговорил впервые за… – Он смущенно заерзал в кресле. – У тебя не найдется бренди?
– Разумеется, дорогой.
Она слышала о его бедах, связанных с войной. А теперь еще и это. Дарли, который говорит о любви через четыре дня знакомства? Поразительно!
Пытаясь заставить его расслабиться, Абби оживленно передавала последние городские сплетни и одновременно наливала бренди себе и Даффу, после чего вновь уселась и подняла свой бокал.
– За твое возвращение, Дафф, – улыбнулась она. – И за превратности любви.
– Спасибо. Хорошо возвращаться к друзьям. – Дафф одним глотком осушил бокал и отставил. – Не беспокойся, – заверил он, поймав ее встревоженный взгляд, – в последнее время я почти не пью.
– И слава Богу. Пьянство – настоящий кошмар, и я знаю это лучше остальных. Если бы те, кто сейчас сидит внизу, пили меньше, наверняка выигрывали бы больше.
– Но тогда у тебя не было бы такого дохода.
– Верно… впрочем, деньги меня давно уже не волнуют. Насколько я поняла, ты только что прибыл в город, – продолжала Абби, показывая на его дорожный костюм.
– Мы с Эдди приехали час назад.
– И ты еще не был дома?
Дафф покачал головой:
– Искал ее.
– Я так и поняла. Но твоей возлюбленной тут нет. По крайней мере я в этом сомневаюсь. Кто это создание, которое сумело вскружить тебе голову за четыре дня, хотя ни одна другая женщина не смогла удержать твоего интереса и на четыре часа?
– Аннабел Фостер.
Она приложила все усилия, чтобы выглядеть спокойной. С другой стороны, Абигейл Флеминг не достигла бы вершин бизнеса и финансового успеха, если бы не хладнокровие и невозмутимость, бывшие неотъемлемыми чертами ее характера.
– Никто не может отрицать грацию и красоту мисс Фостер, – вежливо отметила она, не высказывая всех слухов, ходивших о прославленной актрисе.
– К несчастью, она исчезла.
Его откровенное заявление было столь же шокирующим, как признание в любви. Абби не могла высказать вслух свои мысли. А думала она о том, что Аннабел Фостер часто делалась недоступной для мужчин, которых не хотела видеть. С другой стороны, Дафф определенно отличался от остальных мужчин, особенно если учесть его многообразные таланты.
Поэтому Абигейл, хорошо зная о крайней нелюбви Аннабел к некоему графу, деликатно осведомилась:
– Может, есть какие-то иные причины, по которым она предпочла скрыться от света?
– Уоллингейм! Вчера он нашел Аннабел в доме ее матери.
– Вот как? И ты был там?
– Естественно, и выгнал его взашей. Но утром ее уже не было. Думаю, он ее похитил, – объяснил Дафф, сжав кулаки.
Итак, занавес поднят, и сцена представлена на всеобщее обозрение.
Абби отставила бокал, словно пытаясь собраться с мыслями.
– Он бывает у меня регулярно, – заметила она, наблюдая за реакцией Даффа.
– Знаю. И сейчас здесь?
– Нет, для него еще слишком рано. Надеюсь, ты не намерен проливать кровь в моем заведении?
Он неожиданно сделался похожим на себя прежнего: лихой задор и веселый взгляд темных глаз.
– О, мне бы это в голову не пришло, дорогая. Я вытащу ублюдка на улицу.
Она невольно улыбнулась.
– Ты же знаешь, он не будет драться честно. Предупреждаю.
– Я отлично осведомлен о его беспринципности. Не тревожься, я начеку.
– Скажи, почему ты так уверен, что Уоллингейм имеет отношение к исчезновению мисс Фостер?
– Уверен, и все.
– Она многих оставила с носом. Ты и это знаешь.
– Да.
– Но тебя не бросила бы?
– Не бросила.
– Ты всегда был бессовестно самоуверен, – тепло улыбнулась она. – Но думаю, что с полным основанием.
