– Ты уже труп, Дарли! – прорычал он. – И я для пущего эффекта поимею суку на твоей могиле!
Дафф, не подав виду, что слышал, кивком показал на дверь сада:
– Встретимся там.
Присутствующие без труда догадались, из-за какой дамы затевается дуэль. Неужели именно Дарли был причиной, по которой Аннабел Фостер покинула Лондон? Значит, Уоллингейму наставили рога? Если это так, почему именно Дарли готов его прикончить, а не наоборот? Никто не сомневался, что Аннабел стоит любой жестокой дуэли. Она даже Уоллингейма смогла поставить на место.
И хотя Уоллингейм был вынужден принять вызов, все же кое-какой выход у него имелся. Зная, чем обычно кончались дуэли с Дарли, и прекрасно понимая, чем заслужил неудовольствие маркиза, он принял подходящие меры для защиты.
– Мы деремся с секундантами? – осведомился он, снова взяв себя в руки и разыгрывая джентльмена.
– Зачем? – обронил Дафф, глядя сквозь него.
– В таком случае я следую за вами, – вкрадчиво заявил Уоллингейм, незаметно проверяя, на месте ли пистолет. Верно сказал Вергилий – удача на стороне смелых!
– Мы выйдем вместе, – отрезал Дафф, не собираясь подставлять спину Уоллингейму.
– Прекрасно.
Планы Уоллингейма потребуют небольшой корректировки, но пока ничего страшного не произошло, решил он, с оскорбленным видом становясь рядом с Даффом.
В любом случае скоро все будет кончено, и он отомстит этому глупцу.
Мужчины прошли в дверь террасы, выходящей на ярко освещенный фонариками сад. По обе стороны от главной аллеи стояли лакеи. На ухоженном газоне ожидал Эдди с футляром для дуэльных пистолетов.
– Ну и ну, – пробормотал Уоллингейм. – У вас, я вижу, все рассчитано заранее?
– Мои слуги присутствуют здесь в соответствии с правилами, – заметила Абби, стоявшая у балюстрады террасы. При этом она умолчала, что для выполнения правил необходимы указания хозяйки.
Уоллингейм внезапно понял, что его план провалился. Любая попытка вытащить спрятанный пистолет в ярко освещенном саду просто невозможна, не говоря уже о том, что лакеи станут свидетелями всей сцены. Итак, он попал в переплет. Осталось меньше времени, чем он думал, чтобы сыграть задуманную партию. Пистолет в его кармане должен был оказаться убийственным сюрпризом. Даже если он сумеет застать Дарли врасплох и пристрелить, бегство при таком количестве народа будет невозможным. Значит, на карту поставлена его жизнь.
У него просто не остается времени на раздумья.
Выхватив пистолет из нагрудного кармана, Уоллингейм подскочил к Даффу и, когда тот инстинктивно поднял руки, чтобы защититься, дважды выпалил в упор.
Даффа отбросило назад ударами пуль пятидесятого калибра.
Уоллингейм повернулся и ринулся в конец террасы, где было темно.
Вокруг Дарли поднялась суматоха.
«Черт! Меня провели, как последнего глупца», – горько подумал Дафф, когда его колени подогнулись.
– Врача! – завопила Абби, метнувшись к Дарли.
Но ее голос доносился словно издалека, прорываясь сквозь ужасную боль, раздиравшую тело. Боль, мешавшую дышать. Впрочем, может, лучше и вообще не дышать и не двигаться. Тогда адские пытки не будут так его терзать. Но когда Дафф наконец упал и это падение отозвалось невыразимой мукой, он сжал зубы, чтобы сдержать нараставший крик.
Двое мужчин успели подхватить его, прежде чем он ударился о землю. Секунду спустя рядом оказался Эдди.
– Приведи Стюарта, – с огромным усилием прошептал Дафф.
И тут его глаза закрылись.
Он не потерял сознания, даже когда его несли обратно в игорную комнату. Но глаз не открывал, а кровь из ран текла рекой. Рубашка и жилет промокли насквозь, как и рукав сюртука: пуля прошла через руку до того, как войти в грудь.
Даффа уложили в спальне Абби, а Эдди тем временем послал лакея за доктором Стюартом. Потом он вместе с Абби попытался остановить кровотечение.
Шотландским докторам не позволялось практиковать в Англии. Их менее компетентные английские коллеги не терпели конкуренции. Но в эту минуту никто не думал о законах.
Дафф лишился чувств почти сразу же, как оказался на постели Абби. Та, тихо плача, подавала Эдди одно чистое полотенце за другим.
Эдди, мрачно сжав губы, продолжал давить на раны в тщетной попытке остановить кровь.
С рукой все будет в порядке: пуля прошила мягкие ткани. Эдди туго обернул ее полотенцем и занялся ранами в груди. Последние были очень опасны: одна пуля прошла совсем близко от сердца. Вторая пуля потеряла скорость, ударившись в руку Даффа, но причинила не меньше вреда.
– Слава Богу, главные сосуды не задеты, – пробормотал Эдди, отнимая пропитанное кровью полотенце от груди Даффа. Кровь из ран хоть и сочилась, но не била фонтаном. Эдди поспешно прижал к груди Даффа чистое полотенце и надавил на него обеими руками.
– Он всегда был неуязвим, всегда, – твердил он, – Леди Удача может и сейчас оказаться на его стороне.
– Молю Бога, чтобы так оно и было. Далеко до докторского дома? – спросила Абби, словно могла ускорить приезд доктора постоянными расспросами.
– Десять кварталов, может, чуть больше, – терпеливо ответил Эдди. – Я велел вашему человеку сбивать конем каждого, кто станет на его пути. Скоро они будут здесь.
К счастью, доктор Стюарт был солидным семейным человеком, и вряд ли в этот час будет сидеть в клубе или в гостях.
– Сколько времени прошло? – снова спросила Абби, как маленький ребенок, добиваясь нужного ответа.
– Они скоро будут здесь, – мягко заверил Эдди, хотя не имел никакого представления о времени. Похоже, прошла тысяча лет с тех пор, как Уоллингейм стрелял в Даффа. Воспоминания об ужасах Ватерлоо захлестнули Эдди. Но даже тогда Дафф не был ранен в грудь.
Эдди нечасто молился, но сейчас искренне просил Бога пощадить Даффа.
Прежде чем кончился запас слов – религиозный словарь Эдди был не слишком велик, – вошел один из лакеев Абби и что-то прошептал ей на ухо.
Поскольку это был не доктор, Эдди не обратил на него внимания и снова принялся за дело.
Выслушав лакея, Абби понимающе кивнула.
– Спасибо всем, – тихо ответила она. – Пусть Дадли выплатит обещанные суммы, а потом я хочу, чтобы все замешанные в этом деле немедленно покинули Лондон. И пусть никто не возвращается, пока я не пришлю весточку.
Минуту спустя дверь бесшумно закрылась.
– Уоллингейма пристрелили и бросили в Темзу, – бесстрастно сообщила Абби. – Жаль, что он не страдал перед смертью, но времени у нас не было.
Эдди довольно хмыкнул.
– Если бы только месть была слаще, – грустно вздохнула она.
– Если Дафф выживет, она будет сладкой.
Эдди повернул голову и на мгновение встретился взглядом с Абби.
