чувствовала, будто этот взгляд прожигает ей не только спину, но и то, что пониже.
Дурные воспоминания прервал раздавшийся вновь голос герольда:
— Должно быть, почтеннейшие зрители задаются вопросом, как же определить победителя в поединке, если участников трое? О! В этом нам вызвался помочь славный сир Эрниваль из Дорема!
Рия поверила в услышанное только тогда, когда Эрниваль сам вышел в центр ристалища. Под серой накидкой виднелась укреплённая пластинами кольчуга с капюшоном, а на поясе висела уже знакомая палица в форме кулака, покрытого шипами.
— Некогда бывший рыцарем ордена Светлой надежды, ныне он посвятил свою жизнь служению церкви и лично её святейшеству матриарху Пречистой Агне! — продолжал герольд. — Сир Эрниваль, вернейший из слуг Железной церкви, сразится с одним из претендентов, но в случае победы не будет участвовать в состязании на титул командующего. Если же он потерпит поражение, то его соперник схлестнётся с победителем схватки между двумя другими участниками, что и определит победителя Железного турнира — нового командующего королевской гвардии его священного величества!
Эрниваль поклонился трибунам и даже те, кто шептался о его обожжённом лице, когда он появился на площадке, теперь восхищённо аплодировали.
— Как благородно со стороны этого юноши участвовать в турнире, не претендуя на победу! — сказал Альбрехт. Он взглянул на Рию и обеспокоенно добавил: — Девочка моя, ты побледнела! Должно быть, из-за шума. Только скажи, и мы уйдём отсюда.
Рия поспешила заверить его, что с ней всё в полном порядке, просто нахлынули неприятные воспоминания. На расспросы Альбрехта пришлось рассказать ему о битве при Лейдеране и о том, как она спасла Эрнивалю жизнь.
— Карл рассказывал, что тебе довелось побывать на войне, но я и подумать не мог, что именно тебе пришлось пережить, — с горечью произнёс маг. — К тому же, в этом замешан и твой Игнат…
— Он просто… Просто оказался не в том месте и не в то время, — грустно проговорила Рия, отведя взгляд. — Мы, все трое, уже не виним друг друга в случившемся.
— Увы, человек часто перенимает черты тех, кому служит. И особенно сильно это проявляется на войне.
Рия ничего не ответила, лишь печально взглянула на Эрниваля, который в поклоне матриарху едва не доставал макушкой до земли. Пречистая Агна сидела по правую руку от короля и всем своим самодовольным видом явно давала знать, что наслаждается происходящим.
Тем временем жребий определил порядок поединков. Первыми сражаться будут Эрниваль и сир Болдвин Гримвуд, за ними же сир Гильям Фолтрейн и сир Робин Рикер, чтобы в случае победы телохранителя её святейшества следующая схватка стала решающей.
Перед началом поединка рыцарь в годах облачился в массивный шлем, опиравшийся на плечи, вместо забрала у которого была сетка из толстых прутьев. Голову Эрниваля же, кроме кольчужного капюшона, не защищало ничего. «Неужели он настолько верит в божественную помощь?» — с опаской подумала Рия.
Сир Гримвуд вооружился желтым треугольным щитом с изображением бегущего чёрного пса, после чего принял из рук оруженосца меч и несколько раз рассёк воздух перед собой, обозначив готовность. Эрниваль сжал рукоять булавы и, взглянул на матриарха. Та покровительственно кивнула, и он встал перед противником в стойку.
Раздался звук горна и Эрниваль бросился вперёд. Удары железного кулака обрушивались на рыцаря один за другим, но ни один из них не смог нанести ему серьёзных повреждений. Многие он принял на щит, от некоторых уклонился, а те, что всё же достигли цели, оставили на доспехе разве что неглубокие вмятины от шипов.
Улучив момент, сир Гримвуд нанёс удар, разрезав накидку на груди противника, под которой оказалась пластина. После клинок молниеносно скользнул лезвием по ноге. На первый взгляд это попадание показалось Рие незначительным, но вскоре она увидела там алое пятно. Ноги Эрниваля не были защищены кольчугой, лишь плотной тканью, и сир Гримвуд, будучи старше и опытнее, не преминул этим воспользоваться.
Эрниваль, казалось, вовсе не заметил раны и продолжал обрушивать на щит удар за ударом. И вот, когда чёрный пёс на нём уже был едва различим из-за изодранной до самого дерева ткани, щит не выдержал и раскололся ровно посередине. Рыцарь отбросил его в сторону и тут же получил булавой по голове, едва не потеряв равновесие. Трибуны затихли, но сир Гримвуд сумел устоять на ногах, а следующий удар уже прошёл мимо.
— Не подумал бы, что этот парень способен на такие удары, — опасливо произнёс Альбрехт. — Ох, если б не шлем…
Рия не стала бы с этим спорить: в том месте, куда пришёлся удар железного кулака, зияла глубокая впадина.
Рыцарский меч угодил Эрнивалю в бок, едва не прорубив кольчугу, но уже от следующего выпада телохранитель матриарха ловко отпрыгнул и снова с размаху угодил булавой в шлем противника. На этот раз сир Гримвуд упал на колено от удара невероятной силы. Устремившихся к нему слуг и оруженосца рыцарь остановил жестом руки, после чего с трудом, но поднялся на ноги. Сразу после этого он попытался атаковать, но вышло у него настолько неуклюже, что Эрниваль буквально вышиб меч из рук рыцаря булавой.
Сир Гримвуд попытался было рвануться к лежащему на земле оружию, но третий удар булавой, на сей раз попавший в шлем ближе к затылку, сшиб его с ног и повалил на землю. На этот раз подбежавших слуг останавливать было некому. Они помогли своему господину сесть и сняли с него шлем. Сир Гримвуд поправил съехавший подшлемник, осоловело поглядел на противника и, улыбнувшись, махнул рукой. Оглушительный звук горна возвестил об окончании поединка.
— Победу одержал Эрниваль из Дорема! — провозгласил герольд, и трибуны взорвались овациями.
Когда ликование стихло, победитель повернулся к ложе и громко произнёс:
— Эту победу я посвящаю её святейшеству матриарху Пречистой Агне! Да одарят её боги своей милостью! Да будет к ней благосклонен Железный владыка!
Матриарх довольно кивнула в ответ, и Эрниваль покинул ристалище под одобрительные голоса зрителей.
— И почему я не удивлена исходом поединка, — мрачно сказала Рия со вздохом.
— Порой сила и молодость одерживает верх над опытом, — отозвался Альбрехт.
— Если бы дело было только в этом…
Герольд объявил финальный поединок за звание победителя Железного турнира и его участников: сира Робина Рикера и сира Гильяма Фолтрейна.
Молодой светловолосый рыцарь выбрал в качестве оружия меч, но отказался от щита, заявив, что защитой ему станет любовь прекрасных зрительниц. После этих слов Рия вновь услышала женские вздохи
