сторону, и обернулся к князю.
— Послушайте, Лихтенштейн! Мне придется сломать вам ноги, что бы вы осознали, как себя полагается вести с незнакомыми людьми.
За спиной раздался выстрел, из рук одного из княжеских сопровождающих выпал мушкет.
— Лихтенштейн, ты дурак? Он и вравду собирался в меня стрелять?
Вокруг князя Алоиса небольшим смерчем закружился воздух.
— Я думаю это удачный случай закончить тяжбу по поводу земель между нашими поместьями — холодно сказал он. И даже собрался вроде как то ударить, типо хлестать. Идиот.
В месте, куда он бил, меня, ясное дело, уже не было. Я и вовсе поднырнул под брюхом у его лошади, и оказался у него за спиной. Схватил за ногу и выдернул, сначала ногу из стремени, а потом и его из седла. И приложил о землю. Пока он приходил в себя обернулся к его людям, схватишимся за сабли.
— Я вас убью. И скормлю собакам.
— Зачем ваша светлость? — подал голос Коновалов — посадим в подвал, пусть отрабатывают.
Кажется, их полностью деморализовал вид лежащего в грязи мага. А я взял князя Алоиса за шкирку и поставил перед собой.
— Я вас слушаю, Лихтенштейн!
— Что слушаете?
— Для начала — извинения. Потом, про компенсацию за нападение.
Он выставил перед собой руки, и попробовал создать воздушный кулак. Я просто пробил ему в бубен. Снова поставил перед собой.
— Ну?
— Извините!
— Вот! Теперь рассказывайте.
— Что?
— Для начала — почему напали на меня.
Хе. Между его охотничьим поместьем Витец, и моим, давно идет тяжба. Хотя он согласен снять претензии. А сегодня услышал рог, и понял, что мы взяли его кабана. Возмутился, понятно.
— Договаривайте. И будьте максимально честным, князь.
— Да! Я решил вас убить! И сразу, как только узнал, что вам подарили эти земли, решил это сделать! А межевой спор — просто повод.
— Ну вот. Значит так. Завтра утром вы приедете в Конопиште. И мы подпишем документ, о том, что поместье Витец принадлежит мне. Вам все понятно? Или вы считаете что мне подойдет титул князя Лихтенштейн?
— Вы подлец!
И я не удержался. Съездил ему по шарам. Потом, согнувшегося, поднял и добавил по ушам. Это очень больно. Пока он скулил в грязи, я повернулся к его дворне. Они как не странно не вмешивались. Но я все же сказал:
— Я легко докажу ваше соучастие в попытке убийства графа Орлова. За что вас всех повесят. Так что помните об этом.
— Мы не вмешивались в ваш конфликт! — пробовал блажить тот, что постарше.
— Не вмешиваться в конфликт-это развернуть коня и уехать! А вы меня вроде как пороть собирались.
Наклонился и снова за шкирку поднял князя Алоиса.
— Ну что, князь? Мне вас завтра ждать? Только учтите, если вас не будет, я вас найду. И тогда уж без вариантов стану князем. Вы меня поняли?
— Да! Будь ты проклят!
— Вы такой милый, князь. Собирались меня убить, в расчтете на мою беззащитность, а когда не вышло, принялись оскорблять. Забирайте его! — это я его холопам крикнул. Они подбежали, подхватили на руки, и помогли сесть на коня. Спустя пару минут даже топот стих.
Я собрался опять закурить, но тут снова услышал топот. Это приехали из замка за нашим трофеем. В поднявшейся суете я не принимал участия. Мрачно курил, и размышлял, что кажется меня опять поимели. И снова слышал ехидный смех Императора, и прямо зримо видел добрую улыбку Бенкендорфа. Это называется управлять страной. Ловко они, моими руками, приструнили Лихтенштейна, и походя решили давнишнюю земельную тяжбу.
Глава 17
Любое утро — событие мрачное. Даже если в постели тактильно и визуально приятная горничная. Но зимняя темнота за окном. И твердая уверенность, что утро начинается в двенадцать. Граф я, или где?
Удел знати — это не балы и званые вечера, как думает большинство. А необходимость вставать в семь утра. Князь Лихтенштейн, Алоиз Жозеф Мария Иоан Батиста, прибыл в семь утра с визитом. То есть, встал еще раньше!
Я, честно говоря, думал, что у меня теперь случится междуусобная война. Придурок пойдет на приступ. А я, такой, буду руководить обороной — разводите костры! Варите смолу! Всем выдать оружие! Женщинам — пистолеты! Экономьте продукты, подмога не скоро! Берегите старшую служанку Юлию! Если осада затянется — съедим её! Приготовиться к вылазке! Звяк оружия, неверный свет факелов, группа мужчин стоит на стене, сурово глядя в ночь.
А вместо этого, спозаранку, меня разбудил дворецкий! Как говорится — добро пожаловать в реальный мир! Он поганый, но ты привыкнешь. То, что моя горничная не соизволила даже проснуться, только добавило мне недовольства. И я шлепнул её по голой попке:
— Просыпайся! Враг в замке!
— Ваше Сиятельство, мы же только заснули! Вы такой сильный, можно я посплю, пока вы их выгоните?
Хреновый из меня феодал. Распустил прислугу. Хотя, они обе привыкли, что я просыпаюсь сильно позже. Потом часа полтора их бужу, со все возрастающей энергичностью. А в такую рань это все барские капризы и несерьезно.
В гардеробной Игнатий мне поведал, что гостей проводили в малую гостиную, подали вино и закуски. Но они испросили кофе, и ждут. Все это под тщательное облачение в сюртук с завязыванием галстука. И вправду, все знают, как выходят из себя гости замков, если разбуженный ими хозяин одет не безукоризненно!
В гостиной меня ожидают трое. Сам Лихтенштейн, и двое то ли чиновников, то ли зажиточных горожан. Постарше и помладше.
— Я прибыл, граф, для того, что бы уладить наше дело. Мэтр Чамек — имперский нотариус. Он заверит передачу в вашу собственность имения Витец.
Князь бледен, на носу царапины. Это от вчерашней встречи с землей. Но смотрит дерзко и с вызовом. Эка его припекло! За вчерашний день выписал стряпчих, и подготовил документы.
Не чинясь, попросил приступить. Расписался в нескольких листах и гроссбухах. Никогда не задумывался, как
