о которой я просил.
— Один? — спросил Титус, вздергивая бровь.
Свайн еле заметно качнул головой, а я переглянулся с Акайо. Еле сдержал улыбку в ожидании прихода одного из братьев. Утер был одной со мной крови, нагвалем, хоть и младше на добрую сотню лет, но именно с ним я ладил больше, чем с другими. И его поддержка сейчас была как нельзя кстати.
В кабинете на несколько секунд воцарилась напряженная тишина. Райдзен нахмурился и сжал кулаки, но тут же ослабил мышцы и принял расслабленный вид. Титус же, напротив, весь лучился неподдельным довольством, а на его губах играла змеиная, хитрая улыбка, больше свойственная змеелюдам с юга, чем нашим, северным волколакам.
— Вы не против, если мы отложим наш, без сомнения, важный разговор до утра? Сегодня у нас в стае важное событие. Я собираюсь объявить о грядущей свадьбе моей дочери. Нам нужно как можно быстрее начинать приготовления к торжеству, дело молодое, сами понимаете.
Слова Титуса выглядели речью заботливого отца, и если бы я не знал его истинное отношение к собственной дочери, крови от крови его, то купился бы на неподдельное беспокойство, которое он источал.
— Слово за альфой Райдзеном, архей Титус. Мы собрались здесь благодаря его гневным письмам и прибыли, считая, что дело не требует отлагательств, — холодно кивнул Даичи и еле заметно двинул уголком губ.
Это особенно раздражало наших собеседников, ведь лицо его было восковой маской, под которой сложно было прочесть настоящие эмоции ее владельца.
— Мой наследник обрел истинную пару в виде дочери архея Титуса, и я весьма рад породниться с таким уважаемым волколаком, так что ничего не имею против того, чтобы отложить встречу и обсудить все дела утром, — благосклонно кивнул Райдзен, полностью полагаясь на старшего сородича, первого лорда Совета Права.
Прищурился, наблюдая за этим парадом лицемерия и словоблудия, понимая, что они сворачивают разговор, преследуя какие-то свои цели. Вот только, сколько бы ни думал об этом, никаких идей в голову мне так и не пришло. Возможно, испугались прибытия Утера, всё об этом свидетельствует.
— Наши искренние поздравления. Выгодные союзы, основанные на парности, в наши времена — большая редкость, — обтекаемо поздравил их Даичи, а вот Акайо промолчал, не склонный к светским беседам и вранью. Считай, имел аллергию на подобного рода лицедейство.
— Вечер поздний. Я надеюсь, вы останетесь на ужин, — проявил чудеса гостеприимства Титус, как обычно, задвигая альфу на второй план, но тот терпел, стиснув челюсти, уже привыкший к подобному поведению высокородного самца.
— Мы вернемся утром, — качнул головой Даичи, отвечая за себя и двух других кицунэ. — Благодарим за приглашение, но дела логова требуют нашего присутствия. Однако, прежде чем уйти, мы бы хотели увидеться с прибывшим старейшиной и согласовать время нашей завтрашней встречи. Хотелось бы урегулировать претензии с вашей стороны, как можно скорее.
— Очень жаль, это будет празднество в честь великого союза, и видеть на нем представителей кицунэ было бы большой честью, — разочарованно покачал головой Титус. На его лице было написано искреннее огорчение. — Свайн. Где сейчас Утер?
Выдохнул, всё это время молча наблюдая за всей компанией. Злость затмила мне разум, и я опасался выкинуть фортель, впиваясь клыками в шею зарвавшегося архея. Если малолетний сын Райдзена только посмеет коснуться моей масойи, на одного волколака в стае этой ночью станет меньше.
Несмотря на обуревающий гнев, от меня не ускользнуло, как чересчур панибратски архей относится к старейшине, но и ко мне он пиетета не испытывал, позволял себе вольности и грубости, так что я выбросил этот момент из головы.
— Господин Утер пожелал посетить, в первую очередь, дом старейшин. Его волнует смерть старейшины Илдреда и Димеруса.
— Смерть? — вскинул вдруг голову Акайо. Голос его звенел от напряжения, а тело натянулось струной, словно ищейка в его крови почуял след. — Когда это произошло?
Как старейшину из клана Якан, его особо интересовал этот момент, а вот я не понимал, почему мужчины так расслаблены и спокойны.
— Обе трагедии произошли прошлой весной. Удивительно, что старейшина Утер почтил нас своим присутствием только сейчас. Мы неоднократно писали письма в Совет, — цокнул архей Титус, заставляя меня заскрежетать зубами.
Раздражали его гнусные попытки очернить старейшин и обелить себя и свою стаю. В этот раз молчать и игнорировать поклеп я не собирался.
— Не нужно расточать так много лишних слов, Титус, мы не на совете, — выпрямился и кивнул головой на выход. — Время за полночь, идемте. Ваш ужин как-то запоздал, не находишь?
— Сегодня седьмые лунные сутки. Суббота. Завтра ежевоскресный обряд в храме и пост до самого вечера, так что подкрепиться дополнительно в это время мы посчитали весьма целесообразным. На ужине будут все самцы, Айвен, так что для тебя это прекрасная возможность завершить на этом все свои проверки. К бракосочетанию мы хотели бы избавиться от всех гнусных обвинений.
Мысленно пораженно вздохнул и спустил на тормозах яд в его голосе. С поисками врагов и раскрытием заговора совсем забыл, какая завтра дата. Черт, для моей масойи даже подарка не приготовил, заботливый самец из меня никакой.
— Дом старейшин недалеко от поляны, где уже накрыли стол, так что мое предложение разделить с нами трапезу всё еще в силе, — сделал еще одну попытку пригласить кицунэ Титус, но никто ему не ответил.
Мы вышли на улицу, направляясь к новоприбывшему союзнику.
Подмога в виде Утера и его мини-армии прибыла, как нельзя кстати, хотя я рассчитывал созвать воинов Совета старейшин к началу ритуала, который планировал провести Титус.
Единственное, что оставалось для меня загадкой во всей этой ситуации — кого же он назначил сосудом для моего отца.
Полярный Волк мог возродиться в мире смертных только при выполнении определенных условий, одним из которых было гармоничное тело, которое готовят за несколько месяцев до обряда. Им мог оказаться каждый из членов стаи.
Прервать все приготовления на незавершенном этапе означало бы сорвать всю операцию, ведь предъявить обвинения за несовершенные преступления не представлялось возможным. И это привело бы лишь к временному затишью заговорщиков, так что единственный шанс предотвратить кровавый обряд и его печальный исход, а также предъявить обвинения преступникам — найти сосуд, без которого ритуал не будет иметь никакого смысла.
Глава 19
Айвен
Беспокойство зверя усиливалось. Нервы натягивались струной, но сколько бы не оглядывался и не присматривался к
