Зара улыбнулась, но это была не счастливая улыбка дочери, а коварная улыбка ведьмы.
Оттолкнувшись ногами от пола, она на миг почувствовала себя во власти воздушной стихии. Увы, Зара не умела пользоваться крыльями, поэтому вынуждена была вновь опуститься на пол.
— Кто Вы?
Девушка на уровне подсознания почувствовала, как отец сотворил защитное заклинание. Значит, о магии стоит забыть.
То ли злости в ней стало меньше, то ли пришло осознание своей беспомощности против взрослого опытного мага, но крылья дрогнули в последний раз и пропали.
— Кто я? — Зара обошла вокруг Рандрина и остановилась в нескольких метрах от него. — Вам официально или по рождению?
— Потрудитесь объясниться, сеньорита, — сдвинул брови герцог.
Ближайшие часовые напряглись, взялись за оружие, готовые по первому взгляду придти на помощь сиятельному члену правящей элиты.
— Нет, это Вы потрудитесь объяснить этим господам, — Зара обвела рукой его собеседников, — что Вы в свое время сделали в гостинице 'Белая ладья'. Там служила одна милая доверчивая девушка, настолько доверчивая, что поверила в Ваши чувства. Подонок!
Плотину прорвало, и скопившиеся за многие годы слова обиды прорвались наружу бурным потоком.
— Негодяй, Вы даже не поинтересовались, что стало со мной и моей матерью, как мы жили все эти годы! Ни разу! Ни сами, ни через кого-то другого! Или Ваши мерзкие деньги, по-Вашему, должны были возместить женщине позор, а ее дочери — достойную жизнь? Ни разу, ни разу за восемнадцать лет Вы не изъявили желания взглянуть на меня, я для Вас не существовала! Бастард, без роду, без племени! Вам повезло, что я столкнулась с Вами лицом к лицу сейчас, видят боги, еще три года назад я пошла бы на все, чтобы причинить Вам боль, но теперь мне нужен только позор. Слушайте, слушайте все! — девушка перешла на крик. — Ваш любимый герцог С'Эте…
— Мы договорим об этом в другом месте, — оборвал ее Рандрин и увлек нарушительницу спокойствия в ближайшее помещение.
— А теперь все то же самое, но без эмоций, — он скрестил руки на груди, пытаясь ледяными синими глазами проникнуть в недра ее души.
— Без эмоций? — прошипела Зара и рассмеялась. Обойдя вокруг стола, она уперлась ладонями в ореховую столешницу, чуть наклонив корпус вперед, к отцу. — Вам-то легко говорить, Вы жили в свое удовольствие, а у меня ничего не было. Я ведь еще до рождения стала для всех хуже бродячей собаки, поэтому мать и уехала: затравили ее, называли шлюхой. Но мы-то с Вами знаем, что вся вина за ее позор лежит на другом человеке.
— Это дело прошлое, — пробормотал Рандрин. — Честно говоря, никогда не думал, что когда-то тебя увижу.
— Безусловно, Вы все для этого сделали! Но теперь, дорогой папочка, все будет по-другому. Вы меня признаете, официально признаете и дадите свою фамилию. Я не желаю больше быть 'неизвестной', я хочу получить то, что положено мне по закону.
— По закону тебе ничего не положено, по закону тебя не существует, — отец смерил ее снисходительным взглядом. — Кто ты — и кто я?
— Вот, значит, как? — покачала головой Зара. — Что ж, я хотела по-хорошему. Я бы на Вашем месте поостереглась спать по ночам — мало ли незваный гость нагрянет?
Не глядя на него, девушка направилась к двери. Ее расчет оправдался: Рандрин остановил ее.
— Что еще за незваный гость? Кого ты притащила с собой?
— Вампира, — беззаботно ответила Зара. — Своего личного вампира. Не спорю, кровь у Вас ядовитая, и как у мага, и как у бесчестного человека, но вдруг она придется ему по вкусу. Если думаете, что я блефую, этим же вечером могу познакомить. Ему и адрес Ваш не нужно знать, я просто назову Ваше имя — и все, дело в шляпе. А потом предъявлю кое-какие документы на оглашении наследства.
— Похоже, ты действительно моя дочь, — Рэнальд опустился в кресло; глаза потухли, приняли свой привычный васильковый оттенок.
— А Вы сомневались? — она села рядом и небрежно положила на стол какую-то бумагу, придерживая ее рукой. — Вот та короткая записочка, которую Вы неосмотрительно написали моей матери, Эгюль, восемнадцать лет назад. На гербовой бумаге, да еще с подписью… Мать ее не выбросила, забыла, а я нашла и бережно хранила. Свидетельские показания ненадежны, но от этого не отречешься. Совсем коротенькая, но из нее следует, что Вы знали Эгюль из 'Белой ладьи', знали, что у нее родилась дочь, и зачем-то послали родившей во грехе женщине крупную сумму денег. А ведь еще найдутся люди, которые вспомнят, как…
— Ладно, успокойся! — сдался Рандрин. — Я признаю, что прихожусь тебе отцом. Получишь ты фамилию! Даже без этой бумаги опытному взгляду видно, что мы близкие родственники. Не удивлюсь, если десяток человек уже в курсе, только сказать бояться. Твои глаза и эти крылья… Никогда бы не подумал, что та ночь настигнет меня столько лет спустя!
— И я теперь Рандрин? — с живостью ухватилась за его слова Зара. — Знаете, как неприятно жить без фамилии? Без нее ты никто, выскочка, дешевка, а у меня большие планы на жизнь!
— Вот и расскажешь мне о них за ужином.
— Так Вы приглашаете меня вступить под родительский кров? — усмехнулась девушка.
— Можно подумать, у меня есть выбор! Сегодня в восемь тебя устроит?
— Вполне.
— Где ты живешь? Я пришлю за тобой слугу.
— У графов Одели. До вечера, папочка!
И она вышла, гордая одержанной победой, надеясь сегодня же заключить выгодную сделку между местью и собственными желаниями.
Глава 12.
Вот оно, тот самый миг, о котором она втайне мечтала. Да, мечтала, ибо, сколько ни было сказано слов о мести, Зара надеялась, что когда-нибудь переступит порог этого дома, не как вор, не как случайный гость, безликое существо, а как дочь. Пускай и не признанная.
Легкий экипаж с мягким шелестом подкатил к подъезду большого особняка с пугающими головами горгулий на завершениях водостоков.
Дом герцога С'Эте находился в непосредственной близости от Дворца заседаний; из окон его западного фасада открывался вид на непреступные стены цитадели власти. Сам дом, вернее, даже дворец, здание весьма примечательное как с архитектурной, так и с исторической точки зрения, занимал обширный участок, что и не удивительно, при наличии стольких служб и подсобных строений. Прибавьте к этому собственный сад, разбитый внутри каре основного здания, и, даже будучи сторонним наблюдателем, вы сразу поймете, что вплотную подошли к жилищу очень влиятельного человека.
Помимо собственного дворца в Айши, семейство Рандрин владело загородной виллой — любимым местом уединения покойной сестры нынешнего обладателя титула, а так же фамильным замком — центром подчиненной ему территории, источника его постоянного многотысячного дохода. Герцогство Рандрин, формально входя в состав королевства без короля, на деле оставалось независимым государством в государстве. Несколько десятилетий назад пара графов пыталась внести на рассмотрение Совета вопрос об унификации всех земель, мотивируя это тем, что все равны и в равной мере платят в казну налоги за пользование своими наделами, но консулы даже не стали их слушать. Рандрины оказались равнее других. Ну, а после того, как один из них сам стал консулом, вопрос был автоматически навеки снят с повестки дня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
