– Я не смею вторгаться и нарушать ваш обед, леди Феба. Ваша сестра любезно предложила подвезти меня в своей карете, и не более того.
– О нет, вы должны остаться, – запротестовала леди Феба. – Кухарка сварит новый суп – она всегда так делает, – и с двумя джентльменами намного веселее, чем с одним, когда вокруг только женщины. Геро, уговори его остаться.
Леди Геро повернулась к нему, улыбнулась дрожащими губами. В глазах ее читался ужас.
– Прошу вас, – произнесла она.
Гриффин знал, что должен уйти. Знал также, что она не желает его присутствия здесь. Но… она в этот момент показалась ему такой незащищенной и хрупкой, что он понял – он останется.
Он поклонился и предложил ей руку.
– Как пожелаете, миледи.
Ее ладонь легла ему на рукав. Он зачем-то вспомнил, что эти самые пальцы сжимали пять минут назад. Господи! Ведь она невеста его собственного брата. Что он натворил!
Они поднялись в дом. Леди Феба продолжала щебетать, к счастью, не замечая их молчания. Леди Геро окаменела. Ему казалось, будто рядом с ним движется статуя. Он подавил желание положить руку поверх ее пальцев.
Она наверняка его ненавидит и желает лишь одного – чтобы происшедшего в карете не было никогда. Гриффин понимал, что должен сожалеть о случившемся, но… не мог.
Ее нежная грудь, ее стон, когда он зажал губами налившиеся соски, а ее прелестные прозрачные, похожие на бриллианты глаза, подернутые дымкой… И видит бог, он унесет в могилу эти воспоминания и будет благодарен богу за них. И не важно, чем это для него обернется.
Лакей взял у нее накидку. Леди Геро бросила на Гриффина быстрый взгляд.
– Я… мне необходимо переодеться. Феба проводит вас в столовую. – И стала подниматься наверх.
Гриффин поклонился, потом повернулся к леди Фебе и предложил ей руку.
– Я в вашем распоряжении.
Она засмеялась и взяла его под руку.
– Мы будем вчетвером: я, Геро, ваш брат и кузина Батильда. Вы еще не знакомы с моей кузиной Батильдой?
– Не имел чести.
– Не обращайте внимания на Миньон. Она на всех рычит.
Произнеся эти загадочные слова, Феба повела его наверх по лестнице в светлую, по-женски обставленную комнату: все в желтых и белых тонах, с такой изящной мебелью, что к ней страшно прикоснуться. В конце комнаты стояли Томас и дородная матрона. Томас поднял голову при их появлении, и было понятно, что никакой радости от встречи с братом он не испытывает.
– Посмотрите, кого привезла Геро, – объявила леди Феба.
– Гриффин, – пробурчал Томас в знак приветствия.
– Томас. – Гриффин кивнул ему и повернулся к пожилой даме, которая держала на руках пятнистого спаниеля. Собака тут же тихо зарычала, вернее, загудела подобно шмелю.
– Кузина Батильда, это – лорд Гриффин Рединг, – представила его леди Феба. – Милорд, это моя кузина, мисс Батильда Пиклвуд.
Мисс Пиклвуд изобразила что-то похожее на реверанс в ответ на его поклон.
– Надо сказать Пандерсу, что у нас еще один гость.
– Постараюсь не слишком много есть, – пошутил Гриффин. – Какая милая собачка.
– Да? Вам она нравится? – У мисс Пиклвуд от удовольствия порозовели щеки. Она погладила спаниеля по голове, собачка перестала рычать и начала лизать ей пальцы. – Хотите ее подержать?
Гриффин с опаской оглядел собаку, которая хотя больше не рычала, но ее выпуклые темные глазки смотрели не особенно дружелюбно.
Это развеселило леди Фебу – за стеклами очков ее глаза смеялись.
– Не бойтесь. Если она вас укусит, мы непременно пошлем за доктором.
– Кровожадная озорница, – пробормотал Гриффин себе под нос и протянул руку к носу собачки. Если уж ему предстоит быть укушенным, то лучше с этим покончить сразу. – Здравствуйте, мадемуазель Миньон.
Спаниелька осторожно понюхала ему пальцы, потом разинула пасть. Наверное, у собак это означает улыбку, подумал Гриффин, и осмелился почесать ее за ухом.
– Ничего не понимаю, – удивилась мисс Пиклвуд. – Обычно она терпеть не может мужчин.
Леди Феба прикрыла рот рукой, чтобы не засмеяться, и пояснила:
– На самом деле она еще ни разу не укусила ни одного джентльмена. Просто делала вид, будто хочет укусить.
– Меня почти укусила, – сухо сообщил Томас. – У тебя, должно быть, пальцы пахнут беконом.
– Возможно, у нее просто очень хороший вкус, – сказал Гриффин, почесывая Миньон шею.
– Как бы то ни было, вы ей определенно нравитесь, – пробормотала мисс Пиклвуд и кивнула появившемуся дворецкому в ответ на какой-то понятный им обоим знак. – Полагаю, мы можем идти обедать. Феба, посмотри, почему так долго нет твоей сестры.
Томас сказал что-то приличествующее случаю, а леди Феба выпорхнула из комнаты. Гриффин продолжал гладить Миньон, спрашивая себя, уж не он ли причина того, что леди Геро не торопится выйти к обеду.
Черт, черт, черт. Он совершил самую большую ошибку в своей жизни.
– Вот она, – объявила леди Феба.
Гриффин поднял голову. Рядом с сестрой стояла Геро, спокойная, хотя и с покрасневшими щеками.
Она сразу подошла к Томасу и протянула ему руку:
– Милорд, я рада вас видеть.
Томас склонился над ее рукой. Вежливый и сдержанный жест. Никакой страсти. Боль пронзила Гриффина. В этот момент ему хотелось отстранить брата, подхватить леди Геро на руки и унести ее прочь отсюда. Унести куда-нибудь, где он сможет стереть поцелуями с ее лица это скучное, строгое выражение и увидеть ее страсть к нему.
Вместо этого он вздохнул и предложил руку леди Фебе:
– Вы проводите меня на обед, миледи?
– С радостью, милорд.
Обед, как и комната, тоже был сугубо в женском вкусе. Прозрачный суп, маленькие пирожки – которые тают во рту так быстро, что не успеваешь распробовать начинку, – и разнообразные сыры. Вино было вполне приличное, и при обычных обстоятельствах Гриффин мог бы чувствовать себя довольным.
– Как я понимаю, вы занимаетесь семейными поместьями, – обратилась к Гриффину мисс Пиклвуд. Она сидела во главе стола и одну руку почему-то то и дело опускала под скатерть.
– Занимается – это слишком громко сказано, – заявил Томас с противоположного конца стола. – Мой брат занят развлечениями, а поместьями у нас занимаются управляющие.
Гриффин повертел в руке нож.
– Мой брат хочет сказать, что я присматриваю за поместьями Мэндевиллов наравне со своими.
Томас бросил на него враждебный взгляд и отпил вина из бокала.
Сидевшая справа от Томаса леди Геро выпрямилась, и рука ее исчезла под столом.
– Ваши земли тоже находятся в Ланкашире, лорд Гриффин? – спросила она.
